Читаем без скачивания Звезда наемников - Уильям Кейт

Хотя Грейсон наверняка прослушивал эфир, именно Лори в ее «Страусе» везла кассету и приняла сигнал Рэмеджа. По сигналу Рэмеджа Лори передала сообщение ему по рации, Рэмедж подал его на трансляторы станции. Преобразовав сообщение, сократив его до пятидесятой доли секунды, Рэмедж нажал на кнопку, послав сообщение в зенит со скоростью света.

Рэмедж оторвал взгляд от пульта. Раздались удары в дверь, полетели щепки. Четыре бледных лица смотрели на сержанта.

Рэмедж пожал плечами:

– Вряд ли мы выйдем тем же путем, ребята. Как бы подтверждая его слова, сверху раздался взрыв, полыхнул яркий свет, по ступеням низвергся каскад пыли и дыма. Трое из пяти коммандос, оставленных Рэмеджем наверху, ввалились в комнату. Их лица были в пыли, побелевшие пальцы сжимали оружие.

«Пантера» наконец заметила их.

Рэмедж послал несколько дублирующих сообщений. Через одиннадцать минут первый сигнал достигнет «Индивидуума», еще через одиннадцать минут, возможно, придет ответ. Но вряд ли они продержатся двадцать две минуты.

Северная стена содрогнулась. От тяжелых ударов звенело в ушах, пыль летела из железобетонных блоков. Снова громыхнуло; партизаны затравленно озирались. Неужели «Пантера», чтобы достать налетчиков, разрушит станцию, которую должна защищать? Снова раздался грохот взрыва. Стена метровой толщины заметно дрогнула. Да, кажется, так и будет.

– «Клаймер», я «Лидер».– Голос Грейсона был едва слышен сквозь звон в ушах. Но все равно Рэмедж был рад слышать его.

– Я «Клаймер». Сигнал послан.

– Вас понял, «Клаймер». Как у вас? Комната снова затряслась.

– Не очень. Соседи лезут поиграть. Мы застряли на третьем этаже... назад пути нет.

– Держись, «Клаймер». Мы тут увязли и пока не можем прорваться к вам.

– Вас понял... Попробуем продержаться.– Больше сказать было нечего. Диверсанты знали, что риск очень велик. Когда планировали операцию, Грейсон предлагал другие кандидатуры, но Рэмедж настаивал – вполне логично,– что он единственный, кто может это сделать. Он был упрям, и Грейсон уступил.

Для передачи кодированного сообщения на «Индивидуум» нужен был передатчик на дальнее расстояние. На «Фобосе» он был, но они боялись его использовать. Это показало бы противнику, что корабль существует, и дало бы возможность запеленговать его местонахождение. Единственная альтернатива – «позаимствовать», как сказал Грейсон, передатчик у Дома Куриты.

Диверсанты молча смотрели друг на друга – кто следующий? Обломки засыпали комнату. Гундберг упал, обливаясь кровью. Он умер, еще не коснувшись пола.

Рэмедж выругался и направил свой автомат на запертую дверь. Автомат заговорил на полную мощность, щепки и пыль полетели во все стороны. Кто-то за дверью закричал. Эта дуэль вслепую через дверь продолжалась еще секунд десять. Потом затихла. В двери образовалось несколько дыр, размером с голову. «А дальше-то что,– подумал Рэмедж,– гранаты или газ?» Пригибаясь, он метнулся к стене рядом с забаррикадированной дверью. Отсюда он увидит того, кто подойдет с гранатой. Тогда он что-нибудь придумает.

Снаружи раздался шутя, похожий на звук посадки десантного шаттла. Затем погас свет. Когда в комнате стало совсем темно, на головы защитников с потолка посыпались куски звукоизоляционной обшивки, балка полуметровой толщины застонала и треснула, наверху стали крошиться бетонные блоки. Двадцатикилограммовый обломок рухнул на пульт, крута стекло и пластик. На мгновение все вокруг осветилось искрами. Больше они не услышат передачи. Но это их уже не волновало. Посмотрев наверх, они замерли от ужаса:

«Пантера» впрыгнула на крышу и стояла прямо над ними!

Еще один удар, пыль и битый камень – и вот вдоль лестницы протянулась метровой толщины рука с растопыренными пальцами, словно лапа адского чудовища. Гигантские металлические пальцы сжимались и разжимались. Рэмедж и остальные в ужасе отшатнулись, когда изуродованное тело пленного офицера Дома Куриты мокрым пятном шлепнулось на пол. Чудовищные пальцы снова раскрылись, шевелясь в поисках новой жертвы.

Рука дернулась назад, выбив еще несколько кусков потолка. Снаружи донесся грохот автоматической пушки, треск беглого огня, гром взрыва. Звук падения боевого робота на землю рядом со зданием невозможно было ни с чем перепутать. Стены станции ощутимо сотряслись. Потом стало тихо.

