‒ Как новенькая, ‒ цежу сквозь зубы. ‒ Мысль заканчивай.
‒ Ах, да. Я к тому, что про эту самую пассию Вацлав когда-нибудь да расскажет. Ведь сыновей-то он не скрывает! И тогда что будет? Типа полноценная семья? ‒ Тамара поднимает руки и с кривой улыбкой сгибает пальцы в «кавычки». ‒ И этой объявившейся дамочке-Иммора наверняка будет неприятна находящаяся в такой близи человеческая девушка ‒ ты. Таких добреньких, как Сэмюэль Люминэ, больше и не найти. Остальные Иммора снисходительно посматривают на нас ‒ и только. Так что… ‒ Подруга набирает в грудь побольше воздуха и горячо шепчет мне в лицо: ‒ Будь с Вацлавом милой! Чтоб благосклонность его не потерять. А то вдруг этой дамочке захочется выставить тебя вон. Кто ж тогда встанет на твою защиту?!
О…
Кажется, у меня кратковременное эмоциональное слабоумие.
Я всецело, совершенно, абсолютно без понятия, как мне реагировать на это предостережение.
ГЛАВА 31. СТАЛЬНОЙ КОМПРОМИСС
Хлесткое сегодня
Тамара обещает ждать меня у лестницы. И если ее преданность осталась столь же сильной, то она и правда будет стоять на месте до тех пор, пока я не вернусь.
Насчет тайной пассии Виви из высших придется ее разочаровать. Нет, я, конечно, не исключаю, что у него любовниц ‒ пруд пруди. Но так круто шифроваться, что ни одна журналистская крыска не пронюхала? Ни одной его связи не раскрыли, что ли? Профаны.
Ну и плевать на развратные похождения Виви. У меня иная проблема.
Надо ли сообщать Тамаре, что дамочка, выпихнувшая на свет его пацанов, ни при каких условиях меня не выгонит? У меня ведь достаточно сносные отношения с самой собой.
Вздрагиваю, реагируя на внезапный порыв. Неведомая сила манит меня к двери, напротив которой я как раз и остановилась.
Похоже, это то, что мне и нужно.
Поднимаю руку, чтобы постучаться, но на последнем сантиметре останавливаюсь. Прислушиваюсь.
Тихо. Может, Виви уже куда-нибудь свалил? Он ведь жуть какой деловой. В костюмчиках ходит, белесую волосню прилизывает, империями рулит.
В любом случае стучаться не буду. Бунтарь не проявляет вежливость, а делает вот так.
Пинаю дверь от всей души. И та, к моему изумлению, с легкостью распахивается. Хотя на вид ‒ еще та тяжесть.
За дверью стоит Виви. Он-то и потянул на себя тяжелую створку.
Клонюсь вперед, не успевая вернуть поднятую ногу обратно. Пальцы Виви смыкаются на моей ступне, приплюснув мех на домашней чешке. Быстро вытягиваю руки в стороны и удерживаю баланс, оставшись стоять на одной ноге.
‒ В твоем сегодняшнем плане ‒ отбить себе все пальцы, Чахотка? ‒ интересуется он, продолжая сжимать мою ногу.
Надо же, а в растрепанном виде его волосы устраивают довольно занятные конструкции. Например, вон те белые волнистые локоны, упавшие на лоб. Или торчащие у левого уха пряди в форме одуванчикового пуха. Да и остальной видок ‒ что-то с чем-то. Взять хотя бы белую футболку с V-образным вырезом и черные брюки. Наряд, по своей сути, по-домашнему простоват. Но не на этом, к сожалению, чрезвычайно шикарном теле. Свой предполагаемый гарем из красоток Виви смело может сражать прямо в таких одежках.
‒ Здрасте. ‒ Тяну на себя конечность, но меня не отпускают. ‒ Я пришла позаботиться о ваших орешках.
Красноречиво смотрю на свою ногу, которая, при идеальном раскладе и при отсутствии препятствий, врезалась бы точно в причинное место Виви.
Он тоже смотрит на мою ногу, на себя, и я отчего-то точно знаю, что разгадывает мой посыл безошибочно и на раз.
‒ Неплохо прогулялась. Раз потянуло на вульгарные речи.
И пикнуть не успеваю, когда Виви неожиданно тянет меня за ногу, а сам отходит в сторону. Лечу вперед и готовлюсь уже обо что-нибудь расшибить лоб, как вдруг мягкий рывок останавливает меня. Слышу хлопок за спиной, и с легкой паникой наблюдаю, как он свободной рукой что-то там защелкивает в гуще выпуклых украшений дверной створки.
