что Таня мило проводила время в окружении собачьих зубов и глаз, судорожно прикрытых от ужаса, но подглядывающих от неистребимого любопытства.
– Татьяна, извините, а можно вас куда-нибудь пригласить? – хозяин мастифа, у которого Таня только что закончила удалять зубной камень, приятно улыбался, да и вообще производил самое положительное впечатление.
– Спасибо, но нет… – Таня вообще никакого личного общения в данный момент не хотела. – Извините.
– Да ну, что вы, это вы простите. Я просто увидел, что вы без обручального кольца и такая приятная! Нам с Лордом вы очень понравились. Надеюсь, вы не будете против, если мы к вам ходить будем? – при этом Лорд постарался показать, как именно девушка ему понравилась, и даже почти перестал выглядеть как гениальный трагедийный персонаж.
– Нет, конечно.
– Замечательно! А я ещё хотел спросить… Вы черепахам клювы стричь умеете? У родителей две черепахи живут, и я смотрю, как-то так морды у них изменились… Начал читать – клювы отросли, им уже и есть некомфортно.
– Да, конечно, умею. Привозите, всё сделаем.
Таня не изображала сочувствие, не старалась казаться милой, но люди, которые покидали её кабинет, сами приходили к такому мнению.
Знала бы об этом Валентина, разозлилась бы чрезвычайно!
Впрочем, Тане и так разозлённых хватило. Стоило только вечером выйти из подворотни, которая ограничивала владения ветклиники и дома Соколовского, как Татьяна увидела трёх очень крупных воронов, рассевшихся на ближайшем дереве.
«Родственники прибыли!» – поняла Таня.
Глава 26.
Гости прилетучие
Она машинально шагнула назад, но не вернулась в клинику, а поспешила отпереть дверь «особой гостиницы» и нырнуть туда, быстро заперев за собой тяжеленную металлическую дверь.
Оглушительное карканье, царапанье когтей, раздавшееся за дверью, показало ей, что сделала она всё верно…
– О как… родственники-то какие громкие! – Таня сказала это вслух, наверное, для того чтобы немного прийти в себя.
А потом позвала:
– Шушана, Шушаночка!
Через минуту по коридору уже катился серый комочек.
– Что? Гости незваные прибыли? – уточнила норушь, остановившись около Тани. – Не напугали?
– Немного. Я не ожидала, что они ломиться в дверь будут.
Норушь фыркнула:
– Ну, за это Соколовский им отдельный счёт выставит. Он самолично дверь заказывал.
– А Вран… Вран ещё не дома?
– Уже вернулся, спит на раскладушке, потому как умотался очень. Сегодня же ветер сильный, а он издалека летел и всё против ветра. Ну ничего, это нам к лучшему – он и понятия не имеет, что тут всякие разные деятели о дверь когти точат.
– А через окно они его не увидят? – Таня пожалела, что в кухне повесила тонкую кружевную занавеску, а не тяжёлые и плотные шторы.
– Обижаешь. Конечно, нет!
– А окно открыть не смогут? Вран же окно тогда распахнул…
– Это не он распахнул, а я ему открыла, чтобы он не расшибся, дурачок. А эти… ну, пусть клювы посворачивают, если ума не нажили. Да не пригибайся ты! Они тебя не видят.
Таня уже поднялась за Шушаной на второй этаж и уставилась прямо на чёрных птиц, скрежещущих лапами по металлическим отливам окон.
Очевидно было, что они жаждут добраться до Тани, и для них стало неожиданностью то, что она не домой пошла, а сумела нырнуть в соседний дом.
– Они что, не знают, что тут норушные дома? – удивилась Таня.
– Нет, сейчас не видно – май месяц, все деревья выглядят так же, как и те, что вокруг нас, – объяснила норушь. – Нет, ну, ты ж посмотри, какие наглые – собираются применить удар крыльями!
