но так и не успели внедрить новый способ структуризации вещества. А, поскольку я инженер геофизик и технолог, то это открытие меня заинтересовало. С моей точки зрения, это сумасшедшая и гениальная идея. Оказывается, если энергетическую сетку усилить торсионным полем, то структура вещества становится намного более прочной. А главное, вихревое поле придаёт объекту уникальное свойство усваивать внешние энергии, ещё более укрепляя структуру поверхности. Суть в том, что внешние энергии захватываются спиральными полями и накапливаются в узлах решётки, избыток сбрасывается в накопители, а, если сбрасывать уже некуда, то излучается наружу в виде потока света. Тоесть, чем сильнее внешнее воздействие, тем крепче вещество и тем выше энергетика объекта. Согласитесь идея весьма любопытная.
— Есть у нас на Земле поговорочка в тему, — хихикнул Отила. — Нас е… бьют, а мы крепчаем.
— Я посмотрел на озорника и покачал головой.
— М-м, а не мог бы ты изложить процесс подробнее, — раздался голос Кена, и его голограмма внимательно уставилась на Тайра.
— Ты бы не отвлекался от основного дела, Кенушка, — озаботился Отила.
— Без паники. Всё в процессе, и ремонт идёт своим чередом, — успокоил домового Кен.
— Отчего же не изложить? — ответил Тайр. — А для начала давай покопаемся в твоих базах данных, Кен. Закачано должно быть в них много чего важного и интересного, а времени разобраться в этом до сих пор не было. А, если ничего подходящего не отыщем, то я постараюсь вспомнить подробности технологии. Однако не будем мешать нашим друзьям. — Тайр встал, поблагодарил нас за компанию и вместе с голограммой Кена вышел из кают-компании.
После обеда Элна ушла к себе, Отила куда-то ушмыгнул, Болк отправился спать, и я тоже задремал, сидя в кресле. Я никогда не запоминаю сны, хотя по остаточным ощущениям некоторые из них порой имели смысл. И в этот раз привиделось нечто неконкретное, фантасмагоричное, но в конце появилась чёткая картинка: планета Мето, во многом схожая с Землёй, но и с заметными отличиями. Иная растительность, иные животные, яркое небо с чуть фиолетовым оттенком. Заросшая низкой травой, живописными кустарниками и цветами холмистая равнина с небольшими скальными грядами и с высокими горами у горизонта. И на этом фоне старый… нет не человек. Похож, но нет. Длинные седые густые волосы, высокий лоб. Под седыми длинными бровями большие чёрные глаза. Прямой нос без переносицы с узкими ноздрями. Небольшой рот. На худощавом безволосом лице острый подбородок. Старик внимательно на меня смотрел и манил рукой.
— Очер, вставай, всё получилось! — выдернул меня из сна вопль Кена, голограмма которого бесполезно пыталась теребить меня за плечи. — Тайр великий дезм! Теперь я ничего не боюсь и никто мне не страшен!
— Стоп. Ты чего разорался? — спросил я, плохо соображая спросонок. Часы показали, что я проспал почти шесть часов. — Что случилось?
— Как что?! Торсионное усиление структуры случилось! Вот теперь мы повоюем! — продолжал гомонить Кен.
— Слава вам. Рад. Ура. Ура. Да здравствует Тайр. — я лениво потянулся, зевнул и хрустнул суставами.
— Да, ну тебя. Пойду лучше к Элне, она поймёт, — и голограмма Кена исчезла.
Приведя себя в порядок, я надел и активировал защитный доспех, включил герметизацию и вышел наружу. Там уже собралась и оживлённо переговаривалась вся компания. Я сразу направился к месту повреждения корпуса рейдера и не увидел даже следа пробоины. От удивления я потряс головой и зажмурился отгоняя наваждение. Открыл глаза, действительно, нет пробоины. Ай, да Кен! Ай, да чудотворец! Вместе с тем я начал замечать перемены, вблизи не очень заметные, зато издалека ошеломительные. Слегка поменялась форма всего рейдера. На мой взгляд он стал выглядеть стремительнее. Если раньше аппарат имел матовый серый цвет металла, то теперь поверхность играла перламутровой радугой. На задних плоскостях появились заметные выступы. Я понял, что Кен отрастил ретирадное оружие для задней полусферы. Я был в полном восторге.
— Ты посмотри, как всё здорово вышло! — искренне радовалась Элна. — Я и не представляла, что такое возможно.
— Поздравляю.
— А меня то за что? Это заслуга Кена и Тайра. Они такие молодцы! — и она упорхнула к старому дезму.
— Теперь можно и на планету высаживаться, — пробасил Болк. — А то едва в драку влезли и сразу ползадницы потеряли. Непорядок.
Через час восторги улеглись, и мы собрались в рубке.
— А не пора ли нам вернуться к Мето, — предложил я, — а по пути всё и обсудим. Команда единодушно согласилась, и после короткой подготовки, Кен стартовал.
Опять разгон, опять ускорение, опять давление на глаза и трудно дышать. И всё это тянется до-о-олго. Ладно бы двенадцать минут, но двенадцать часов! Говорить трудно, да и желания нет. Слава богу, всё плохое когда-то кончается. Разгон закончился, перегрузки пропали, и все вернулись к нормальной жизни, вспомнив, что ели давненько. И тогда по поводу чудесного избавления от опасного ранения и обретения новой защиты Кен накормил нас праздничным обедом. Особенно он угодил Отиле, который чуть не мурлыкал, поедая медовый пирог со сливками. Уж не знаю, как Кен умудрился синтезировать этот деликатес, но Отила подобрал все до последней крошки. После обеда я подсел к Элне и Тайру, чтобы выяснить, что же они натворили с нашим рейдером.
— Собственно говоря, — усмехнулся Тайр, — мы в этой модификации почти не участвовали. Идея, подсказка и кое-какие указания не в счёт. Всю технологическую цепочку Кен отыскал в резервной базе данных Предтеч. Наибольшей проблемой было свести разрозненные сведения воедино. Мы лишь помогли систематизировать и упорядочить информацию. Нам несказанно повезло, что основа в рейдере уникальная, спасибо Элне. Поэтому весь процесс занял немного времени. Ещё раз нам повезло, что всё необходимое буквально валялось под ногами, в здешних минералах оказалось высокое содержание железа, никеля, молибдена и ванадия. Всего этого хватило с избытком. И вот пожалуйста, сейчас мы имеем торсионное усиление структуры и отныне нам ничего не грозит.
Постепенно разговор переключился на саму планету Мето. И, естественно, главным и единственным экспертом в этом вопросе был Кен. Едва он начал рассказ, как я вспомнил об обрывке своего сна.
— Прости, Кен, что перебиваю. Интересуюсь, есть ли на Мето такое место? — и я описал виденную во сне местность.
— Ты… откуда… знаешь… — Кен был явно обескуражен. — Это же священное место нашего народа. Очень древнее место долины Истины. И туда нет хода никому, кроме наших святых.
— Не волнуйся, Кен, я увидел его вчера во сне. А насчёт того, что там никто не живёт, ты ошибаешься. Я видел там старика в белых одеждах, — и я описал его.
— Странно, — задумчиво протянул Кен. — по виду это один
