Эти и еще несколько мелких уловок все, что я успел подготовить к встрече армии, которая считалась самой лучшей в этом мире. Дальше мне оставалось только ждать.
Глава 22
Проверка на храбрость
Стяги колыхались на прохладном ветерке, несущим с болота запах цветов и совсем немного сладким запахом гнили. Я сидел в окружении свиты на своем огромном боевом коне. Не меньше полусотни рыл всадников вокруг. Я так и не привык к такой толпе. Правда, в моей свите только пара десятков рыцари или тех, кого можно с натяжкой назвать таковыми, остальные их слуги и оруженосцы. Из этих двух десятков я помню по именам человек пять. По идее, на их месте должны были быть «друзья», с которыми я рос. Те самые, что так легко кинули меня во время бунта Гонората. Увы, простить и приблизить их к себе обратно я не мог. «Предавший один раз, предаст дважды» — объяснил я недоумевающему Вокуле. Тем более многие из них уже, так сказать, вне зоны доступа. Однако, свита это не только компания для пьянства на природе и походов по борделям. Это еще и телохранители, и постоянно находящаяся под рукой военная сила, и кадровый резерв на случай срочных, важных назначений. Чем дальше, тем больше я ощущал что мне не хватает надежных людей вокруг. Весь последний год Вокула, надо отдать ему должное, старался как мог и собрал вокруг меня кадровый резерв. Или тех, кто очень хотел стать частью семьи.
Человек пятнадцать из толпы вокруг, технически, ею и были — родственники. Пара братьев в кольчугах и пехотных шлемах на явно не боевых скакунах прибыли из глухого угла, затерянного среди невысоких долин между Таэном и владениями семьи Инобал. С этой ветвью семьи мы разделились лет сто пятьдесят назад. Еще один прибыл из под Отвина. Того самого города, который пропустил на наши земли армию нежити. Да и он приходился не прямым родственником, а младшим сыном младшего брата мужа моей двоюродной бабки. Тут таких не заморачиваясь называли «кузеном». Еще десяток «родственников» примерно той же степени родства набралось уже тут, в Караэне. Остальные приглянувшиеся Вокуле, но не родственники, были из бедных, но благородных семей, связанных с нашей семьей долгими отношениями. Не совсем вассалы, скорее обязанные нам в прошлом. Был тут и старший брат Лучано, по имени Ланц. Его семья нам многим обязана, а после того, как Лучано погиб, выгадывая мне время, то и я считал что многим им обязан. Поэтому однажды послал им соболезнования и подарки. Ответ вернулся вместе с этим Ланцом. Он был похож на Лучано, что делало мне больно, поэтому я не особо стремился с ним говорить. Впрочем, и он тоже. Зато любил поговорить с другими. Вот только обычно хамил. Зато дрался явно лучше покойного Лучано — мне дважды пришлось лечить раненых им рыцарей. Однако впечатление портило то, что моя экономка жаловалось Леону на Ланса. Этот гад зажимает служанок. Леон спрашивал у меня разрешения его выгнать из поместья пару недель назад.
Я отправил его к Фредерику, «набраться опыта». Впрочем, примерно так же я распихал и всех остальных из свиты. Хоть Вокула с Гвеной и предприняли некоторые меры, чтобы набрать мне достойных людей, они сами первые и сказали: «Увы, мой сеньор, но ту надежду на верность, вытекающую из дружбы и верности, что могут дать люди росшие с вами с детства, не может дать вам никто». Так, разумеется, выразился Вокула. Гвена сказала иначе: «Ой Магник, ты не поверишь каких дураков и подлецов мы набрали тебе в свиту. Брали всех, кто хоть немного умеет держаться верхом. И кто прямо сейчас не хочет тебя предавать». Последнее они узнали с помощь Эглантайн.
Я оглядел свою свиту. В основном они ели меня глазами, демонстрируя готовность немедленно умереть за меня. Но не все. Ланс, в шлеме с открытым забралом смотрел в сторону. Двое братьев в пехотных шлемах разговаривали между собой и смеялись. Но эти отличия не имели значения. Я не доверял ни одному.
Поэтому я и собрал их тут.