Лестница была разрушена. Единственный выход оставался через дверь. Подождав несколько минут и ничего не услышав, Рэмедж и его помощники оттащили стол и вышибли остатки двери. В комнате остались три мертвеца. Снизу поднимался дым. Держа оружие наготове, диверсанты двинулись вниз по лестнице. Двое поддерживали раненого.

Второй этаж был пуст, путь по следующей лестнице свободен. Еще один этаж пройден. Внизу целая стена была разрушена. «Беркут» стоял рядом с обезглавленными останками «Пантеры».

Транспортный флайер с воем остановился у разбитой стены.

– Запрыгивайте,– громко произнес голос Грейсона по связи.– Поехали домой.

На поле боя роботы повстанцев уже отступали, оставляя после себя столбы дыма и огня там, где лежали обугленные останки трех вражеских роботов и полдюжины машин сопровождения. Другой лоялистский робот замер на месте. Его кабина была раскрыта – водитель предпочел спастись бегством.

Рэмедж усмехнулся и махнул рукой своим людям:

– Слышали? Пора домой.

Чаплей умер по дороге в джунгли.

XXVII

Дверь лифта открылась на нижнем подвальном этаже. Нагумо вышел. Свет люстр играл на переплетающихся кольцах драконов на воротнике и манжетах его мундира. Генерал-губернатора сопровождали два солдата с застывшими лицами. Их руки лежали на автоматах.

Этот уровень когда-то занимала библиотека университета Региса, но когда к власти пришли Драконы, то книги и папки складировали в другом месте. Несколько подвальных комнат стали кабинетами того учреждения, что называли Специальным отделом. Это место, со стенами метровой толщины, сложенными из мощных каменных блоков, идеально подходило для поставленных задач. Вопли клиентов Специального отдела никогда не проникали в верхние этажи здания.

Нагумо был утомлен и встревожен. За последние недели активность повстанцев росла, кульминацией явилось нападение на станцию связи как раз накануне. После разгрома Лисьего острова восстание отнюдь не пошло на убыль, а, наоборот, стало разрастаться, как раковая опухоль, поражая районы, деревни: и целые области, которые уже давно считались смирными.

На столе Нагумо лежали рапорты об атаках повстанцев на форпосты лоялистов и Дома Куриты в Блюсварде и Врайесхавене, и даже далеко на западе, в Кандихайме. Потери только за эту неделю составили десять выведенных из строя роботов. Если так пойдет и дальше, то через шесть дней герцог Ринол найдет здесь только жалкие остатки армии. Остается шесть дней!

Нападение на станцию связи задело особенно. Перед нападением следящая космическая система на Верзан-ди-Альфе засекла прибытие Т-корабля в зенитную Т-точку прыжка, а позже – послание туда с планеты, которое криминально-аналитическому отделу контрразведки не удалось расшифровать. По мнению Нагумо, это была просьба о помощи, о подкреплении наемниками.

Наемники могли и не знать, что Нагумо информирован об их появлении тайным агентом на Галатее. Нагумо немедленно поднял по тревоге всю разведывательную сеть, чтобы выяснить, не возвращается ли грузовой корабль «Индивидуум» на Галатею. Где еще поблизости они смогут пополнить подразделение наемников? Тайная сеть на Галатее получила от Нагумо полномочия сделать все возможное, чтобы воспрепятствовать этой миссии.

И все же Нагумо не мог рассчитывать на успех, он допускал, что подкрепление могло и появиться. Между тем его хватка на Верзанди явно ослабевала. Нападения повстанцев заставили воинов Дома Куриты и лоялистов не покидать гарнизоны без крайней надобности, передвигаться лишь боевыми группами, но никак не в одиночку – даже если путешествие ограничивалось привокзальной площадью. Или вот совсем недавно, в самом центре Региса – массовые волнения. Бунт! Все началось с демонстрации, студенты скандировали хором: «Смерть Драконам!» Кто-то выстрелил и убил правительственного охранника, и тогда взвод милиции начал стрелять в толпу. В результате – шесть трупов на городской площади. Бунт успокоили, но надолго ли?

Так что же ему рассказывать герцогу?

Охранники, стоящие у двери в комнату, четко отдали честь, прижав кулаки к груди. Нагумо кивнул в ответ. Он приказал своим адъютантам оставаться снаружи, сам же перешагнул через порог массивной двери, которую распахнул для него один из охранников.

Доктор Влад Янсон и два его ассистента стояли к нему спиной, склонясь над стальным столом. Услышав стук двери, Влад повернулся и широко заулыбался:

– Мой повелитель, спасибо, что посетили нас.