class="p1">Мистер Мирт легко вскочил в вагон следом за ними.
— Как видите, джентльмены, вагон прекрасно предназначен для путешествий на изрядное расстояние — вы можете здесь обедать, играть в карты, изучать почту…
— Кстати, об обеде, — прервал его Чэйсон Уолш. — Он будет?
Мистер Мирт мысленно вознес хвалу Ортансу, который, объединившись с Поупом, настоял, чтобы в вагон поставили чайник, кофейник и некоторое количество легких закусок. Ортанс лично смастерил небольшую плитку и встроил ее в заднюю стенку вагона.
— Кто-то обязательно потребует кофе или сандвич, — объяснил он.
— Еда делает добрее, — прогудел Поуп.
Мистер Мирт и не думал, что кто-то проголодается так скоро. Впрочем, исходя из внешних данных Чэйсона Уолша, ему стоило быть прозорливее на этот счет.
— Ну, что ж… Мы можем отправляться… — начал было мистер Мирт, но тут раздался голос мистера Беннета:
— Что вы творите!!! Остановитесь!!!
* * *
Для того чтобы продемонстрировать паровую машину во всей ее красе и мощи посетителям павильона, она была собрана и развернута носом в диагональ, и для того, чтобы выехать наружу, ей необходимо было обогнуть полукруг, проехав почти до центра зала.
Юй Цзиянь и мистер Беннет уже отвели зевак на безопасное расстояние, пояснив, где лучше не стоять, чтобы случайно не задело вагоном — у паровой машины оказался достаточно ощутимый занос в 4,9 фута — и близстоящих людей могло попросту смести. Мистер Мирт не хотел жертв на выставке, поэтому за безопасностью также следила и охрана. И вот, когда все меры предосторожности были соблюдены и мисс Амелия была готова уже двинуться с места, раздался предупреждающий крик мистера Беннета, а следом за ним столь знакомый мистеру Мирту голос лорда Дарроу:
— Ни за что! Не позволим издеваться над наукой!
Мистер Мирт повернулся к мистеру Уолшу:
— Прошу прощения, сэр. Сейчас разберусь, что происходит. Во время мы укладываемся.
Мистер Чэйсон Уолш слегка раздраженно кивнул — он ненавидел, когда что-то шло не по плану.
Мистер Мирт соскочил со ступеней на землю и оббежал паровоз лишь для того, чтобы увидеть достопочтенных членов «Клуба изобретателей имени П. Графа», ровным рядом улегшихся на рельсах прямо перед решеткой паровой машины!
— Джентльмены, вы с ума сошли? — глаза мистера Мирта удивленно округлились. — Немедленно вставайте. Холодно, вы же можете застудить спину или, не дай Народец, заработаете подагру! А ее очень, очень трудно вылечить…
— Что вы несете, Мирт! — перебил его лорд Дарроу. — Разве вы не видите? Мы выражаем протест!
Раздалось несколько неуверенных щелчков — первые журналисты почуяли неожиданную сенсацию и подрядили парографов снимать происходящее. Какой скандал! Жаль, те, кто выбрал смотреть на прибытие поезда, пропускают самое интересное.
Мистер Беннет и мистер Черч подхватили лорда Дарроу с двух сторон и попытались поднять. Но он на удивление ловко для человека его возраста и комплекции оттолкнул обоих, сохранив за собой право лежать на рельсах.
— Хорошо. Давайте поговорим, — мистер Мирт старался сохранять спокойствие. — Против чего вы протестуете конкретно?
— Вы взяли женщину водителем изобретения, имеющего стратегическую важность для страны! — едва не взвизгнув, выкрикнул лорд Дарроу, и его поддержал нестройный гул голосов остальных членов клуба. — И не просто женщину! Дочка безумного Эконита совсем замутила вам разум! А ведь вы казались мне здравомыслящим человеком, Мирт! Но вы решили, что и этого будет мало, чтобы опозорить все научное сообщество, весь наш клуб! Сколько она заплатила вам за это? За патент с именем сумасшедшего папаши, за стенд с его выдумками?
Мистер Мирт увидел, как побледнела мисс Амелия. Страшно подумать, каких усилий ей стоило сдержаться и не ввязаться в заведомо проигрышный спор. Мистер Мирт поймал ее растерянный взгляд и ободряюще улыбнулся.
Каким-то образом это не укрылось от лорда Дарроу.
— Вот! Лучшие умы превращаются в труху, стоит на горизонте возникнуть женской юбке. Мы были о вас лучшего мнения, Мирт. Мы давали вам возможность выбора! Мы вас предупреждали! Вы все-таки член лучшего научного клуба Лунденбурха, с нашим мнением считаются все научные журналы! Вы можете прикрываться даже Парламентом, Мирт, но без поддержки научного сообщества вы — ничто, вы пыль под ногами. Мы заявляем: сегодня эта паровая машина не поедет! Или она проедет через наши тела!
Мистер Мирт подошел к лорду Дарроу, глядя на него сверху вниз. Затем обвел взглядом собравшихся — зная, что его прямой решительный взгляд, в котором не осталось ни капли растерянности, попадет во все парообъективы. Притихшая публика следила за ним в ожидании — что он сделает после такой отповеди? Лорд Дарроу выдвинул серьезный ультиматум — или мистер Мирт прямо здесь снимает девицу Эконит и хоть сам садится за рычаг, хоть механика своего сажает, лишь бы мужчиной был, либо… Сможет ли он настоять на своем? Казалось, даже дыхание исчезло из павильона — так стало тихо. Взгляд мистера Мирта остановился на настенных часах на противоположной стене павильона.
— Опаздываем на целую минуту, — с досадой пробормотал он себе под нос, а затем обратился к лежащим на рельсах протестантам: — Лорд Дарроу! Господа! Было приятно быть в одном обществе с вами раньше, но сейчас наши пути расходятся. В эту самую минуту.
С этими словами мистер Мирт отстегнул от лацкана значок члена «Клуба изобретателей имени П. Графа» и швырнул его лорду Дарроу в лицо.
Толпа слаженно ахнула.
Для джентльмена лишиться своего значка означало потерять членство в клубе, а значит, и свой престиж…
Но мистер Мирт жестко проговорил:
— Если быть слепым женоненавистником, не видящим дальше своего носа, означает быть лицом прогресса — что ж, избавьте меня от этого. Пусть для меня закроются двери во все научные сообщества, но я создаю свои изобретения не для регалий или наград. Я создаю их для людей. И паровая машина — мой подарок простым людям, обычным жителям, а не вам. Убирайтесь, лорд Дарроу, из моего павильона, от моей паровой машины. Нам с вами больше не по пути. Господа! В путь!
Мистер Черч за это время успел вызвать дополнительную охрану, и общими усилиями лорда Эдварда Дарроу вместе с другими джентльменами подняли с рельсов и со всем уважением препроводили к выходу.
Никто на них не смотрел — все внимание публики поглотила паровая машина. Ведь из трубы вырвалось первое облако пара, колеса прокрутились один раз, другой, и вот все быстрее и быстрее машина набирала обороты, широкая металлическая решетка резала воздух перед собой. Ортанс бодро просигналил в гудок, мистер Мирт запрыгнул на подножку и помахал рукой зрителям.
— В добрый путь! — прокричала мисс Амелия,
