стороне. Или страшно одному?
— Тут я командую, кому куда отойти, — прошипел Град, делая еще один замах палкой. — Но, чтобы ты не смущался, так и быть, парни, не пугайте больного человека.
Шайка расслабилась и разбрелась по периметру, большинство встало за Градом, спиной к ящику. Лестница так и была загорожена, но мы при всем желании не смогли бы до нее добраться, нас прижали к самой противоположной стене. Из открывшегося за спинами окна на лицо Града упал свет.
Град демонстративно убрал руки за спину и мило улыбнулся, ожидая удара Филиппа. Парень отпустил мою руку, подходя к противнику, кинув взгляд через плечо, чтобы я поторапливалась. Они встали друг напротив друга, я должна сделать что-то, пока не началась драка.
Сжав руки в кулаки, я зажмурилась, думая только о ящике с лимонадом, стараясь не обращать внимание на волнение. Давай, Ливана, у тебя должно получиться, иначе я сама тебя скормлю этим дикарям.
Одновременно с тем, как я разжала пальцы, банки в ящике подскочили, лимонад брызнул во все стороны, заливая липкой жидкостью грязный пол. Все головы обратились в сторону, а Филипп, не теряя времени, схватил меня за руку и побежал к окну. Он даже не думал, вскочил на подоконник, будто перешагнул ступеньку, и потащил меня за собой. Успела пискнуть только в своей голове, да и вес Филиппа без сопротивления потащил меня за собой.
Банки взрывались всего несколько секунд, но нам хватило этого времени сбежать из здания. Полет со второго этажа был не так долог, но мое сознание поплыло в какую-то прострацию. Мы упали на подтаявшие хрустящие сугробы. Все колени и ладони тут же намокли. Я взглянула на свои руки, боясь увидеть раны, но Филипп не дал мне этого сделать. Он снова схватил меня за руку и потащил за собой как мешок с картошкой. Шайка Града смотрела нам вслед из окна, но кто-то явно уже сбегал по лестнице в погоню.
Один мой шаг был равен трем Филиппа, а это я еще включила свою максимальную скорость. Он бы уже давно сбежал от шпаны, не имея за плечами груза. Меня.
Пыталась смотреть под ноги, чтобы не наступить на обломки с заброшки, но отказалась от этой идеи, увидев на снегу капли крови. Надеюсь, она принадлежит не ребятам из компании, которые убежали раньше нас.
Мы остановились у ближайшего подъезда, освещенного одинокой лампочкой, висящей на проводе. Филипп осматривался, пытаясь найти укрытие, пока я восстанавливала дыхание, которое перехватило еще в полете. Не знаю, на каком запасе кислорода я бежала от заброшки.
У самого конца пешеходной дороги стояло три мотоцикла, не самых новых, скорее ровесники Джаннет. Рядом такие же разбитые машины времен Советского Союза. Филипп подскочил к одному мотоциклу, развернув его в сторону дороги.
— Что ты делаешь? — подлетела я к парню, пытающемуся завести байк.
— Сейчас нам необходима твоя магия.
— Я не умею… включать мотоциклы.
Филипп посмотрел за мое плечо.
— Придется, если хочешь убежать.
Я обернулась, толпа с криками, подняв в воздух все, что нашли под руками, мчались на нас, как дикари на первооткрывателей. Я застыла, прокручивая в голове, что надо сделать, чтобы гребанный байк завелся.
— Ливана! — крикнул Филипп, подгоняя меня.
Спонтанно кинула искорку магии, похожую на маленькую молнию, прямо в место, где должен быть ключ зажигания. Мотоцикл затрещал, выпуская пахучее облако из трубы. Филипп нажал на газ, разгоняя его.
— Садись быстрее!
Никогда в жизни не думала, что буду делать вещи, которые необходимо обдумать хотя бы пару минут, так быстро и спонтанно. Обхватила руками пояс Филиппа в тот самый момент, как он надавил на газ, убрав ноги с земли. Шайка не добежала до нас буквально пару метров, кинули вслед всю свою добычу, но Филипп уже вырулил из двора на широкую дорогу.
— Ах ты выродок! — заорал Град вслед.
Филипп несся по дороге на полной скорости, как мне казалось. Глаза я так и не открыла, впилась ногтями правой руки в запястье левой, обхватывая пояс Филиппа со всех сил. Мокрая ткань брюк неприятно обтягивала колени, а заднице было мало места для комфортной поездки.
Филипп остановился, но шум машин со всех сторон не прекратился. Я медленно открыла глаза, увидев, что мы все еще на дороге, ждем сигнала светофора.
— Ты как? — спросил парень, слегка обернувшись ко мне.
— Уже хорошо, — ответила я, ослабив хватку.
С зеленым сигналом Филипп погнал дальше, меня повело назад, и я снова вцепилась в куртку парня, больше не отпуская ее ни на секунду.
Чем дальше мы ехали, тем спокойнее становилось. Я видела перед собой желтые огни фонарей на трассе, освещающие дорогу в ночи. Мы обгоняли каждую машину, пока не оказались единственными на проезжающем участке. Ветер уже не казался холодной зимней метелью, растрепал волосы и развивал их как флаг корабля. Я смотрела вперед на открывающуюся петляющую полосу и руки Филиппа, плавно управляющие транспортом. Моя правая щека покоилась на его спине, чувствуя шершавую куртку. От Филиппа еле ощутим пахло сладким деревом, уже не такой детский аромат, который я чувствовала в прошлом году, скорее одеколон, подходящий молодому мужчине.
Филипп расстегнул куртку еще на заброшке, костер давал какое-никакое тепло, а в той заворушке он даже и не вспомнил о ней. Я водила пальцами по свитеру под расстегнутой курткой, чувствуя напряженные мышцы. Вспомнив, как ловко Филипп перехватил доску Корнеева и отбросил ее вместе с парнем, задумалась, где он поднабрался такой силы. Держу пари он точно прячет дома собственный зал для тренировок. Это объясняет его плотное тело и широкую спину, на которой я так уютно устроилась.
Филипп объехал город по кругу и заехал с другой стороны, как раз на нашу улицу частных домов. Здесь он уже сбавил скорость, чтобы не будить соседей, но эта рухлядь тарахтела настолько громко, что с таким же успехом мог пройтись музыкальный парад. Мы остановились около моего дома, спрятавшись за опавшей яблоней, ветки которой падали на дорогу из-за забора. Я с облегчением слезла с твердого сиденья, от которого болело мягкое место. Правда тут же поежилась от холода. Прижиматься к Филиппу было приятно и тепло.
— Не ожидала от тебя таких талантов, — сказала я о вождении.
— У меня примерно такая же старушка в гараже, но я бы в жизни ее не завел без тебя. А ты говоришь, слабая ведьма.
— Это всего лишь мелочь, иголка в стоге сена.
— Ну, если бы не твой лимонадный взрыв и этот байк, мы бы не ушли без десятка
