в первобытный строй. А что? Куча дикарей, которые верят во всяких демонов и поклоняются идолам, чем не конец нормального мира?
— А значит, что нам не надо ждать отмашки от Унны, — подхватила Инна, — а надо уже сейчас организовывать убежище для как можно большего количества дриад. Это первый шаг. А затем мы вместе попробуем как-то противостоять этим ал-маширам. Как минимум будем разыскивать их и уничтожать.
— И Андрею надо будет стать царем, — рассмеялась Лена. Затем осмотрела наши удивленные лица и добавила. — А что? Царь имеет куда больше возможностей.
— Только куда девать отца Вики? — проворчала Инна.
— А вот за этим дело не станет, боюсь, — вздохнула бывшая принцесса. — Сами подумайте. Мой братец, который наследник, здорово копает под отца. И мы почти уверены, что он уже сотрудничает с демонами. А значит, на престоле ему не место. И насчет остальных князей… Всех трех. С ними тоже вопрос очень даже непонятный. Так что, да. Ты, Лена, права. Такую возможность, что мы все скоро станем принцессами, надо уже серьезно рассматривать.
Я здорово задумался, как-то пока не размышляв на тему короны. Нет, я помню слова Вики, что сам её отец сделал несколько шагов, чтобы сама возможность того, что я могу претендовать на престол, перестала быть совсем уж бредовой. Но… Но пока до серьезных шагов еще очень далеко.
Так что мы прямо сейчас обговорили детали операции по спасению невольных послушниц из подозрительного монастыря, да и разошлись заниматься своими делами.
А вечером Вика принесла мне кучу бумаг и принялась рассказывать:
— Вот документы на покупку двух доходных домов перед нашим поместьем. Из-за наших войн цена на них минимальная, и я их купила. Еще шесть домов будут рассматриваться. Там обычные квартиры и надо договориться со всеми жильцами.
— Зачем? — удивился я. — Вроде бы с жильем для рабочих часового завода вопрос уже решен.
— Будем еще не раз расширяться, — улыбнулась самая умная из моих жен. — Но главное другое. Вот привезете вы завтра этих послушниц, и куда их? В поместье нельзя. У нас здесь тридцать солдат сейчас. Добавь к ним два десятка неизбалованных вниманием девчонок. И что ты получишь? Нет! Тут или ты должен сразу заявить на них свои права, и тогда никто из твоих солдат не будет на них слюни пускать, или уж запирать всех как в тюрьме. А я предлагаю поселить их в доме за воротами поместья. Поставим часовых, и на посту те себе лишнего не позволят.
Во время своей речи Вика здорово разошлась, и я догадался, что она серьезно опасается резкого увеличения нашего гарема. Причем толпой очень простецких девчонок. Я и сам такое только в страшном сне мог бы увидеть, но вот сейчас как-то не подумал. А Вика молодец!
Так что я схватил взвизгнувшую старшую жену в охапку и покружил по комнате, похвалив:
— Ты молодец! Просто супер! Назначаю тебя ответственной за фальшивый гарем.
— Ну спасибо! — усмехнулась та, шутливо пытаясь вырваться из моих рук. — Но тебя за язык никто не тянул! Всех буду держать очень далеко от тебя.
— Да! В ближайшей перспективе где-нибудь в районе Онежского озера.
— Ну я же не зверюга какая, — фыркнула красавица. — Чтобы в медвежий угол всех их заселить. Но я что-нибудь придумаю.
Под утро следующего дня, еще в темноте, маленький отряд выдвинулся на восток от Твери. Впереди медленно ехал паровой автомобиль представительского класса, под управлением Лены, а за ним пыхтел броневик, которым управляла Алесса. Да, пришлось и её взять на воинскую, а скорее полицейскую операцию, как я её назвал. А все дело в том, что в этом недавно ставшем нашим трофеем броневике у нас уверенности не было. Мог встать на полдороги. А значит, умелые руки лишними не будут.
Еще отправились я, Ива и Инна. Очень даже неслабый отряд. Такого хватило бы даже на усмирение какого-нибудь владетельного рода, не говоря уж о нескольких попутавших берега монахинях.
Солнце только собиралось встать из-за горизонта, когда Лена постучала в ворота монастыря в совершенно глухом углу. Паромобили мы оставили за поворотом полузаросшей лесной дороги, а сами попрятались в кустах. Нет, мы могли бы взять этот маленький монастырь штурмом даже просто перебравшись через стены. Высота там смешная. Внутри правда есть собаки, но для тренированного отряда это не проблема.
Но решили пойти по самому простому пути. Чего бы в дверь не постучаться, если она есть? Лену долго осматривали через открывшееся маленькое окошко, но в итоге спросили старческим дребезжащим голосом:
— Что тебе, дочь греха?
— А я это, — изобразила смущение наша сыщица, — с сестрой Ангеликой в одной камере сидела. Она мне сказала… Ну это… Что мне можно искупить… Ну вы понимаете.
— Ладно, сейчас впущу… — донеслось из-за двери. — Только собак на цепи посажу. Жди.
Я давил смех, косясь на Инну и Иву, залегших по сторонам от меня. Те тоже еле сдерживались. Инна вполне так стоически, а вот Ива даже рукав закусила, чтобы не расхохотаться.
Лязгнул засов, и дверь открылась. А дальше дело техники. Лена даже револьвер доставать не стала. Просто подставила ногу под дверь, да в пару движений скрутила охнувшую монашку, так что та даже заорать не успела.
А дальше мы под лай собак ворвались в остро воняющий ладаном и немытыми телами двор монастыря. В три минуты вытащили из постелей всех шестерых монахинь, которых девчонки засунули в верхнюю одежду, затем деловито связали, и положили на снежок во дворе. Затем заглянули в большую келью, откуда на нас в ответ уставилась куча девчонок.
— Их тут двадцать две, — докладывала мне Лена. — С документами на всех полный бардак. И вот что. Ты иди, во дворе подежурь. А лучше сходи и пригоните с Алессой паромобили к воротам. А мы пока с девчонками побеседуем. Уверена, что не меньше половины сразу признаются, что их сюда не добровольно засунули. Так что наша операция в миг станет легальной. Победителей не судят.
— Есть, командир! — шутливо козырнул я резко смутившейся бывшей шведской шпионке.
А что? Я сам назначил её командовать операцией. От разработки до самого конца. Надо же и другим опыта набираться.
И все прошло просто идеально. Мы погрузили всех девчонок в представительский паромобиль. И двадцать две оказалось очень немало даже для просторного салона. Но на переднее пассажирское сиденье поместилась еще и Алесса.
Я же с Инной и Ивой вез в броневике всех монахинь. Уже в городе мы разделились и еще рано утром, к самому открытию главного отделения стражи в Твери, туда всю эту кодлу и доставил.
Пока девушки строили их на улице, зашел внутрь
