Подбежав к лестнице, я слетела по ступенькам к кухне. Сорвав упаковку, в коробке я обнаружила изумрудно-зелёное, расшитое камнями длинное вечернее платье. Бельё прилагалось: открытое чёрное сатиновое бюстье и соответствующие стринги. Ансамбль довершали чулки и туфли на шпильках.
Там же обнаружился и длинный бархатный футляр с изумрудными серёжками и подвеской.
Я сглотнула. К чему всё это? Поискала внутри карточку и быстро выхватила её. Пока я читала написанные им строчки, моё возбуждение поутихло, в животе что-то скрутило.
Сегодня в девять. Будь осторожна со своими желаниями.
С.
Глава 33
Высокую причёску я закончила сооружать почти в девять, затем окинула себя взглядом в большом зеркале. Платье было уникальным — не больше и не меньше. Асимметричная вышивка необычна, фасон заставлял ткань струиться вдоль тела, притягивая взгляд к высокому разрезу на правой ноге, к движению бедёр и, наконец, к груди, которая была практически выставлена напоказ.
Сначала мне даже показалось, что платье мало, но потом я поняла, что грудь именно так и должна выпирать наружу. Подаренная им подвеска покоилась точно посередине.
Образ требовал макияжа, так что я воспользовалась помадой, тушью и даже мерцающими тенями, чтобы подчеркнуть цвет глаз. Щёлкнув селфи, я отправила фото Джесс. Та объявила меня горячей штучкой. А себя — сомневающейся гетеросексуалкой, которая крайне заинтересована в весёлом времяпрепровождении с жизнерадостными рыженькими девчонками.
И всё же, впервые надев что-то подобное, я чувствовала неуверенность, размышляя о предстоящем выходе. Правда я и понятия не имела, куда Севастьян собрался меня отвести, и вообще, пойдём ли мы куда-то. Мой наряд мог быть частью его фантазий.
Нервничала ли я? Да, чёрт возьми. Записка в коробке меня смутила. Но потом я напомнила себе, чего именно я хотела: исследовать наши самые сокровенные желания — вместе.
Так, что — я в игре.
К тому же, его уступка свидетельствовала о том, что он пытался сделать меня счастливой. Я решила, что любой способ, который он выбрал в качестве совместной терапии, тимбилдинга для двоих…
В дверном проёме нашей комнаты показался Севастьян. Я резко втянула воздух при виде его сногсшибательной внешности.
На нём был традиционный смокинг, сшитый, очевидно, на заказ. Костюм безупречно подчёркивал его широкие плечи и мускулистую грудь. Материал выглядел дорогим, но покрой оставался консервативным.
Скромные аксессуары: запонки без камней, кусочек тёмного шёлка с едва заметным орнаментом в кармане и классический галстук — завершали захватывающий ансамбль.
Чисто выбритые скулы заставили мои руки зачесаться от желания погладить эти точёные контуры.
В этот вечер он оставил лишь один перстень — на большом пальце. Вместе с татуировками он смело контрастировал с элегантностью остального образа.
Даже в смокинге он оставался моим уличным бойцом. Этот мужчина готовился стать моим, он делал шаги — порой странные и загадочные — чтобы укрепить наши отношения.
Может, со временем, и он почувствует ко мне что-то более глубокое.
Разглядывая меня так же жадно, как и я разглядывала его, он пробормотал:
— Предвкушение тебе идёт. — Он отступил, чтобы окинуть меня взглядом с ног до головы. — Ya potryasyon.
— Могу сказать то же самое.
- Идём. — Когда он положил руку мне на бедро, чтобы проводить меня вниз, я ощутила жар его ладони даже сквозь вышивку платья. Он нервничает? Или всего лишь пребывает в нетерпении?
— Кстати, куда мы идём?
— Сначала поужинаем.
Значит, мы выйдем из дома, а я выгляжу, как Джессика Рэбит. Ну, ладно. Смотрите на меня, любуйтесь мной, придурки.
— Терпение, — пробормотал он, ущипнув моё бедро.
Он помог мне накинуть на плечи новый роскошный палантин — опять мех, Сибиряк? — затем усадил в ожидающий нас лимузин. Когда машина тронулась, между мной и Севастьяном разлилось напряжение. Я и понятия не имела, о чём он думает, что он чувствует. Но когда я чуть поправила платье, сверкнув в разрезе краешком чулка, он выдохнул сквозь приоткрытые губы.
Мы направлялись в дорогой ресторан под названием "Плезир". Но даже посетители подобного заведения, облаченные в самую дорогую одежду, при нашем появлении замерли, уставившись на Севастьяна, их вилки с едой остановились в воздухе. Они даже и меня разглядывали.