Вороны взлетели и кружились у окон, явно примеряясь подлететь к ним поближе.
– А что они этим могут добиться?
– Ну, если бы это был обычный дом, то рамы бы повыносило, возможно, с частью стены… – норушь с научным интересом рассматривала воронов. – Но у нас дом необычный, и я не уверена, что им это нужно демонстрировать раньше времени.
– И что делать? – Таня изумлённо рассматривала воронов. Страшно не было – очень уж уверенно вела себя норушь.
– Я открою им окно, когда они подлетят, типа это из-за них распахнулось, а ты в это время прячься в этой комнате, – Шушана кивнула головой на ближайшую дверь.
– А ты?
– Да они меня и вовсе не заметят, а вот когда за тобой рванут, будет им сюрприз! – норушь довольно-таки воинственно потёрла лапки. – Полетают они у меня по разным интересным местам! А ты, когда дверь за собой закроешь, посчитай до сорока и выходи. Готова?
Таня кивнула и шагнула к двери. Когда она уже повернула ручку и начала входить в комнату, окно с шумом распахнулось, в коридор ворвался порыв холодного ветра, многоголосое карканье, сменившееся мужскими голосами:
– Вон она! Дерржите!
Таня нырнула в комнату, захлопнула за собой дверь и уставилась на ручку, она начала опускаться, но дверь не открылась.
«Скорее всего, как раз открылась, но не эта, а дверь в междустенье, – догадалась Таня. – Кажется, сегодня кто-то снова будет бегать в бесконечном коридоре!»
Она вспомнила, что должна сосчитать до сорока, а когда счёт закончился, осторожно нажала на ручку и толкнула дверь.
– Выходи, они уже заперты, – Шушана сидела на подоконнике и неодобрительно рассматривала здоровенное чёрное перо, лежащее там. – Наорали, насорили, хорошо, хоть не того… ничего больше не выпало! Коридор, правда, могут и запачкать… хорошо, хоть всё их с ними оттуда и уйдёт! Порядок такой, – обстоятельно объяснила норушь. – А теперь звони Соколовскому.
– Я лучше напишу – может, он занят или на съёмках…
Таня отправила сообщение, и Филипп перезвонил почти сразу.
– Что? Уже прибыли?
– Да, они…
– Дайте угадаю! В бесконечном коридоре?
– Именно так!
– Передайте, пожалуйста, Шушане, что она самая замечательная норушь по эту сторону. Она поймёт! Я скоро приеду. Пусть она сама коридор не открывает, и Врану ничего пока не говорите.
– Ой, прямо министр, – хихикнула норушь. – Все указания раздал! Можно подумать, что я бы сама не поняла, что можно делать, а что нельзя! Деловииитый. Ну ладно, сейчас приедет, пообщается с этими деятелями…
– А они его не заденут? Ну, если они хлопком крыльев могут пластиковые окна выносить…
– С этими он точно управится, – пренебрежительно махнула лапкой норушь. – Они гораздо слабее тех, с которыми он враждует.
– Шушана… а можно спросить? – неуверенно начала Таня. – А кто он вообще такой?
– А ты ещё не догадалась? – насмешливо блеснула глазами норушь.
– Ну, есть идея, но уж больно она фантастическая.
– Сказочная, ты хотела сказать? – поправила её Шушана. – То есть трое мужчин, которые только что прилетели в виде воронов, а теперь бегают в стене, тебя не смутили? – пофыркала она.
– Нууу, знаешь, уже как-то нет… – Таня вдруг ощутила, что сказала чистую правду. К такому она как-то уже привыкла, и всё это воспринималось не то чтоб обыденно, но из серии «чего на свете только не бывает», а вот Соколовский… – Понимаешь, он же актёр, его все знают, он человек.
– Ну да, человек, конечно, – подтвердила Шушана. – Родился человеком, по крайней мере. А вот про «все знают»… да о многих ли людях так можно сказать?
