В корзинах еще осталась рыба. Я предназначил ее фрегатам, которые неизменно несут патрульную службу до наступления темноты. Первыми приходят, последними уходят! Именно они обеспечили успех операции. И снова они не заставили себя ждать. Внезапно появившись, они, с развернутыми крыльями, на лету хватали угощение. В их выступлении не было ни одного неудачного номера. В лучах заходящего солнца, бившего в глаза, один фрегат промахнулся и упустил брошенный кусок, но тотчас в поразительном перевороте настиг его и подхватил клювом прежде, чем тот коснулся воды!
Коричневые пеликаны не особенно боятся фрегатов; для них гораздо опаснее люди, ежегодно вторгающиеся в места, где они кормятся и гнездятся, — на юге Соединенных Штатов Америки.
Великолепные фрегаты! Они не вредны, хотя и выступают среди тропических птиц в роли неутомимых и безжалостных пиратов. Благодаря их непрекращающемуся воздействию сильные отделяются от слабых, сообразительные от глупых и вся местная авиафауна пребывает здоровой и энергичной.
На Изабелле коричневые олуши стали жертвой местных рыбаков, которые выдергивают у них перья, чтобы использовать как приманку при ловле тунца. Раньше после такой операции птицам оставляли жизнь, сегодня их убивают.
Человек — разрушитель
Экспедиция на остров Изабеллы, весьма успешная, задержала, однако, выполнение очередных задач. Мы нуждались в подкреплении. Филипп слетал в Лос-Анджелес и привез Яна и специалиста по морским птицам из Калифорнийского университета, доктора Томаса Хоуэлла.
Теперь мы могли на твердой земле продолжить исследования, которые авиагруппа начала до прибытия шлюпа «Серенада».
Доктор Хоуэлл поведал нам, что коричневые олуши Изабеллы представляют особый интерес для местных рыбаков.
Поколения рыбаков используют короткие белые перья, расположенные под крыльями этих птиц, в качестве приманки для ловли рыбы на дорожку. По традиции в сезон размножения коричневых олушей целые рыбачьи поселки перемещались ближе к колониям их. Коричневых олушей, чрезвычайно доверчивых и не пугливых, легко ловить. Ценой нескольких выдернутых перьев они вновь обретали свободу. Это не отражалось на их полете и не ухудшало теплоизоляции. Подвергнувшись ограниченной агрессии, они восстанавливали оперение до того, как наступал очередной период сбрасывания перьев.
Собранные перья использовали главным образом для приманки до- рады и тунца. По свидетельству мексиканцев перья олушей эффективнее любой другой приманки.
Сегодня лов рыбы на дорожку широко практикуется. Этот способ особенно распространен при ловле наиболее ценимого здесь вида тунца, которого местные жители называют «баррилет». Нас заинтересовало, используются ли перья коричневых олушей в качестве насадки.
Как мы скоро заметили, ответ оказался положительным. В один прекрасный день люди, приплывшие в лодках с материка, приступили к ежегодному сбору пера. Мы последовали за ними в зодиаке. И в очередной раз, увы, убедились, что повсюду, где проходит Homo sapiens, он сеет смерть.
Мы подобрали маленького фрегата, выпавшего из гнезда, и попытались выходить его. Филипп Кусто кормил его рыбой, Ги Жуа взял на себя заботу о нем, назвав его Тото.
Да, рыбаки используют перо коричневой олуши в качестве приманки, и эта птица осталась столь же доверчивой, как и прежде. Но нынешнее поколение — в отличие от своих предков — оказалось, лишено чувства священного уважения к чужой жизни. Вместо аккуратного и безвредного изъятия у птиц нескольких перьев мексиканцы просто убивали их палкой и без зазрения совести обдирали тушки.
Коричневые олуши приспособились к борьбе против естественных опасностей в своем биотопе. Они хорошо справлялись с небольшим ежегодным калечением, которому их подвергали еще недавно. Но против алчности людей, лишенных малейшего чувства жалости и ответственности перед будущим, — против законченных эгоистов, у них нет ни одного шанса.
Немножко альпинизма
Мы были глубоко удручены, хотя и понимали, что поведение молодых рыбаков не является единичным актом вандализма. Истребление природных ресурсов, выходящее, к несчастью, далеко за пределы разумной нормы, стало типичной чертой современного мира…
Коричневый пеликан — замечательный ныряльщик. Завидев добычу, он падает в море с высоты более полутора десятков метров. Он не протыкает рыбу, а зажимает в клюве и всплывает на поверхность, опустив ее в подклювный мешок.
Коричневые олуши гнездятся в таких местах, куда легко проникает человек, и это несет им раны, страдания и смерть.
Фантастический нырок коричневой олуши, пронизывающей поверхность моря и оставляющей след, как от ракеты. Эти птицы обладают отчаянным темпераментом и исключительной доверчивостью к людям, чем и объясняется их прозвище глупыши.
С этой точки зрения фаэтоны устраиваются гораздо лучше. Короткие лапы делают фаэтонов на земле чрезвычайно неуклюжими и причиняют большие трудности при взлете, поэтому они вынуждены селиться на крутых скалах. Эта биологическая особенность обеспечивает им одновременно и определенную безопасность.
Помимо подводных съемок, мы осуществили на Изабелле многочисленные эксперименты, относящиеся к поведению птиц в естественных условиях. Одно из восхитительных зрелищ — любовный парад синелапых олушей.
Отвесные скалы, на которых фаэтоны откладывают яйца, не могли остановить доктора Хоуэлла. Он был одержим лишь одной идеей: штурмовать! Ему хотелось добраться хотя бы до одного труднодоступного гнезда, чтобы в естественных условиях понаблюдать за поведением выводка и взрослых птиц.
Вопреки распространенному мнению, скорость ныряющих птиц определяется не только начальной скоростью при нырянии в воду. Они активно плывут, используя крылья под водой, как в воздухе.
Аквалангистам с «Калипсо» приходилось весьма редко соприкасаться с удовольствиями альпинизма. Это была совсем не их стихия. Однако они были склонны принять вызов, который бросали им скальные маршруты. Речь не шла, конечно, о северной стене Гран-Жораса[13]!
Доктора Хоуэлла сопровождали Филипп и Бернар Делемот. Трое скалолазов поднялись по черной щели и, соблюдая меры предосторожности, прошли к узкой полке на отвесной стене, где мы неоднократно наблюдали появление фаэтонов.