Девушка из Небраски неплохо отмылась. Чувствуя себя немножко увереннее, я расправила плечи и вздёрнула подбородок, что, кажется, порадовало Севастьяна.
Ужин — за самым лучшим столиком в ресторане — представлял собой лёгкий чувственный набор блюд. Лобстер, сочные фрукты, вкуснейшие трюфели, пти-фуры. Вино было настолько изысканным, что я не, переставая, облизывала губы.
Севастьян заказал водку со льдом, но к напитку не притронулся.
Я уже достаточно захмелела, чтобы спросить:
— Если не пьёшь, то зачем заказываешь?
Он выдохнул сдерживаемый воздух, словно знал, что рано или поздно этот вопрос всплывёт.
— Мой отец был алкоголиком. Я не хочу стать таким же, — сказал он, очевидно преуменьшая действительность. — Но в России…
— Очень много вещей связаны с выпивкой?
— Именно. Наверное, не хочу проверять свою выдержку.
Он хоть в чём-то мне признался! Я была тронута. Мы двигались в правильном направлении. Внезапно его комментарий об иронии относительно поставок дешёвой водки обрёл смысл.
— Твоё отец ещё жив?
— Nyet. — Твёрдое нет. — Я бы не хотел это обсуждать. — Смягчившись, он добавил. — Только не этим вечером.
— Что ж, честно. Так… хоть намекни, куда мы дальше отправимся?
— Скоро увидишь.
— Ладно, Сибиряк. — Сдерживая любопытство, я вновь отпила вина/амброзии, улыбаясь поверх бокала.
— Ты… счастлива со мной. — В его словах сквозило удивление.
— Очень.
— Потому что ты думаешь, что переиграла меня, что я капитулировал.
Я поставила бокал.
— Не всё является игрой, Севастьян. Может, я хочу, чтобы мы оба выиграли.
— Тогда почему ты так мною довольна?
— Потому что ты прислушался ко мне. Ты принял то, что мне нужно нечто от наших отношений, и я верю, что ты собираешься каким-то образом сегодня дать мне это. Ты стараешься, и это даёт мне надежду относительно нашего будущего.
— Тогда как раньше у тебя были одни лишь сомнения? — В его глазах мелькнул опасный огонёк.
— Севастьян, мои сомнения контролируешь ты. Всё в твоих руках.
— Когда ты так об этом говоришь, всё звучит очень просто. Но будь уверена, что сегодняшний вечер для меня далеко не прост.
И всё равно он собирался это сделать.
— Я понимаю.
Он нахмурился.
— Ты многого ждёшь от меня. Во многих сферах наших жизней. Но, может быть, я не… понимаю всех нужд молодой девушки.
Что за странная фраза? Но потом я вспомнила, что, помимо секса, другого опыта с женщинами у него почти не было. Он никогда не был в отношениях, не имел сестёр и потерял мать в тринадцать — а то и раньше.
Знал ли он женское тело? Все судьи — десять баллов. А её душу? Не особенно.
— С этого момента я буду прямо говорить о своих желаниях — ну, знаешь, постараюсь не быть такой уж стеснительной и нежной фиалкой.
Выражение его лица сменилось восхищением, словно я опять была существом, не виденным им доселе.
Так мы и смотрели друг на друга, пока я пыталась представить, о чём он думает. Пытался ли он разгадать мои мысли?
Он отвёл взгляд, чтобы посмотреть на часы, затем махнул официанту. Севастьян что-то сказал ему по-французски, и тот быстро вернулся с моим палантином и маленькой коробочкой, которую я раньше не видела.
Я повернулась к выходу, но Севастьян взял меня за руку.
— Сюда. — С коробкой в руке он повёл меня вглубь ресторана, прямо мимо других столиков… потом сквозь заднюю дверь на мощёную аллею.
— Что-то не так? — прошептала я. — Ты заметил угрозу? Ну, держите меня, если какой-то бандит-головорез задумал испортить мне этот вечер…
- Нет. Мы идём в следующий пункт маршрута, — сказал он с оттенком таинственности в голосе.
— О. — Внутри вновь разгорелось приятное волнение. — Что в коробке?
Он оглянулся по сторонам.
— Думаю, теперь ты можешь посмотреть, — сказал он, вручая коробочку мне.
Улыбнувшись, я открыла её, обнаружив внутри самую изящную в мире маску. Ткань была глубокого зелёного оттенка и гармонировала с моим платьем, края были декорированы, похоже, настоящими изумрудами.
Боковые края были вырезаны в виде крыльев бабочки. Под отверстиями для глаз материал причудливо сворачивался в виде суживающегося крыла.
