Без бинокля вижу, как девушки ускоряют шаг, а затем резко переходят на бег.
Антилопы, мать их!
— За ними! По параллельной, — кричит водителю охранник. — Быстро.
Шлифуя колёсами асфальт машина срывается с места. Мы мчим по каким-то закоулкам.
— Сюда, на перерез, — глядя на экран навигатора, парень указывает на дорогу, между домами. — Там тупик. Они стопудово побегут мимо гаражей.
Водитель тормозит ручником и резко поворачивает руль, филигранно выписываясь в поворот. Тормозит. Перед нами и правда тупик. Справа длинный дом, со сквозным поездом.
— Девчонок разделите, — Анну ко мне. Вторую к Олегу, — его автомобиль как раз тормозит в паре метров от нас.
— Понял, — охранник выскакивает на улицу и двигается в сторону арки, в которой предположительно должны появится наши дамы.
Минута. Вторая. И… бинго! Дверь отъезжает в сторону и внутри салона появляется Крылова. Она кричит: Отпустите! Выпустите! Напуганная. Совершенное не замечая меня, стучит руками в окно. Наивная. Даже не догадываясь, что оно пуленепробиваемое. Мне искренне жаль, что приходится с ней так поступать. Но, она сама виновата. Постоянно лезет в какое-то дерьмо. Ей нужен урок. Чтобы доходчиво все поняла и не делала мне больше нервы и беременную голову.
Мысленно считаю до десяти и выдыхаю…
— Перестань кричать, — слегка подаюсь вперёд. — Тебя все равно никто не слышит, кроме меня.
Несколько секунд Аня смотрит и лишь молча хлопает глазами, а затем…
— Дурак! — Громко, обижено, с выражением так, выплёвывается мне прямо в лицо.
Запыхавшаяся. Щеки красные. Шапка, из-под которой выбились волосы и сейчас торчат в разные стороны, съехала на бок. Находясь на настоянии полуметра я слышу, как колотиться ее сердце.
Хочется пожалеть, но… Стоп, Громов. Ей сейчас все равно, что там у тебя колотится или дергается. И уж тем более плевать, на твою последнюю живую нервную клетку, которая подаётся сигналы SOS в виде нервного тика.
— Ты стометровку за сколько бегаешь? — говорю с легкой ухмылкой на лице. На секунду мне становится смешно от того, что она реально топила не по-детски.
Она открывает рот и набирает побольше воздуха, а я готовлюсь принять ее словесный фонтан.
— Какая к черту стометровка?! — взрывается она праведным гневом.
— Бегаешь по-взрослому. Я тебя на машине догнать не мог. Вот поэтому и спрашиваю, — пытаюсь как-то разрядить обстановку, потому как чувствую, что у Анны сейчас конкретно подгорит. А у нас впереди ещё серьёзный разговор.
—Ты хоть понимаешь, что ты меня напугал?! — Неожиданно мои слова вызывают совершенно другой эффект. — Ты идиот! У меня чуть сердце не остановилось! Зачем вы гнались за нами? Ты понимаешь, что мы сегодня пережили? Нельзя было просто позвонить? Что ты улыбаешься? Тебе смешно? И Алина… Где Алина? — Тяжело дышит от своей триады она.
Реально, бесстрашная коза.
— Высказалась? — рявкаю в ответ чуть агрессивней, чем положено. — Подружка твоя с Олегом в соседней машине — это раз. Я улыбаюсь, потому что рад тебя видеть, даже при таких обстоятельствах — это два. На счёт позвонить — встречная претензия. Три. И сейчас, ты мне все расскажешь — четыре.
16.
Анна
Из-за тонированных стекол в машине полумрак. В воздухе витает запах сигарет. Видимо в салоне постоянно курят. Напротив меня сидит Громов. Его руки сложены на груди. На протяжении всего моего рассказа, он молчит. Только его взгляд… Ох, если бы им можно было убить, то он обязательно сделал бы это. Не сомневаюсь.
— Вот. В общем так все и было, — рассказываю, а у самой до сих пор мурашки бегут по телу. Сердце колотится как у пойманного зайца. Голова вспотела. И в дополнение колющий бок.
— Понятно… — хмурится. — Ноутбук, флешка, деньги где?
— У меня в рюкзаке, — кажется, я слышу скрип работы его мозга.
— В этом? — он указывает на мою спину.
— Да, — честно отвечаю, но смотрю с опаской.
— Давай его сюда, — он протягивает руку в требовательном жесте.
— Зачем? — я не спешу снимать рюкзак со спины.
Почему? Да, хрен его знает… Потому что я тоже очень злая. И еще больше напугана. И вообще, мне хочется делать все наперекор ему.
— Аня, — понижает голос, — не выводи меня из себя еще больше.
— Я не вывожу. Просто спрашиваю, зачем? — конечно, в такие моменты надо уметь заткнуться и помолчать, но я не могу. Я не виновата, что из меня так и прет устроить ему демарш.
— Ну почему ты такая упрямая? — он делает глубокий вдох. — Давай сюда рюкзак!
— Нет, — скольжу задницей по сидению, ближе к двери. — Я отдам его Алине. А она в свою очередь пусть передает его Косте.
Егор достает из пачки сигарету и несколько раз нервно щелкает зажигалкой.
— Она не сможет его передать, как ты выразилась, Косте, — приоткрывает окно и выпускает изо рта облако серого дыма. — Потому, как никуда не поедет. Наворотили вы дел, девочки, своей самодеятельностью.
— Мы?! — нет, вот реально. Это только мы во всем виноваты? Он серьёзно? — Вообще-то…
— Ну, а кто?! — перебивает на полуслове Егор. — Не могли меня дождаться? Приключений на жопу захотелось? Аня, — он угрожающе нависает надо мной, а я вжимаюсь в сидение, — ты вообще соображаешь, что если бы не ваше чертово везение, то вы повторили бы судьбу этой самой Вероники. Или того хуже. Ты понимаешь, что с тобой могло произойти что-нибудь плохое? Ты подумала, своим куриным мозгом, что будет со мной, если с тобой что-то случится?
Да все я прекрасно понимаю. И мне стыдно. Мне, наверное, надо бы извиниться. Признать то, что я налажала. Но из-за своего упертого характера говорю
