– Тогда полетели. Трансформируюсь!
Оптимус-Крайн вылетел из пещеры, Стрелок и Спасатель последовали за ним.
Столпившись у выхода из нее, защитники провожали взглядами летевших к планете разведчиков.
– Только бы с ними ничего не случилось, – вздохнул Лютик.
Остальные защитники промолчали, но чувствовалось, что они с ним полностью согласны.
Глава вторая
– Предатели! – проревел Скарпаног, и столько в его голосе было ярости, что уничтожители боязливо поежились.
Всю обратную дорогу до базы повелитель молчал и дал волю своим чувствам, лишь опустившись на землю планеты Аруп.
– Все предатели! – не унимался Скарпаногон. – Особенно ты, Смертоносец! У тебя прямо на лице написано, что ты предатель. Крупными буквами.
– Где, где именно? – забеспокоился Смертоносец.
– Да, забыл добавить, ты еще и тупица, – сказал Скарпаног. – Когда-нибудь я превращу тебя в фарш, который скормлю стаду кровожадных огненных крокодилов с планеты Хитрук. Почему ты не прикончил этого Лютика?
– Да вы же сами не велели! – воскликнул Смертоносец.
– Я не велел?
– Ну да.
– Хм… А чего ты меня послушался? Надо было его все же немного прирезать, так, самую малость.
– Ага, вас не послушаешься… Потом долго помнить будешь, – пробормотал Смертоносец.
– Что, что ты там бормочешь? – грозно спросил Скарпаног.
– Я? Да так, пытаюсь вспомнить надпись на могиле моей любимой матушки.
– Скоро появится надпись и на твоей. Нет, какие тупицы и предатели меня окружают! Тупицы и предатели! И все приходится делать самому. Никто и пальцем о палец не ударит.
Скарпаног нервно расхаживал по площадке перед станцией, то и дело останавливаясь перед сбившимися в кучу уничтожителями и грозным голосом вопрошал:
– Кретины, вы хоть понимаете, что вы кретины?.. А уж предатели-то, предатели, у каждого типично предательская рожа. Признаете, что предали меня?.. Вот ты, Смертоносец, почему ты за то время, что общаешься со мной, не поумнел ни на грамм? Учился бы, тупица.
Уничтожители, по опыту зная, что в таких случаях безопаснее всего молчать, героически отмалчивались. От этого Скарпаног приходил в еще большую ярость.
Минут через пятнадцать он уже вытащил секиру и стал потрясать ею в воздухе. Тут многих уничтожителей буквально прошиб холодный пот.
– Я вас научу уму-разуму! – кричал их повелитель, размахивая этим страшным оружием, да так, что при каждом взмахе остро отточенное острие проносилось буквально возле носа Смертоносца. Тот не смел шевельнутся из опасения, что острие может изменить траекторию движения и пополнить им ряды племени безносых.
– Я вам покажу…
Не докончив предложение, Скарпаног вдруг заметил кораблик Микула, и подойдя к нему, стукнул по его корпусу рукоятью секиры так, что на нем образовалась огромная вмятина.
– Ну-ка, ты, мальчишка, вылезай. Сколько ты там будешь отсиживаться? Вылезай, кому говорю!
Микул, который сидел в кресле пилота, скорчившись от страха, тяжело вздохнул, но вылезти не торопился.
– Вылезай, говорю, а то я разнесу твою скорлупу на кусочки!
Хорошо понимая, что Скарпаног может с легкостью претворить эту угрозу в жизнь, Микул открыл люк и вылез наружу.
– Вот! – веско сказал Скарпаног, указывая на него секирой. – Где бы вы были, не обладай я острым умом? Томились бы в плену у защитников! А я, я сразу сообразил, как вывернуться из трудного положения. Почему эта мысль пришла в голову именно мне, а не кому-то из вас?
– Именно поэтому вы – наш повелитель, – осмелился льстиво проговорить Смертоносец. – Вы – великий, могучий, гениальный повелитель, наш тиран.
– Тиран, – пробурчал Скарпаног, несколько сбавляя тон. – Тиран. Лишь только благодаря жуткому невезению я не стал тираном всей Галактики. Эх!
Он махнул рукой, потом неохотно спрятал секиру и распорядился:
– Всем заняться демонтажом оборудования базы. Пленника охранять как зеницу ока. В нем наша единственная надежда на спасение. Смертоносец, пошлешь двух, нет, четырех воинов в патруль, да смотри, подбери самых толковых. Не дай бог, прошляпят появление защитников. А то, что они пустятся за нами в погоню, несомненно.
Немного подумав, он добавил:
– Хм, может быть, удастся это использовать, чтобы расквитаться. А что, вполне возможно!
В глазах у него блеснула надежда.
Обрадованные тем, что повелитель сменил гнев на милость, уничтожители бросились исполнять его приказания.
Отрядив четверых в патруль, Смертоносец потащил Микула внутрь базы. Он втолкнул его в главный зал, в котором все еще лежала вышитая подушечка Лютика, и сказал:
– Связывать тебя я не буду. Но учти, ты должен находиться здесь. Если высунешь нос из этой комнаты – простишься с головой. Я отдам приказ всем уничтожителям. Тот, кто застукает тебя за пределами этого зала, имеет право порубить тебя тотчас же на куски. Думаю, мои воины исполнят это приказание с особой радостью. Ты понял, что я сказал?
– Да, – ответил Микул.
– Ну, вот и хорошо, – и Смертоносец улыбнулся очень недоброй улыбкой.
После этого он вышел. Дел и в самом деле было невпроворот.
Мальчик остался один и, хорошо понимая, что оказался в довольно незавидном положении, присел на подушку Лютика, чтобы хорошенько все обдумать.
Смертоносец не лгал. Он и в самом деле отдал такой приказ, отчасти из-за боязни, как бы мальчик не сбежал, а отчасти потому, что ему запал в душу упрек Скарпанога в том, что он не уничтожил Лютика.
«Если мальчишку убьют, – рассуждал он, – то в зависимости от обстоятельств, это можно будет объяснить либо глупостью самого мальчишки, либо своей мудрой инициативой».
В то, что защитники последуют за уничтожителями, чтобы спасти Микула, Смертоносец не очень верил. Сам он на их месте так бы не поступил ни за что.
Распределив между уничтожителями, кто какое оборудование снимает, и убедившись что они, пусть неохотно, но все же взялись за дело, Смертоносец решил, что позаботился обо всем, и отправился инспектировать работу патрульных.
Между тем Скарпаног все еще расхаживал по площадке перед базой и обдумывал положение, в котором оказались он и его воины.
«В конце концов, – думал он, – могло быть и гораздо хуже. Итог: меня разбили наголову, но все же я на свободе и у меня осталось достаточное количество воинов, чтобы начать все сначала. Не так уж и плохо. Эх, Лютик, Лютик, сколько я сил положил на тебя, сколько пришлось притворяться другом людей. И вот – результат. А победа была так близка, буквально на расстоянии вытянутой руки. Оставалось ее только схватить. Но нет, не повезло, опять не повезло».
Тяжело вздохнув, он дал ради развлечения пробегавшему мимо Клыку пинка и снова погрузился в свои мысли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
