разоряют наши леса, – я акцентировал внимание на этом, полагая, что до соратника так и не дошёл подобный нюанс. Обратился к озёрным: – Вы, собственно с какой целью сюда пришли, если знали, что ваших дальних собратьев мало интересует сотрудничество?
– Наш правитель, Фэтар, – осторожно начал Хээранг. – Да продлят боги его жизнь! Но и он не застрахован от просчётов. Загоревшись идеей собрать разрозненные племена, он разослал делегации по ближайшим поселениям. Мы всего лишь хотели торговый союз с пещерными собратьями. Но, как оказалось, жизнь вдали от благословенных озёр лишила их разума и способности распознать что-либо кроме сиюминутной выгоды.
– Так, стоп. Вы только называли свои озёра гиблыми, теперь они уже благословенные?
– Пары от подземных озёр распугивают всё живое, нам же они несут ясность ума и развитие. Да и весь наш товар добывается поблизости от них. Гремучая вода, – деловито начал загибать пальцы Хээранг. – Каменный мох: зелёный и красный, ядовитые порошки разного назначения: от окраски тканей до безвкусной отравы, редкие алхимические ингредиенты. Мы с удовольствием будем меняться на еду, в наших краях безжизненно, и дичь совсем не заходит.
– Мне яды не нужны. Правда, среди Детей Древа есть одна шаманка. Возможно, её вы сможете заинтересовать.
– Так ты нас выпустишь, друид? Вопрос животрепещущий…
– Да, и было бы хорошо оказаться отсюда подальше, мы видели, как ты Созерцателя переправил… Нас тоже. Пожалуйста.
Я пожал плечами.
– Будь по-вашему.
Вор спрятал Хээранга и Бурунга в недрах Хранилища. А я повернулся к Рону:
– И чего ты так на них взъелся?
Соратник, от безделья уже с минуту гримасничающий напротив тентакли, повернулся и растерянно ответил:
– Да не люблю я эту мелочь зелёную. Всё они, как один, троглодиты. Ты бы и этим не очень на слово верил, тем более под Древо в такой ответственный момент выпускать не нужно. Мало ли что они там учудят, пока остальные суетиться об обороне будут.
– Выпущу я их, когда с нежитью разделаемся, не переживай. А пока они в Хранилище, никуда с него уже не денутся. Нам пора двигаться дальше. Охотник, где мои вещи?
– Там! – неожиданно для меня и для Рона, подали голос обе части тентакли, всеми щупальцами указывая в проход, который караулила первая половина питомца.
– А выход на поверхность?
– Тоже там! – вновь синхронно отозвались петы.
– Тогда в путь. Нам ещё сегодня на встречу с Детьми Смерти хотелось бы успеть.
— Боюсь, что нашими старшими шансы вступить в бой здесь гораздо выше, чем у Древа.
Мы вышли в проход. Охотник, карауливший проём, пополз первым. Следом за ним нещадно согнувшись, с мечом наперевес шёл Гай. За соратником – я, замыкали шествие Кусь и вторая половина тентакли, на случай, если кто захочет напасть со спины.Вероятность этого я исключить не мог: в пищеблоке было ещё два тоннеля, помимо нашего, мало ли кто оттуда может ударить.
Очень кстати пришлось заклинание «Спутник Изивала»: тьма внутри стояла такая, что не видно собственных рук. Сначала послал яркую звёздочку светляка вперёд, но, будучи ослеплённым слишком ярким светом, убрал магическое сияние себе за спину: и впереди видно, и по глазам не бьёт.
Проём был проходимым, метра два с половиной-три в ширину, но заточенным под рост гоблинов. И мне, и Рону приходилось нагибаться, чтобы не прочёсывать макушками шероховатые своды тоннеля.
Наша каменная тропа извивалась и петляла как пьяная змея: один крутой поворот сменялся другим, и конца этого всего безобразия не было видно. В голове то и дело колотилась мысль: а что, если проскочили нужный поворот? Я бы давно уже бился в сомнениях и панике, если бы не полагался на нюх Охотника, безошибочно находящий всё, что ему прикажешь. Да и ответвлений у прохода тоже не было, ни единого, что очень странно в ключе его крутизны.
Спустя минут пятнадцать активного передвижения внутри каменной кишки мы наконец вышли к подъёму наверх. Тоннель под прямым углом уходил ввысь, а ровно посредине прохода, с нависающей плиты, крепилась ненадёжная металлическая лестница.
– Я первый полезу, – вызвался Рон, обгоняя тентаклю, протискиваясь между полотном лестницы и каменной стеной.
Я возражал, но промолчал. Тем более, что соратник уже взбирался.
— Здесь дверь! — проинформировал Гай.
— Ну постучи…
— Не открывают, — оповестил о результатах соратник. — И ни щёлочки нет, ни черта не видать! Массивная, зараза. На совесть делали, не то, что эта лесенка.
Я прошмыгнул мимо лестницы, задрав голову вверх, направляя «Спутник Изивала» для подсветки. Надо мной оказалась вертикальная шахта около четырёх метров, с дверцей в боку, под самым потолком.
— Рон, сам не справишься?
Соратник пыхтел, и шумно дышал, не находя точки опоры для того, чтобы как следует налечь на дверь. Затем нанёс два удара эфесом меча. Даже мне, стоящему внизу, по звуку стало ясно: толщина дверки солидная, и эфес нужен раз в десять побольше.
— Давай, Рон, спускайся. Пусть Охотник дверь продавит.
Половина тентакли в форме жижи двинулась по лестнице, легко и изящно, не соприкасаясь с соратником, возвысилась над ним. Наподобие домкрата, жижа упёрлась в дверь и в противоположную стенку. Ещё миг, и послышалось скрежетание камней, а затем и хруст ломающегося дерева, после чего помещение наполнилось грохотом.
Сверху посыпались валуны размером с арбуз и чуть мельче, накрывая меня и Рона каменным каскадом. До встречи с первым булыжником я всё же успел активировать древесную броню. Придавило меня в жутко неудобной позе, из-за чего я никак не мог вдохнуть хотя бы в полгруди.
Наконец, когда грохот утих, и наступила тишина, решил осведомиться о здоровье Гая: меня зацепило побочно, подозреваю, основной удар пришёлся на соратника. И если он не успел активировать свою броню, то среди придавленных я один, а Гая замещает фарш.
– Рон, ты там нормально? – сдавленно просипел я, задыхаясь от тяжести.
– Пока не умер, – бодро ответил Гай. – Сейчас я вылезу и тебе помогу. Э-эх! – Тут же подтверждая слова действиями, соратник начал шевелиться.
Только вот я был не особо рад. Валун, лежавший на моей груди от потуг Рона сместился, выжимая из лёгких остатки воздуха, голову сдавило ещё сильнее.
– Умоляю, не двигайся больше, – из последних сил прохрипел я, теряя связь с реальностью.
Глава 37
Глава 37
Мелкие редкие вдохи, которые я
