вас теперь полно, — решил подколоть невестку генерал, вставая и собираясь уходить. — Может, вам помощницу нанять по хозяйству? Будет вам еду готовить нормальную… А то бутерброды хороши только в дороге…* * *
Проводили Якова, посадив в лифт и спустились пешком с Гончаровыми во двор. Гриша сразу закурил, а Родька начал носится по двору, засиделись все.
— Видел тут на днях Лину, — решил я поговорить с Гришей. Он с любопытством взглянул на меня. — Из второго подъезда выходила, — пояснил я. Гриша улыбнулся едва заметно. — Слушай, не моё, конечно, дело, но стоит ли второй раз на те же грабли наступать? — не скрывая тревоги, я смотрел на друга в ожидании ответа.
— Грабли бы ещё куда ни шло. Тут же каждый раз, как обухом топора по затылку, — с досадой ответил он. — Не баба, а ходячее недоразумение. Всё нормально, не переживай. Что ж я, совсем не понимаю? Просто, мы её как от мужа с цыганами отбили, так она придумала себе что-то, ходит чуть не каждый день, приготовит что-нибудь сама и тащит угощать. Ну не выгонять же её. Да, и готовит она вкусно, и Родьке нравится. Неудобно как-то отказываться.
— Неудобно штаны через голову надевать, — заметил я. — Не забывай, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Тебе оно надо?
— Нет, — тут же ответил Гриша и озадаченно уставился на меня.
— Вот-вот, — улыбнулся я, мы попрощались, и я пошёл домой.
Эх, Лина, Лина! Вот же неугомонная женщина! Вступился Гриша за нее, когда от цыган отбивали, вот она и вообразила, что любовь у Гриши к ней не прошла. Но как грамотно его измором берет… надо отдать в этом ей должное. Эту бы энергию и в мирное русло… Не металась бы по мужикам, а вот так с самого начала взяла бы на измор какого-нибудь приличного парня, давно бы при муже была. Таком, что с друзьями из табора не приезжает ее бить…
Не успел я прибраться на кухне за гостями, как позвонил Вася Баранов, сказал, что зайдёт минут через десять. Так, чем мне его угостить?
— Ну, короче, такое дело, — смотрел голодными глазами Вася, как я пельмени по-ивлевски на сковороде дожариваю. Как знал, что он со службы будет голодный. — Там целая шайка отработала. Швейцар заметил пачку денег у вашего Кукояки, он красиво от нее отслюнявил ему мзду, чтобы пропустил, по-взрослому, дурачок. Тот официанту указал на него, а уже халдей подсадил к нему своих людей. Те напоили дурака и обчистили.
— Прямо в ресторане? — уточнил я, ставя сковороду на стол и ставя тарелку с вилкой перед ним. — Как же он у общаги оказался?
— Нет, не в ресторане. Целый спектакль разыграли, вроде, в такси его посадили, домой отправили. Но к тому времени Кукояка ваш сам уже, как говорится, ни петь, ни рисовать не мог.
— А таксист тоже свой, — предположил я.
— Нет, зачем? Они его в такси уже без денег посадили, освободили карманы, пока из ресторана к машине вели, — уплетал пельмени Вася. — Вот, теперь, главный вопрос: что вы хотите?
— В каком смысле?
— У одного из фигурантов дядя работает в конторе одной… На неё ничего нет, но, нутром чую, должно быть… Не знаем, как её грамотно отработать… А тут такое совпадение, грех не воспользоваться…
— Взять племянника за жабры, — договорил я за Васю, — пригрозить сроком, а дяде счёт выкатить: пусть сдаёт все расклады, что знает, по твоей конторе в обмен на свободу племянника… ну и деньги пусть студенту вернут.
— Ну, хорошо бы, если так получилось, — подтвердил он.
Так… А вдруг эта Васина контора входит в список предприятий, подконтрольных новой объединённой группировке? И что мне теперь делать?
— А что, дядька большая шишка? — закинул я удочку. — Реально информацией владеет?
— Личный водитель начальника, — хмыкнул Вася. — По-любому, что-то знает.
— Ну, не факт… — возразил я. — Дом-работа-дом…
— Это СМУ! — поднял вверх указательный палец Вася.
— А-аа, — выдохнул я с облегчением, СМУ это, явно, не наш уровень, как минимум министерский. — Тогда, конечно, должен что-то знать.
— А со студентом твоим что делать?
— Ничего. Деньги ему вернут, схему тебе сдадут и пусть идут на все четыре стороны.
— Заберёт он заявление?
— Куда он денется, — задумчиво проговорил я. — Такое удачное стечение обстоятельств… Договорюсь я с ним. Дожимай дядьку и раскручивай своё СМУ. Только не забывай каждый свой шаг с начальством согласовывать.
— Естественно, — поднялся он. — Ну, удачи нам всем.
* * *
Москва. Квартира Брагина-младшего.
Проводив отца, Костя вернулся на кухню. Женя мыла посуду и недовольно бурчала.
— Что, дорогая? — улыбаясь, спросил он, всё ещё веселясь над шуткой отца. Он уже научился понимать, когда тот шутит, даже, если отец говорил с серьёзным видом.
— Я против того, чтобы помощниц нанимать, — недовольно ответила Женя и Костя понял, что жена шутку его отца не поняла. Впрочем, чувство юмора её часто подводило. — Для чего я больше месяца кирпичи ломала и пыль глотала? Чтобы отдать эти деньги какой-то чужой тёте? Нет уж! Я, лучше, готовить буду учиться.
У Кости глаза округлились от неожиданности. Он, даже, отвечать ничего не стал, боясь спугнуть собственное счастье. Только сделал одобрительное лицо и покивал головой.
— Но не станешь же с каждым вопросом к маме ездить, тем более она сто лет сама не готовила, небось уже и забыла все — растерянно взглянула она на мужа. — И телефона нет подружкам звонить и уточнять, пока готовлю… Может, кто-нибудь из соседей согласится меня поучить?
Костя стал лихорадочно соображать. Кто же поблизости может помочь в таком деле? Да он еще не особо и познакомился с соседями, если честно.