Край моей блузки со стороны спины по-прежнему в его власти. Выпрямляюсь, с трудом поворачиваюсь и тоже хватаюсь за ткань чуть выше пальцев Виви.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он смотрит на меня.
«Ты зачем нас запер?» ‒ хочу спросить, но опасаюсь, что это будет выглядеть так, словно я боюсь.
А это действительно страх? Нет, вряд ли. Он не заставит меня бояться себя. Но досаду я точно испытываю.
‒ Отпусти, ‒ сердито требую.
‒ Стоишь на ногах? ‒ вместо выполнения требования задает вопрос Виви.
‒ А по мне не видно, что ли?!
Хватка ослабевает, и я немедленно отбираю у него край блузки.
Пока спешно поправляю на себе одежду, Виви обходит меня и присаживается за стол. Вся мебель в кабинете выполнена в темно-ореховых тонах: и большущий стол, на котором, кроме экрана и клавиатуры, нет ничего, и шкафы, забитые как бумажными версиями книг, так и блочными вариациями с воспроизведением объемных визуализаций. У стены стоят огроменный диван темно-зеленого цвета, несколько кресел и длинный стеклянный столик без единого пятнышка или отпечатка.
‒ Присаживайся. ‒ Виви указывает на стул с высокой мягкой спинкой, располагающийся как раз напротив его стола.
Присаживайся? Да мне в рожу его симметричную дать хочется, а не на стульях рассиживаться. Однако в голове звучат слова Тео, советовавшего не вступать с Виви в слишком уж открытую конфронтацию.
В общем-то, дельно подмечено. Не к месту скандалы устраивать насчет его планов демонстрировать меня общественности под сомнительным статусом, ведь я хочу, чтобы он кое-что организовал для меня. Это будет как раз в его силах.
‒ Как прошла встреча с Тамарой?
Кто бы сомневался. Ему докладывают обо всем.
‒ Прекрасно. ‒ Откидываюсь на спинку стула и пытаюсь выглядеть как можно более расслабленной. ‒ Не твоими стараниями.
Спросит, как много я ей рассказала? Но Фрэнсис уже наверняка обо всем отрапортовал. С другой стороны, за то время, пока мы поднимались сюда, я могла бы уже с легкостью раз по десять вытрепать каждый секрет.
‒ Рад, что ты отлично провела время.
Жду.
Так и не спросит? Надеюсь, он не задумал пристукнуть Тамару на выходе из поместья.
Обстановка угнетает. К тому же Виви, кажется, вполне удобно просто пялиться на меня в тишине. Я же пока не продолжаю беседу, потому что собираюсь с мыслями и рьяно уговариваю внутреннюю забияку фильтровать речь.
Взгляд выхватывает в стене между шкафами очертания еще одной двери. Что там? Сортир?
‒ Хочешь туда? ‒ Виви внимательно смотрит на меня поверх своих пальцев, сложенных треугольником.
Глазастый какой. Мгновенно малейшую деталь подмечает. По ходу, непросто будет с таким тягаться.
‒ Нет, обойдусь.
Как-то… жжется.
Жрет меня глазами.
Разозлить жаждет?
На деловой лад я так и не настраиваюсь, поэтому выпаливаю на следующем выдохе:
‒ Хочу вернуться на учебу.
Свет в комнате разово мигает. Помня о всяких волшебных чудачествах Иммора, прихожу к выводу, что самообладание на мгновение подвело Виви. Кажется, он не ждал подобного заявления.
‒ Хочешь учиться?
С интонациями у него полный порядок. Верно, я тоже слежу за каждой его реакцией. Он и в детском возрасте не особо эмоционально читаем был, а ныне легче статую в парке уговорить сплясать, чем понять, какие мысли бродят в голове моего братца.
‒ Да.
Я концентрируюсь на мягкости собственного голоса. Требуется убедить его в том, что я готова к сотрудничеству, и тем самым максимально снизить уровень его подозрительности. Если моя свобода в ближайшее время зависит сугубо от желаний Виви, то стоит показать ему, что мне уже можно доверять.
Лето ‒ хорошая девочка.
‒ Зачем тебе это?
Уровень «жора взглядом» возрастает в разы. Кто-нибудь напомните господину, что пялиться, да еще так очевидно, ‒ по меньшей мере, неприлично.
‒ Ради получения образования, конечно же. ‒ Вовсю улыбаюсь, но, в очередной раз сосредоточившись на лице Виви, заканчиваю свои игры в доброжелательность. Понятно же, что он не верит в искренность моих гримас дружелюбия. ‒ Короче… В прошлой жизни по известным причинам я с дипломом пролетела. Так что сейчас хотелось бы восполнить пробел.