Мы находились на первом рубеже. Вокруг суетилась пехтура из моих «чуханов», делая последние приготовления. Рядом со мной молчаливо нависал Сперат, рядом, на телеге, укрытый деревом и щитниками, стоял бледный Эфест с посохом Фро. Наша магическая поддержка. Фарид ибн Мухаммед стоял на втором рубеже. На всякий случай. Мне остро не хватало Эглантайн, но они с Каасом Старонотом остались в Университете и лихорадочно пытались сотворить зелье против нежити. Вернее, что-то вроде тумана, способного накрывать сразу большую площадь. Уверяли, что управятся дня за три. Я был уверен, что им не хватит и недели. Однако, иметь в запасе такой козырь стоило. А тут, на переднем крае, ведьма мало чем могла помочь.
— Магник, хватит на них смотреть, как наемник на штаны соседа в строю, — промурлыкала Гвена, наклонившись ко мне. — Твои, не твои… О драке думай, а за жопкой твоей я присмотрю.
Сегодня Гвена не пренебрегала защитой. Дорогой шлем для пешего турнира, латная защита рук, длинная кольчуга с металлическими пластинами на груди. Впрочем, мы все, включая Сперата и Коровку обросли броней. Я стал похож на рыцаря из Королевства Фрей. Заботами жены, в основном. Даже Эфест был в покрытом бархатом шлеме на деревянной и войлочной основе. Здоровенная такая шапка-цилиндр с наушниками. И похожий жилет на тело. Сталь слишком сильно мешала ему в сотворении заклинаний. Будем надеяться, что не смотря на пафосный и нелепый вид, эту странную броню с первого раза не разрубить.
— Они идут. Я вижу стяги легиона мертвецов, — своим глубоким, полным артистизма и драматизма голосом объявил Сперат.
— В Золотой Империи нет легионов, — устало вскинулся Эфест. Его руки, сжимавшие трофейный посох, дрожали Да и сам он выглядел на все свои восемьдесят.
Я огляделся. Мои чуханы стояли понурые. Как будто на них невидимые мешки с говном лежат И рожи такие скривленные, как будто запах от этих мешков чуют. Сотники, Матль и Сундук, которые должны были показывать пример уверенности, молчали.
Сразу видно, что боевой дух на нуле, Эглантайн не зови. Хотя толком ничего еще не случилось. Просто немного изменились планы. Как я уже понял по прошлым битвам, проблема с войной в том, что есть противник. Который тоже что-то там планирует, замышляет, шевелится. И все портит. Вот и в этот раз так все пошло на перекосяк. Вместо того, чтобы следовать моему плану, войско мертвецов сорвалось с места сразу после сиесты и сейчас, хотя до вечера оставалось еще пара часов, оно уже подходило к Караэну. Как мертвяки топали днем стало понятно издалека — впереди, у земли, стелился будто клуб плотного, черного дыма. Словно покрышки жгли. Только вот он никак не развеивался и приближался. Хитрый магический трюк, позволяющий скрыться от солнечных лучей. Эфест про что-то похожее читал, но рассказать раньше забыл. Хорошо хоть многоопытный Фредерик озаботилась выставить дальние дозоры. На всякий случай.
У них были все шансы застать нас врасплох. А так мы едва успели занять позиции. Мы и пивовары, остальное ополчение все ещё лихорадочно строилось. И вот, армия мертвецов приблизилось достаточно близко, чтобы сквозь черный дым начали проступать их штандарты. Длинные, белые с золотым кругом посередине. Красивые. Метров триста еще осталось до нашей баррикады пройти. Скорость движения не замедлили. Скоро здесь будут.
Я еще раз оглядел своих пехотинцев. Примерно полторы сотни на двадцать метров фронта из связанных телег. Не так уж и много. А впереди надвигается клубящаясся тьма. И они знают, что их задача поджечь телеги и отступить. В общем, побегут они. Только я отвернусь, так и побегут. В панике. А паника штука заразная.
— Ну что, парни? Страшно? — крикнул я им. Пехотинцы недоуменно оглянулись на меня. Среди аристократов не принято говорить о страхе. Прежде чем я успел продолжить, ехидный голос из толпы ответил:
— Были б на коне, было бы спокойнее! — он намекал, что я то смогу сбежать. И он был полностью прав. Выбор места и времени дара было основным преимуществом всадника над пешим.
— Согласен! — весело ответил я и спешился. Кинул поводья конюху. Со мной спешились Сперат, Гвена и двое вызвавшиеся добровольцами стражников из поместья. Я предупредил их заранее, так что они сделали это относительно спокойно. Я весело крикнул:
