— И что ты предлагаешь?
— Найти, поймать, наказать, — огласил план действий Фартрейд, кривя губы в ухмылке.
Его уверенный тон подействовал благотворно: Артвирт тоже успокоился и свободнее сел в кресле.
— Ты прав. Девку надо найти — это без вариантов. Ждать полтора года я не собираюсь, чтоб потом еще неизвестно что получить в итоге.
— Вот и правильно. Теперь надо обдумать, что делать дальше. Итарон, есть какие-нибудь советы, как найти нашу блудную женушку?
— Как найти — нет. Но примите другой совет. Научитесь уважать женщин, а не использовать их.
— А за что их уважать? — хмыкнул Фартрейд. — За то, что сами на шею бросаются? Или за то, что, кроме как о колечках и платьицах, поговорить ни о чем не могут? Или за то, что каждая видит если не повод похвастаться перед подругами, то как минимум добраться до денег и власти Даагонских?
— Есть такие. Но не следует стричь всех под одну гребенку. Полно достойных и порядочных девушек, только вы таких не замечаете.
Артвирт усмехнулся:
— А они, как правило, либо страшилы, либо заумные моралистки. И что с ними делать?
— Если только в темноте и с кляпом? — поддакнул Фартрейд, отпивая вино.
— Вы безнадежны, — покачал головой Итарон.
— А сам ты не такой? — вскинулся Артвирт. — Давно ли правильным стал? У самого четыре постоянные любовницы, которые друг о друге понятия не имеют, и это не считая однодневок!
— Это не так! — взвился Итарон.
Я прикусила губу. В душе поднялась волна досады. Наивная идеалистка… Итарон хороший? Вот, получи! Кобель!
— Я встретил девушку, — поспешил он оправдаться, в первую очередь передо мной, конечно. — Она замечательная, и я очень хочу, чтобы она стала моей.
— Что? И любовниц разогнал?
— Э-э-э… Да.
— Кому ты лжешь? Итарон, мы тебя не первый год знаем. Монахом ты точно не был.
— Потому что не было той, верность которой хотелось бы хранить, — буркнул мужчина.
— Что ж… ты прав, — согласился Фартрейд. — Так и у нас такой нет. А навязанная незнакомая девица не в счет.
— Вы ей точно так же навязаны. Могли бы проявить уважение и понимание. Наладить отношения…
— Наладим… Когда найдем.
— И как вы ее искать собрались?
Кстати, да, мне тоже интересно!
— А вот это, мой друг, мы тебе не скажем, — хмыкнул Артвирт. — А то вдруг силы решат нам помешать… Ты ведь их проводник!
— Иди, Итарон. Тебя там твоя достойная ждет… — поддержал брата Фартрейд.
— Угу, возможно, уже нет… — пробормотал Итарон себе под нос.
Да, милый, уже не жду… И если раньше и были мысли, то сейчас точно испарились.
— Итарон, — уже у двери окликнул его Фартрейд, — можешь донести до нашей супруги… или сил, как тебе будет угодно, что она очень пожалеет о своем побеге. Мы ее найдем. И она проклянет тот час, когда вздумала поиграть с нами… Она будет долго… очень долго отрабатывать нам этот месяц.
— А потом, — добавил Артвирт, — так уж и быть, мы избавим ее от нашего общества… только вот в этот момент она на коленях будет нас умолять остаться. А теперь иди, Итарон, иди…
Итарон захлопнул за собой дверь, прошептав: «Прости», — и картинка начала мутнеть и темнеть… в отличие от моей ярости! Что они сказали? Пожалею? На коленях буду умолять?
— Козлы! — прорычала я. — Сволочи! Кобели озабоченные! Это вы у меня пожалеете! Твари похотливые!!!
ГЛАВА 18
Ярость еще бурлила в крови, и в стену летели попавшиеся под руку ни в чем не повинные предметы. Кровь прилила к голове, и в какой момент мне стало невыносимо жарко. Я рванула рубаху и, оставшись лишь в штанах и корсете, попыталась отдышаться. Не тут-то было…
В коридоре раздался грохот, а потом дверь слетела с петель, явив на пороге разъяренного Расхарта с мечом на изготовку. За его спиной слышались крики и топот.
— Где?! — рявкнул он.
— А? — Я захлопала глазами. — Кто?
— Те, кто напал на тебя? — Он все еще осматривал помещение в поисках врагов.
Я выдавила смущенную улыбку:
— Хм… а на меня никто не нападал.
— А кто тогда «козлы», «сволочи» и «кобели озабоченные»?
— Да это так… вспомнилось…
— Да? И поэтому ты кричала так, словно тебя насилуют? А почему ты голая?
— Я не голая. — Я судорожно сорвала с постели покрывало и прикрылась им. — Мне просто жарко стало…
— Жарко? — У Расхарта округлились глаза, да и у тех, кто стоял за его спиной, лица были не менее ошеломленные. Боже… краска стыда прилила к щекам. Только этого мне не хватало… — И… хм… ты всегда бьешь посуду и кричишь «кобели озабоченные», когда тебе жарко? — Он говорил осторожно, как с психически нездоровой, но в голосе проскальзывала издевка.
— Нет, — выдавила я из себя, — это относилось не к жаре.
— А к чему? — не отставал он.
— К известию одному. Новости получила от знакомых, вот и перенервничала. Все у меня нормально! И я была бы признательна, если бы вы все покинули комнату и повесили обратно дверь, а то мне тут спать…
— И не тебе одной, — хмыкнул кто-то.
— Одной, — твердо заявила я. — Поверьте, для вас это будет безопаснее, а то я сегодня нервная.
— А как же я? — хитро посмеиваясь, влез Хас. — Ты же согласилась, чтобы этой ночью с тобой был я?
М-дя… и что тут скажешь? И ведь правда согласилась, а менять решение сейчас нельзя, иначе перестанут воспринимать всерьез. Увы, в этом мире слово держать надо.
— Ладно. Только ванну мне пока так и не принесли, так что можешь еще пойти погулять.
— Нэя, ты что, серьезно? — удивленно спросил Вэн.
— Вполне. Я же сказала, что буду ночевать с Хасом, значит, буду. А теперь попрошу всех уйти.
Мужчины ушли, предварительно повесив дверь на петли. Похоже, ее тут часто так ставили и снимали. Эх… может, стулом ее подпереть?
— Нэя, — обернулся уходивший последним Расхарт, — а что… хм… обрадовавшее тебя известие случайно не тот мужик, которого я видел, передал?
— Он, — кивнула я, не понимая, к чему он клонит. — А что?
— Да так… — Он прищурился и остро взглянул мне в лицо. — Просто интересно, как узнали, где ты будешь.
— Ну… — Я на минуту замялась. — Мой знакомый знал, откуда и куда я еду. И с каким караваном. Так что основные города, где мы остановимся, ему известны.
— Значит, известны…
Кажется, у полудэва начала просыпаться паранойя.
— Рас, он просто волнуется обо мне и присматривает.
— Конечно, — кивнул он, закрывая за собой дверь.
Ох, что-то мне не нравится, как быстро он согласился…
Но заморачиваться этим я не стала. Смысл? Чтобы успокоить Расхарта, придется рассказать, кто такой Итарон, а это вызовет слишком много других вопросов, на которые я отвечать не хочу. Так что пусть немного помучается, зато я буду спать спокойно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
