Максим и только после этого сообразил, что разговаривает он на ранее незнакомом ему языке.
— Шум в голове — это тоже нормально. — Улыбнулась девушка, весьма довольная проведенной партизанской акцией. — Пройдет скоро. Ну, что, выполнила я свои обязанности гида?
— На мой взгляд, самым наилучшим образом. Может, где-нибудь посидим на прощание. В каком-нибудь кафе или ресторане. И цена пусть тебя не смущает, премиальных денег мне по результатам похода целую кучу выдали.
— Тогда пошли в Кроненхалле, раз уж ты такой богатый. — Моментально загорелась студентка. — В нашей учебной группе туда одна студентка ходила в прошлом году со своим бойфрендом. Рассказывала, какой там шик и как все вкусно приготовлено. Девчонки аж иззавидовались все.
— Пошли. Далеко это?
— Нет, Совсем рядом, пешком за пять минут дойдем.
Из уст Греты слова про недолгий путь звучали, как еще одно преимущество, а Макс внезапно ощутил легкую горечь предстоящего расставания. Все же девушка, несмотря на странную реакцию его интуиции, очень ему нравилась. Живая такая, непосредственная. И… глаза большие. Сразу к чему-то библейская Песнь песней вспомнилась: «Заберусь на пальму, ухвачусь за ветви. Груди твои пусть будут виноградными гроздьями на лозе, дыхание…». Макс поймал себя на мысли, что уже буквально мысленно ощущает тяжесть этих гроздей в своих ладонях. Срочно постарался перевести внимание на окружающие красоты.
Заведение, куда его привела гид, было донельзя пафосным. Официанты в ярких кителях передвигались по залу медленно и чопорно, держа осанку настолько, что казалось, что лом проглотили. А уж метрдотель, так и вовсе своим снобизмом легко заткнул бы за пояс самого чопорного Лондонского аристократа минувших веков. И посетители здесь не принимали пищу, они вкушали! Удивительно, как их с Гретой вообще сюда пустили без фраков и вечерних платьев.
— А можно, я сама себе закажу блюдо? — Попросила Грета, умоляюще глядя на Максима. — Очень уж та девчонка, которая рассказывала про этот ресторан, его хвалила.
— Желание дамы в таких заведениях — закон. — Улыбнулся Макс и студентка с важным видом протараторила подошедшему официанту какое-то название на французском.
А сам Макс свой заказ обрисовал просто:
— Я гость в вашей стране. Хотелось бы получить самые приятные впечатления от кухни народа ее населяющего. На ваше усмотрение. И вино, сухое. Средней ценовой группы. — Про вино он из прошлой жизни уяснил. Когда прочитал про проведенный для самых маститых сомелье тест, в котором они не смогли достоверно отличить налитое в бокалы элитное вино от просто хорошего. Если уж профессионалы не смогли этого сделать, так такому начинающему любителю, как Макс, не стоит даже и пытаться.
Ну, что сказать по поводу обеда? Было атмосферно. Было ли вкусно? — В принципе, да. Но скорее непривычно. По крайней мере, поедание фондю из котелка, под которым продолжает гореть огонь, макая туда кусочки белого хлеба, наколотые на длинную вилку. Запоминается такая трапеза. А вот вино под эти наколотые комочки с тянущимися следом сырными нитями подошло идеально.
А еще запомнилось выражение лица Греты, которая внезапно поняла, что заказанных ей улиток нужно есть практически живьем. Не то подшутила над ней одногруппница, не то вкусы сильно не совпадают. На умоляющее выражение ее мордашки Макс попросил сменить ей блюдо на что-нибудь более привычное. В результате она тоже фондю за милую душу трескала. Даже кончик носа сыром умудрилась заляпать.
— Спасибо тебе, Макс, за эти прекрасные три дня. — Поблагодарила его Грета на прощание, уже, практически, усаживаясь в свой розовый флайер. — И особая благодарность, что ни разу за эти дни не попытался приставать. — И она легко, самыми кончиками губ поцеловала его. После чего резво заскочила внутрь своего транспортного средства, и розовая невеличка взмыла в воздух, быстро исчезая в разноцветной круговерти на высоте.
— Дыхание твое, ароматом яблок. — Продекламировал Усков следующую строчку описания царя Соломона прелестей его возлюбленной Суламифь и, развернувшись, решительным шагом направился в сторону своей гостиницы. Впереди его ожидало еще целых четыре дня отпуска. Нужно было поскорее разбираться, каким образом тут мужчины знакомятся с противоположным полом. Ну, чтобы при этом получить желанную близость без распевания серенад под балконом избранницы в течение месяца — другого.
Оказалось, все как у людей. И дамы древнейшей профессии в столице Гельвеции вполне себе промышляли, и просто девушки в ночных клубах с парнями легко знакомились. Ночных бабочек Макс решил оставить на крайний случай, а вот в клубе, куда он отправился этим вечерком, улов был. Засыпал под утро наш герой, утомленный и довольный донельзя, отнюдь не в одиночестве. Знакомство с красотами нового города продолжалось.
Глава 22
Отпуск — как прекрасная песня! Отзвучали последние аккорды, и ты уже снова в своей унылой, жестокой реальности. Крейсер второго ранга «Проникающий» готовился стартовать, чтобы выполнить очередное задание командования.
— Макс, ты слышал последние новости по Иридии, которые привез наш разведывательный крейсер «Неуловимый»? — Поинтересовался у подчиненного старший офицер крейсера Клаус Шнитке.
— Нет. А что там?
— Власти вывезли на орбиту большую часть населения Города и Оплота, второго поселения, что был расположен на противолежащем континенте. К сожалению, на момент истечения срока ультиматума, сообщенного тебе тем разумным завром, все же далеко не всех. Кроме того, владельцы многих асиенд и ферм на планете просто проигнорировали сигнал об экстренной эвакуации. В результате, контакт с поверхностью оказался полностью потерян. Все устройства управления человеческими летательными средствами, как опускающимися из космоса, так и поднимающимися с поверхности, просто отказывают примерно на высоте двух километров шестисот метров, и все просто падают на планету. Обмен сигналами с поверхностью по-прежнему возможен. Оттуда сообщают о все новых нападениях зверей. В сочетании с тотальной блокадой, предполагается, что последние человеческие форпосты падут не позднее чем через три — четыре месяца.
— А что с людьми на орбите? Там же единственная станция, и уже в тот момент, когда мы с нее улетели, людей было, как сельдей в бочке? — Поинтересовался Макс, прикидывая, что было бы ему уготовано, не попросись он на этот корабль.
— Ну, кто не на долговом контракте и имеет за душой достаточно денег, пытаются улететь на другие более-менее развитые колонии Южной конфедерации, остальных тоже вывозят, на близлежащие колонии в качестве дешевой рабочей силы на плантации и фермы.Вроде даже власти клич среди судовладельцев на эту тему кинули и транспортники военного флота подогнать собирались.
М-да, уж! Рабства, конечно, в Южной
