бы на твоем месте сейчас так не рисковал. Мы оба знаем к чему это приведет.
Судя по глухому стуку Аннабель от неожиданности выронила нечто похожее на нож. Дрейк был готов поспорить, что это арлеутский обоюдоострый, называемый как смертоносную бабочку - “мирабалис”.
- Присаживайся, - он повернулся и указал взглядом на один из стульев, что стояли вокруг стола с зеленой бархатной скатертью.
К своей чести леди Блекхарт быстро поняла, что нежданный визитер не уйдет просто так и покорно села на согретый солнцем стул. Сейчас в ней не было ни того цепляющего обаяния, ни неуловимой манкости. Несмотря на спокойную сдержанность, сквозь аромат сандала и ахмантуса пробивался четкий запах страха. Он словно коконом обволакивал Аннабель, отчего она казалась неживой.
Должно быть решила, что ее предал сообщник. Натаниэль цепко ухватился за эту мысль. Теперь главным было подобрать правильные слова.
- Я слушаю тебя, Аннабель, - негромко проговорил он, меланхолично улыбаясь. Но леди Блекхарт вздрогнула так, будто он ударил ее. - Мне очень интересно услышать твою версию.
Она непонимающе нахмурилась и нервно передернула плечами. Натаниэль знал людей достаточно хорошо, чтобы быть уверенным: Аннабель не столько боится гнева бывшего любовника, сколько того, чье поручение выполняла. Она скорее возьмет на себя всю вину, чем признается, кто ее послал.
- Я тебе все уже рассказал, Натан, - елейной протянула женщина, неосознанно поправляя рукой прядку, выбившуюся из высокой прически. - Не понимаю, что еще ты хочешь услышать? Чтобы я рассказала, кто дал мне письма? К сожалению, я не могу этого сделать. Я заплатила очень высокую цену за услуги этого человека.
Натаниэль промолчал, по опыту зная, что затянувшееся молчание способно вытянуть из человека больше признания, чем допрос с пристрастием. Аннабель неуютно поежилась под тяжелым взглядом драконьих глаз и обхватила себя руками.
- Я не знаю, чем могу помочь тебе. Конечно, то, что произошло с твоей подопечной - очень печально. Но если бы я знала, что все этим закончится, то не стала бы передавать тебе письма.
“Очередное вранье”, - зарычал Дракон и презрительно фыркнул. - “Она ни капли не сожалеет. Она не выдаст своего покровителя, но мы оба знаем, что нужно делать”. Натаниэль порывисто втянул воздух, стараясь не выдавать нахлынувших чувств. Считалось, что драконы потеряли способность разговаривать со своими потомками. Однако… Дракон ухмыльнулся, но промолчал.
- Что ж, хорошо, - вкрадчиво произнем Дрейк и поднялся со своего места. - Если помимо денег ты обещала не выдавать своего информатора, то будь по-твоему. Тогда желаю тебе счастливого пути.
Сбитая с толку резким изменением его поведения, Аннабель нахмурилась. Вместо облегчения на лице отразилось замешательство с недоверием. Она последовала за Натаниэлем, словно на веревочке.
- То есть ты?
- Что “я”? - излишне резко обернулся Дрейк. Леди Блекхарт застыла на месте, как вкопанная. - Ты и вправду решила, что я буду вытаскивать из тебя правду клещами? Знаешь, это можно было бы сделать, но у меня еще осталось уважение к тому, что между нами было. А потому единственное, что могу посоветовать - держись от своего покровителя и этого места подальше. Поверь, он уже начал убирать людей. И, неизвестно, кто следующий. Вполне возможно… - он удрученно покачал головой. А потом наклонил и тихонько коснулся губами нежной щеки, густо пахнущей симальской пудрой. - Счастливого пути, Аннабель.
***
Вечер закрадывался в кабинет, где спорили пыточных дел мастер и хозяин Драконьего Чертога. В углах собиралась густеющая тьма, и шарики настенных артефактов расплескивали медовые отсветы на предметы мебели.
- Зря ты отпустил стерву, - на лице Рудольфа отразилась смесь непонимания и досады. Он по-свойски вытянут ноги на диване и шумно отхлебнул коньяк. - Надо было ее дожать.
- Аннабель ничего не сказала бы, - парировал Натаниэль. Лорд Валлори отошел от окна, опустился в глубокое кресло и задумчиво возвел глаза к потолку. - Леди Блекхарт скорее даст себя порвать на лоскуты, чем признается, что ее покровителем является де Виньи. Слишком уж она его боится.
- И правильно делает. Это же насколько нужно быть глупой, чтобы идти на поводу у этого засранца. Как будто не понимает, что де Виньи уберет ее, как только она перестанет быть нужной.
- Ты недооцениваешь леди Блекхарт. Она может быть опрометчивой, но далеко не дура.
Шанс скривился так, будто у него желудок свело.
- Скажи-ка, малыш Тили, это ты так решил из-за ее любовных умений?
Дрейку вдруг подумалось, что у гнома есть потрясающее свойство - одной фразой вызвать волну глухого раздражения. В этом они были похожи с Нарциссой. Неудивительно, что эти двое спелись.
- Предполагаю, Аннабель не захочет закончить свои дни где-нибудь в сточной канаве…
Дверь с грохотом распахнулась.
От неожиданности Рудольф едва не расплескал коньяк, внезапно выпрямившись. Казалось, еще секунда, - и гном бросится на гостя, столь бесцеремонно ворвавшегося в кабинет.
Пальцы Натаниэля инстинктивно принялись плести магическую сеть.
- Вот вы где! - на пороге, почти закрывая собой весь дверной проем стояла необычайно высокая женщина таких форм, что Дрейк невольно сравнил ее с королевским фрегатом. И судя по выражению раскрасневшегося лица этот фрегат собирался атаковать.
За широкой спиной маячила фигура растерянного Стивена, который казался тростинкой на фоне гостьи. Женщина пересекла кабинет решительным шагом полководца и тяжело оперлась руками на столешницу и угрожающе подалась вперед.
- Я требую объяснений, лорд Валлори!
Натаниэль устало подумал, что если бы стихийным бедствиям давали имена, то сильнейший ураган, когда-либо потрясавший Велирию, назвали бы в честь гостьи. А еще от нее тянул тонкий флер, заставляющий пробегать под кожей неприятные искорки. Ведьма. Самая настоящая, закоренелая ведьма.
- Присядьте, - мягко проговорил он, чуть улыбнувшись. В драконьих глазах промелькнул предупредительный огонек, не обещающий ничего хорошего. - Пожалуйста.
Это немного остудило пыл женщины. Она, недовольно поджав губы, опустилась в предложенное ей кресло с изяществом, столь удивительным для такого массивного тела. Несколько секунды она молчаливо взирала на Дрейка с тем пристальным вниманием, с которым прощупывают незнакомого человека. Но, видимо, сочтя Натаниэля достойным противником, решила сменить тактику. Глубоко выдохнув, она взяла себя в руки и открыла было рот, как ее опередил Рудольф.
- Узнаю эту работу. Это же симальский шелк, верно?
гном соскочил с дивана и плавно приблизился к женщине. Он скользнул по платью оценивающим взглядом, в котором проскользнули восторженный огонек. Натаниэль едва удержался, чтобы не возвести глаза к потолку и сжать переносицу пальцами - Шанс как
