class="p1">Соколов улыбнулся, но вопрос Веры заставил его как-то по-другому посмотреть на нее.
«Профессиональный вопрос, – подумал он. – А я, почему-то считал ее простой лаборанткой».
Машина вильнула на дороге и, прижавшись к обочине, остановилась. Из автомобиля вышел водитель и, подняв капот, начал швыряться в двигателе. Соколов встал рядом с ним, словно пытаясь оказать ему какую-то помощь в ремонте. Корнилова прислушалась к разговору мужчин.
– Вот этот люк, как я вам говорил. Через него можно легко оказаться на территории завода. Он выходит за котельной. Место там безлюдное, так, что можно пронести хоть тонну взрывчатки.
– Ты сам-то проверял?
– Нет, я не лазил, – ответил водитель.
– Проверь. Я не верю людям. Запомни, если мы воспользуемся им, то ты пойдешь с нами. Понял?
– Да. Я все понял…
– Тогда, поехали. Не стоит мозолить глаза охране.
Они сели в машину и поехали дальше. Свернув в ближайший переулок, легковушка остановилась около небольшого дома. Вера вышла из машины и направилась к дверям. Она открыла дверь и вошла в сени. Вслед за ней вошел и Соколов. В сенях было темно и он, обхватив девушку руками, прижал ее спиной к стене и начал целовать. Она попробовала вырваться из ее крепких объятий, но у нее ничего не получилось. Наконец, его губы нащупали ее губы, и Сергей буквально впился в девичьи губы. Он на какой-то миг ослабил свои объятия, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы она с силой оттолкнула его от себя. Кто-то из них сбил со стены висящую на гвозде оцинкованную ванну, которая с грохотом ударилась об пол. Корнилова буквально влетела в комнату и посмотрела на дверь, ожидая появления Соколова, но того не было. Она сняла с себя пальто и прошла в маленькую кухню. Услышав шаги, она обернулась. В дверях стоял Сергей. На его лице блуждала улыбка, не сулившая ей ничего хорошего.
– Не подходи, – тихо произнесла она и выставила перед собой нож. – Если сделаешь еще шаг, я убью тебя.
Соколов засмеялся.
– Ты же умная девушка, Вера. Я намного сильнее тебя и мне ничего не стоит просто сломать тебе шею.
– Сломать? Тогда, что ты скажешь Покровскому? Что убил меня в порыве страсти?
Он снова улыбнулся, но шага в ее сторону, почему-то не сделал. Сергей смотрел на нее так пристально, что от этого взгляда Вере стало как-то не по себе. Они стояли друг перед другом, не решаясь сделать ни шага навстречу.
– Дура ты набитая, – произнес он. – Кто такой Покровский? Чем он лучше меня? Только тем, что продает себя чуть дороже, чем я.
Соколов развернулся и вышел из кухни. Корнилова облегченно вздохнула. На глазах ее, словно два брильянта, покатились капельки слез. Она зажгла керогаз и поставила на него чайник. На какой-то миг она почувствовала непреодолимое желание бросить все это и сломя голову умчаться в Москву. Однако, она смогла победить это желание.
***
Темно. Часовой, услышав скрип снега под ногами людей, направляющихся в его сторону, вскинул винтовку.
– Стой! Кто идет! Пароль!
–Пашков! Ты что слепой? Это я, капитан Степанов!
– Все равно, пароль!
В темноте сухо щелкнул затвор винтовки.
– Варшава, Пашков, Варшава, – произнес капитан, подходя к часовому. – Что у тебя?
– Тихо, товарищ капитан.
Степанов посмотрел по сторонам и, убедившись, в отсутствии посторонних лиц, выхватил из рукава полушубка нож и ударил им в живот часового. Тот вскрикнул и медленно повалился на бок. Капитан свистнул, и из темноты показались несколько человек, одетых в шинели.
– Вскрывай! – скомандовал он негромко. – Берите ящики, только осторожно, в них взрывчатка.
К путям подогнали полуторку и стали быстро перегружать в нее ящики. Загрузив ящиков двадцать, мужчины забрались в кузов машины, и она медленно двинулась в сторону дороги. Капитан задвинул дверь вагона и неторопливо направился в сторону станционных построек. Пройдя мимо часового, он поднялся к себе на этаж и, открыв дверь, вошел в кабинет. Не снимая полушубок, он подошел к телефону и, сняв трубку, быстро набрал номер. Ждать пришлось не долго.
– Алло! Это капитан Степанов. Груз отправлен, – произнес он и положил трубку.
В кабинет вбежал помощник дежурного по части.
– Товарищ капитан! У нас ЧП! – сбивчиво произнес он. – Пропал боец Пашков!
– Как пропал? Что значит, пропал?
– Не знаю, товарищ капитан.
– Поднимай всех свободных от наряда людей, и прочешите все, – скомандовал Степанов.
Боец выскочил из кабинета и, гремя ботинками по полу, скрылся за дверью. Капитан надел шапку и вышел на улицу. Перед ним, выстроившись в две шеренги, стояли бойцы его подразделения.
– Красноармейцы! Полчаса назад бесследно пропал с поста наш товарищ Пашков. Уйти самовольно с поста он не мог. Поэтому слушай мой приказ: прочесать всю близлежащую местность, задерживать всех подозрительных. Приказ ясен? Исполняйте
Бойцы, выстроившись в цепь, медленно двинулись по железнодорожным путям, в сторону станции. Сам Степанов направился обратно к себе в кабинет. Раздевшись, он снял телефонную трубку и быстро набрал знакомый ему номер.
– Товарищ майор! Кажется, все прошло гладко. Сейчас, бойцы подразделения занимаются розыском Пашкова. Да, да, я все понял.
Он положил трубку и, достав папиросу, закурил.
«Интересно, что теперь скажет Покровский, увидев ящики с взрывчаткой, – подумал он. – Поверил ли он ему или все еще нет».
Олег Андреевич, услышав шум подъехавшего к дому автомобиля, вышел во двор.
– Как все прошло? – спросил он одного из своих подчиненных.
– Гладко. Капитан зарезал часового тихо, как говорят без шума и пыли.
Покровский подошел к ящику и открыл крышку. В свете луны он увидел плотно уложенные в ящике брикеты. Взяв в руки один из них, он прочитал надпись и усмехнувшись, положил брикет на место.
– Все разгрузить в сарай! – приказал он, и зябко передернув плечами, скрылся за дверью.
Поздно ночью Покровский отправил шифровку в Абвер: «В мыле не нуждаюсь, нужны прачки».
Дождавшись ответа, диверсанты свернули рацию и на машине вернулись в город.
***
Корнилова вернулась в Москву. Соколов довез ее на машине до дама и, не прощаясь, поехал дальше. Открыв дверь квартиры, она увидела на столе небольшую записку. Она быстро прочла ее и, смяв ее, положила записку в пепельницу. Поглядев на часы, она направилась на кухню. Она вернулась обратно в комнату и зажгла спичку. Крохотный лист бумаги вспыхнул и исчез, в пожирающем, бумагу пламени. Размяв пепел коробком спичек, она устало села на диван. Немного отдохнув с дороги, Вера села за стол и стала писать отчет по командировке. В какой-то миг она поняла, что пишет его чисто механически. Она положила ручку на стол и стала раздеваться.
