генерал.
— А что я говорю неправильного? — продолжал спорщик. — У американцев «раптерами» закрыто все восточное побережье и часть западного — это четыре воздушных флота…
— «Раптеры» — это четвертое поколение и два плюса, как бы американцы ни называли их. У нас Су-57 пятого поколения… А эти машины, не мне вам говорить, нечто совершенно новое…
— Потому не нужно спешить! Смысл? Что, они сразу пойдут в серию? Су-57 сколько построили за все годы? Обещали семьдесят шесть штук сделать — три полка. Три полка! А не четыре флота! Да и тех, сколько реально отправили в войска? Делают и продают за рубеж, делают и продают. К чему тогда эта гонка, девушка из Москвы? Вам не противно участвовать в этой авантюре? Надо красиво отчитаться перед мировой общественностью — мы впереди планеты всей?! Только десятком машин, даже самых продвинутых, в случае войны, страны не спасешь!
Генерал хмыкнул:
— Я этого не слышал. Оставим демагогию для застольных бесед.
Он обратился к Александре:
— Давай, майор, поступай, как считаешь нужным!
— Спасибо, — кивнула Александра.
Она оглянулась на Ли, чуть толкнула его к двери.
— Идем. Надо заменить пилота.
— Пилота заменить? — не понял Сергей, выходя из диспетчерской.
Следом идущая Александра озлилась.
— Ты где был все это время?
— Сзади тебя стоял.
— Ли, не напрягай меня! Ты сегодня прямо стараешься изо всех сил! Как только я проснулась, ты сразу начал!
— Я только завтрак приготовил!
— Молчи! Вот сейчас для тебя эта пословица должна стать правилом: «Молчание — золото!»
— Просто уточнил. Будем менять пилота?
— Я буду менять!
— Зачем?
— Скоро все узнаешь.
— Было бы неплохо. А то я, как непонятно кто. И зачем я здесь? Ничего не объяснили. «Поступай в распоряжение Александры». Вот, получите, но я ничего не знаю, не понимаю происходящего.
— Много будешь знать — скоро состаришься, — усмехнулась Александра, продолжая спускаться по железной винтовой лестнице вслед за негодующим Сергеем.
— Ничего не состарюсь! Я еще очень молодой! И с напарником надо делиться информацией об операции, в которой мы принимаем участие! Как мне что-то делать, если я вообще ничего не знаю?! — Сергей оглянулся на Александру: — Как?!
Александра, ступая сверху с лестницы, улыбаясь, поощрительно похлопала Сергея по плечу.
— Серёжа, я все тебе скажу: что делать, как делать и, главное, когда! Я же рядом. Что так переживаешь? Тетя Саша все знает, все подскажет, всему научит.
— Тетя. А просто Саша было бы лучше, — буркнул Сергей.
Александра легонько толкнула его в спину.
— Уймись, воздыхатель!
По-умному, требовалось отложить испытательные полеты и приступить к ним, только решив сложную головоломку — найти «прогнившее звено» испытательного цикла, — органы внешней разведки передали информацию о возможном угоне новейшего образца в Японию или Южную Корею. Информация пришла поздно — уже было заявлено на весь мир о предстоящих успешных испытательных полетах, и требовалось, чтобы они прошли без сучка и задоринки на заводском испытательном полигоне.
Несмотря на сложные, напряженные отношения России с Америкой и ее сателлитами, угнанный самолет, конечно, вернули бы, лишь соблюдя небольшие формальности — недельку-другую, и забирайте обратно!
Военспецы на двух авиабазах в Корее и Японии просто ныли от нетерпения — только неделю! Недельку! И пусть забирают его к черту!
Штат авиабаз срочно пополнили опытнейшие разработчики из-за океана.
Из Москвы на цикл испытаний выслали следователей, вычислить, кто же из заслуженных опытных летунов собрался «бежать»… Командующий войсками Воздушно-космической обороны принял решение, на всякий случай, привести в повышенную боевую готовность два ракетных дивизиона в Приморье и отслеживать испытательные полеты через призму боевых прицелов!
— Как во времена холодной войны, — хмыкнул генерал Леонов, руководивший полетами.
Специалист-спорщик, хмыкнув, проворчал:
— Ту войну мы проиграли из-за предателя. Эту — не проиграем.
— Да-а… — вздохнул Леонов. — Жаль только, что нам ее опять навязали.
Оппонент промолчал.
Пока летчиков, готовых приступить к полетам, возвращали от самолетов к диспетчерской вышке, Александра, ежась от холода, злилась — не вовремя, во всех смыслах, эта командировка возникла. Все с бухты-барахты! Ай! Ай! Срочно! Лети! Ничего не подготовлено, никаких предварительных оценок и аналитических выкладок не сделано. Почитай, если не считать ночевку в гостинице, прямо с борта лайнера кинули сразу же на первый официальный испытательный полет. Вот как так работать?! Головотяпство чистой воды! И дай им положительный результат. А как тут дашь результат? Прямо аналогия с тремя мушкетерами: «Один ранен. Один — неопытный юнец. А будут, будут говорить, что нас было четверо!» Так и здесь случится — навешают на нее всех «дохлых собак». Попала по полной! Ни за что ни про что, просто так. Да, убили негра, ни за что ни про что. Кто тут негр? Видимо, она — овечка Долли для заклания, Александра Сергеевна Андреева.
Из диспетчерской вышки по лестнице спустился помощник Леонова, протянул Александре папки с личными делами летчиков. Зачем они ей сейчас? На ветру будет стоять изучать характеристики и послужные списки?!
Она раздраженно кивнула на Ли:
— Передайте ему!
Летчики, уже зрелые, даже в годах, приближались, хмурясь и не скрывая озлобления. Конечно, усиленное внимание контрразведки кому понравится?! И все же, кому-то из этих профи срочно понадобились большущие деньги. Зарплата и довольствие у пилотов и без того отличнейшие, значит, речь идет о действительно больших деньгах. А иначе зачем эта рискованная затея с угоном? Тут ведь на карту судьба ставится! Все-таки предательство — это одно из самых страшных преступлений, и к таким «героям» снисхождения не бывает. Шпиона могут простить, помиловать, а с предателем разговор короткий. Стоит такой риск тех привилегий, на которые надеется угонщик? Угнанный самолет вернут. Конечно, после того, как основательно распотрошат и высмотрят все секреты. А перебежчика навсегда упрячут в каком-нибудь тихом живописном местечке в сытости и покое. Чем не удачная пенсия, после стольких лет трудов и лишений? Мысли, конечно, циничные, но без них не обойтись при нынешнем раскладе… И все-таки, неужели мало бабла? Или тут другое? Может, нелюбовь к соотечественникам или глубокое разочарование в российском образе жизни? А тот, заокеанский, значит, лучше образ жизни? Можно подумать! Как везде, разные люди. Но жизнь-то в любом случае более жесткая, а закон джунглей, где человек человеку волк? Н-да…
На крыльцо диспетчерской вышки вышел генерал, решительно кивнул на выстроившиеся внизу экипажи.
— Андреева, кто будет заменен на вашего летчика?
Александра решительно повернулась к генералу, задрав голову, прокричала снизу вверх:
— Это безумие, товарищ генерал!
— Что такое? — Генерал изобразил наигранное непонимание.
Александре стало ясно, что ее намеренно принуждают принять судьбоносное решение.
Она выдержала паузу и строго произнесла:
— Риск чересчур велик, и никакие политические
