хлопая ладонью по подлокотнику. Обычно такое проявление чувств казалось наигранным, но капитан, похоже, веселился от души.
– Да чего вы там мнётесь у порога, садитесь… куда-нибудь, – отсмеявшись, махнул капитан рукой. Каюта, к слову, оказалась завалена кипами бумаг. Кое-где на полу валялись даже кучи одежды.
Аня осторожно примостилась на свободный от бумаг стул, а Нарсу вскарабкалась на кованый сундук.
– Здрасьте, – только и смогла выдавить Аня.
– Ну и вам здоровья, – рыкнул капитан. – Я Мечка Орсо, капитан этого… корыта, – впрочем, «корыта» Мечка произнёс гордо и даже с любовью. Затем он взглянул на белькару. – А медвар я только по батюшке, стужа его забери. Но, гляди-ка, весь в родителя! – Он комично развёл длинные руки, лукаво улыбаясь.
– Я Аня, – робко улыбнулась в ответ девочка.
– Нарсу.
– Ты ж белькара, так? Землячка моя! То-то я подумал, что имя северное, когда мне про вас сказали.
– Про нас?
– Мне хорошо заплатили за четырёх пассажиров. И ещё кой-чего накинули за нескольких трюмных крыс. Тех, правда, в любой момент можно на берег отправить, но пускай пока посидят. Где-то часа два назад прибежал мальчишка из магистериума. Я и подумал, чего это мои земляки в Форе делают, да ещё на корабль сесть вздумали. А? – Мечка выжидательно посмотрел в глаза Нарсу.
Та поёрзала, но взгляд не отвела.
– А нам сказали, что капитан в курсе всего, что ему нужно знать.
– У, какая злюка! Ладно, моё дело – «Звезда», а вы уж сами разберётесь. Кстати, тут ещё одна пассажирка, – капитан ткнул большим пальцем себе за плечо, где Аня только сейчас разглядела дверь. – Прибежала, стала требовать братца. Я ей втолковать пытаюсь, что братец в трюме сейчас, с командой своей беседует, а она хлоп! – и в обморок. Лежит сейчас на кровати у меня.
– Тофа? – взволнованно спросила Аня.
– А, так вы её знаете! Тогда, может, разбудить попробовать? Вдруг при виде знакомых не брыкнётся больше. А то мне бы хоть пару часов вздремнуть – всю гадскую ночь вчера в карты резался. – Голос капитана стал почти просительным. Подумав, медвар добавил: – А нет – так можно её в каюту старпома перенести. Помощника моего старшого. Там вы пока и поживёте. Он мужик крепкий, ему не привыкать в кубрике спать.
Видя, что Аня не решается, а Нарсу не торопится идти в соседнюю комнату, капитан встал, чуть не задев потолок, и услужливо приоткрыл дверцу:
– Нашатырь там, на полочке.
* * *
В маленькой комнатушке помещалась только кровать, и на ней лежала укрытая одеялом Тофа. Бледная, с тенями вокруг глаз.
– Бедная Тофа… – Аня присела на краешек кровати.
– А тебя ничего не насторожило? – полушёпотом спросила Нарсу.
– Ты думаешь, она не сама пришла? – Аня тоже понизила голос.
– Она-то, может, и сама, но ты помнишь, что нам Фаркас говорил: мол, нас друзья ждут? А Мечка сказал, что Тофа сюда за братом прибежала. Кто-то из них врёт, и мне почему-то кажется, что не капитан.
– Ну… наверное. Но зачем Фаркасу врать?
– А стужа его знает! Но мне это не нравится. Давай-ка будить нашу форситку. Я бы ушла прямо сейчас, но не бросать же тут Тоффинят!
Аня кивнула и огляделась. У изголовья в углу была прибита небольшая полка, о которой говорил капитан. Там торчал корешок старой книги, а сверху стоял пузырёк с какой-то жидкостью.
– Думаешь, это нашатырь?
– А ты думаешь, я знаю, что такое нашатырь? В племени им не пользуются. Когда надо привести кого-то в чувство, нам вода холодная помогает.
– Ладно… попробуем. – Аня смутно помнила по фильмам, что нашатырь давали понюхать особо трепетным дамам, когда те лишались чувств. Поэтому просто открыла пузырёк и поднесла его к носу Тофы.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом форситка резко дёрнулась и отстранилась.
– Ф-фу, гадость какая! – закашлялась она.
Аня поспешно закрыла флакончик и поставила его на место.
Вновь повернув голову, Тофа обрадованно улыбнулась:
– Девочки! – Но потом улыбка исчезла, а во взгляде появилась тревога: – Постойте, а где мы?
– На корабле. Говорят, ты тут в обморок упала, – опередила Нарсу готовую всё рассказать подругу.
– Ах да. Но как вы узнали? Я никому не говорила, куда собираюсь. Фир, уверена, тоже.
Нарсу выразительно посмотрела на Аню.
– А нас отправил сюда господин Фаркас, – просто ответила та.
– Фаркас?! Я не понимаю…
– Длинная история. Нас пытались убить. – Последнее слово прозвучало отстранённо, будто про героев какого-то фильма. – А он вроде бы пришёл на помощь. Ну, то есть мы справились сами, но он помог нам выбраться из того места, а потом отправил на корабль. Сказал, что вы с Фиром нас тут ждёте.
– Убить?! Кто?! Почему?! – Тофа попыталась привстать, но тут же упала обратно на подушку. – Стужа! Голова кружится…
– Потом расскажем, – пресекла белькара Анину попытку объяснить всё здесь и сейчас. – Хвостом чую, пора отсюда выбираться. Здесь ничуть не безопаснее, чем в городе. Ты идти можешь?
– Попробую… – Тофа осторожно приподнялась на локте. – Но без Фира я никуда не пойду.
– Да уж об этом я догадалась. Аня тебя отведёт в соседнюю каюту, а я пока поболтаю с капитаном. Заодно узнаю, где они держат твоего брата, – Нарсу повысила голос. – Эй! Мечка! Мы её разбудили! Куда вести?
– Вот и ладушки! Тут напротив дверь – как раз и будет каюта старпома. Я велел не запирать.
Тофа оперлась Ане на плечо и почти повисла на нём:
– Извини, голова всё ещё кружится.
Уже в коридоре Аня услышала голос Нарсу:
– Ну что, земляк, поболтаем?
И осталась бы послушать, но тащить Тофу было всё тяжелее – донести бы до кровати.
Дверь напротив действительно поддалась с первого толчка. В каюте старпома, в отличие от капитанской, был почти идеальный порядок. Узкая кровать, шкаф, маленький стол с табуретом. Почти всё свободное пространство на полу занимал матрас, видимо, приготовленный для кого-то из гостей корабля. Аня с сожалением подумала, что, наверное, это для неё. А как хорошо было спать в мягкой кровати в гостях у Тоффина… Хотя, может, они сегодня же вернутся. Да и спать хотелось так, что, пожалуй, тюфяк на полу не худший вариант.
В ожидании белькары Аня рассказала Тофе об их ночных приключениях.
– Во имя Твилингаров! Зачем господину Глигану так поступать?
– Фаркас что-то говорил про его обязанности и про то, что он считает меня опасной.
– Но отец поручился за тебя… почему же мэр ему не поверил? И Гарт… он давно у нас в услужении. Если бы мы только знали, на что способен этот подлец… Прости, Аня, из-за нашего легкомыслия ты
