в Сицилии — Филоксен!».
Тогда человек по имени Филоксен сказал: «Господин Филист, вы слишком меня превозносите. Я всего лишь обычный человек, который просто любит музыку и поэзию, и я не могу сравниться с ними, так как не занимаю никакого поста в Сиракузах».
Он указал на стоящих перед ним: «Если бы я не слышал, что вы из Турий и ученый, я бы не пришел».
Резкие слова Филоксена заставили Филиста немного смутиться, но Хениполис, который стоял позади Анситаноса, удивленно спросил: «Вы Филоксен? Поразительно! Барды Турии часто пели ваши стихи, такие как «Осенний ветер шелестит", "Сердце грустит", "Бывшие любовники». Все они прекрасны».
Филоксен был весьма удивлен, так как не ожидал встретить на этом банкете своего поклонника из Турии: «Ты?..».
«Хениполис, ученик Анситаноса». — Быстро ответил юноша.
«Он также единственный сын Авиногеса, архонта Лаоса». — добавил Масиас.
Анситанос был потрясен. Глядя на выражение лица другого, было очевидно, что он уже знал личность ученика: 'Похоже, Сиракузы уже провели подробное расследование о нас'.
«Ученик? Чему ты у него учишься?». — Филоксенус спросил с удивлением, так как он ничего не знает об Анситаносе.
«Я изучаю историю Средиземноморья, а также тренируюсь в написании литературы и участвую в составлении книг для учителя». — Ответил Хениполис.
Филоксенус удивленно посмотрел на Анситаноса и прямо спросил: «Какую книгу вы пишете?».
Тогда Анситанос скромно ответил: «Я хотел написать подробную книгу об истории Южной Италии. Я только начинаю и сейчас собираю информацию…».
«Хорошо, все. Давайте расположимся на пиру и поговорим во время еды». — По настоянию Филиста, собравшиеся отправились на свои места.
Вскоре слуги принесли тарелки с блюдами.
«К сожалению, у меня нет повара, который мог бы приготовить блюда кухни Турии, которая очень знаменита. Надеюсь, эта еда доставит вам удовольствие». — Сказал Филист Анситаносу.
Анситанос раскрыл руки, указал на еду на столе и удивленно сказал: «Все это аппетитно!».
Филист рассмеялся, и когда он собирался заговорить, Лептинес сказал: «Я слышал, что твой архонт, Давос, изобрел большинство знаменитых блюд Теонии. Это правда?».
«Вы должны знать, что эти вкусные блюда были приготовлены в ресторане жены Давоса, Хейристойи. Поэтому почти все жители Теонии считают, что их придумал Давос, в том числе и я». — Анситанос вежливо ответил.
«Я также слышал, что он изобрел регби и футбол, которые сейчас популярны в Магна-Греции. И даже ваши врачи в Теонии называют его учителем. Поскольку Союз Теонии — мощная сила, у него должно быть много дел, поэтому, будучи его архонтом, как он может тратить столько энергии на такие мелочи?». — Спросил Макиас с ноткой сомнения в своих словах.
«Мы можем только признать, что некоторые люди просто благосклонны к чудесам, и, естественно, у них больше таланта и энергии, чем у других. Хотя такие примеры редки, они не являются редкостью, например, Периандр — бывший тиран Коринфа… кроме того, Аид глубоко благоволил нашему архонту!». — Спокойно ответил Анситанос.
«Как может ваш архонт сравниться с Периандром, который много веков назад создал славу Коринфа?». — Вмешался Филоксенус.
Хениполис возмутился, но Анситанос поспешил остановить его взглядом. Анситанос почувствовал, что этот Сиракузский поэт — честный человек, и серьезно сказал: «Но в сердцах жителей Теонии наш архонт Давос намного лучше и важнее Периандра! Потому что он во главе армии снова и снова побеждал сильных врагов; восстановил сожженную Турию; победил варваров в горах; построил дороги для людей и сделал торговлю процветающей; построил больницы, чтобы помочь людям при ранах и болезнях; поддержал создание академии и школ, которые улучшают качество образования простых людей и поощряют ученых к исследованию знаний; изобрел игры с мячом и вкусную еду для развлечения людей; также он установил справедливые законы, чтобы дать гражданам больше прав. И именно созданный им Союз городов-государств Теонии привел к тому, что в Магна-Греции, которая в прошлом постоянно воевала между собой, в течение нескольких лет царил стабильный мир, и войн больше не было. Поэтому некоторые граждане Теонии даже называли его на собрании «отцом», так как он заслуживает звания отца Союза Теонии!».
Выслушав его, Филоксен похвалил: «Если все так, как вы говорите, то я хотел бы взять свои слова обратно. Если ваш архонт сделал так много для Теонии всего за несколько лет, то он действительно замечательный. В некотором смысле он наверное… лучше Дионисия».
***
Глава 365
Как только он произнес эти слова, у некоторых присутствующих изменилось выражение лица. Только Филоксен осмелился бы публично похвалить архонта другого города-государства за то, что он лучше, чем их собственный тиран в Сиракузах.
«К сожалению, я слышал, что Давос из Теонии происходил из низкого сословия и был пастухом*». — Сразу же сказал Маций. (*Имея в виду, что Давос пас овец и лошадей в Фессалии, прежде чем стать наемником).
Хениполис наконец не смог сдержаться: «А разве владыка Дионисий родился благородным? Напротив, я слышал, что он был обычным клерком в Сиракузах, прежде чем получил свою нынешнюю должность. Архонт Давос как-то сказал мне, что «настоящим героям не важно их происхождение, потому что они полагаются на свои собственные способности, а не на то, что дала их семья».
«Хорошо сказано! Именно этим я больше всего восхищаюсь в Дионисии!». — похвалил Филист, прикрывая Масиаса: «И все вы здесь достигли сегодняшнего благородного статуса своими собственными усилиями».
«Согласен!». — Подхватил Масиас, пытаясь скрыть свое смущение.
«Слушайте». — Филист поспешно встал, отпив вина, огляделся и сказал: «Последние несколько дней я сопровождал владыку Дионисия в переговорах с карфагенянами, из-за чего был слишком занят и не мог найти времени, чтобы развлечь наших высоких гостей из Теонии! С моими друзьями, сопровождающими меня здесь, я накажу всех выпивкой в знак извинения!».
«Отлично!». — Геролис поднял свою кружку, то же самое сделали Лептинес, Масиас и Филоксен.
Анситанос не пытался его отговорить, так как знал, что Филист произнес эти слова от имени Дионисия, а в вине, несомненно, содержались извинения Дионисия.
После того как Филист и остальные опорожнили свои кружки, Анситанос встал вместе с Хениполисом. Затем он поднял свою кружку: «Я очень благодарен Филисту за его приглашение. И я хотел бы также поздравить владыку Дионисия с повторной победой над могущественным Карфагеном, что, безусловно, является яркой победой для Сиракуз и самой радостной новостью, которую слышала вся Магна-Греция! Поскольку Карфаген, самый большой враг греческих городов-государств в западном Средиземноморье, сильно пострадал, жители Сицилии
