Возможно, кто-то из вас считает его своим другом. И тем не менее — вы присутствуете здесь, как почетные гости корпорации, а эта белокурая пчелка — дочь вашего политического конкурента, союзника или друга, сегодня будет гвоздем нашей программы, и только мы будем решать, как, когда и чем закончится это шоу. Итак, вы готовы начать?
Свое согласие «почетные гости» выражают бурными аплодисментами. Никто из спрятавшихся в темноте зрителей не решается подать голос. Кая съёживается от мысли, что среди них и правда могут оказаться близкие друзья и знакомые отца. Неужели их ни на мгновенье не посещает мысль, что завтра на ее месте может оказаться их ребенок? С чего они взяли, что обладают привилегией неприкосновенности? Полтора миллиарда — цена дочери международного дипломата. Где гарантия, что завтра не купят их самих?
Неспешно поднявшись по ступеням на постамент, Кронос встает справа от трона и опускает свободную руку на плечо оцепеневшей девушки.
— Итак, начинаем, господа, — триумфально объявляет дьявол, и зал озаряют световые вспышки.
В ярких лучах прожекторов с потолка на толстых цепях со скрежетом спускаются три прямоугольные клетки и зависают в двух метрах над полом.
В первой — обнажённая миниатюрная блондинка с распахнутыми в ужасе глазами. Ее рот закрыт кляпом, руки скованы за спиной, ноги свободны. Прижавшись к дальней стенке, девушка трясётся в немых рыданиях, по щекам потоком льются слезы, с подбородка капает слюна. Но даже в таком жалком положении утонченная яркая красота запертой в клетку пчелки не подлежит сомнению. Если бы принадлежность к тому или иному уровню определялась внешними данными, Кая уверенно причислила бы блондинку к тринадцатому.
Во второй подвешенной клетке неподвижно стоит высокая крепкая шатенка с большой грудью и крутыми бедрами. Она не рыдает, не бьется в истерике, не умоляет о помощи, хотя ее рот абсолютно свободен. Крепко схватившись за металлические прутья, девушка безучастно смотрит в пространство. Ее пассивность кажется искусственной, так как ни на руках, ни на ногах пчелки цепей нет. Скорее всего шатенку чем-то накачали, прежде, чем-то засунуть в клетку.
Над третьей клеткой свет гаснет прежде, чем она успевает рассмотреть находящегося внутри узника. Если проводить аналогию с предыдущим стримом, там вполне может оказаться трутень. Эйнар горячо заверял Каю, что трутни служат пчелам, а не убивают их. Это значит, мужчин можно использовать, как союзников. Но будет ли какая-либо польза от трутня (если в третьей клетке все-таки он) в текущем стриме — пока судить сложно. Задание ей до сих пор так и не озвучили.
— Господа, кто из вас никогда не видел ночных кошмаров, в которых оживают все наши потаённые страхи? — снова толкает пафосную речь хозяин проклятого шабаша. — Я уверен, что таких людей не существует. Как бы высоко мы не забрались, страх — главная движущая сила развития любой цивилизации. Никто из нас не способен побороть врожденные фобии, переданные нам по наследству от наших древних предков. Даже я чего-то боюсь. А теперь задание, господа, — монстр берет выразительную паузу, наслаждаясь царящим в зале напряженным ожиданием. — Нашей ледяной пчелке предстоит угадать, чего же боится сам Кронос. На правильный ответ — три попытки. После каждой неудачи, дно одной из клеток, будет открываться, и несчастные узники наконец-то обретут свободу… — еще одна театральная заминка. — Ту свободу, что выберет для них Каталея Гейден, — боковым зрением Кая замечает, как Кронос взмахивает своей тростью, как фея-крестная волшебной палочкой. От этого сравнения на ее губах появляется нервная улыбка, но быстро исчезает, когда она встречает обвиняющий взгляд подвешенной блондинки.
Тем временем, заснеженный пол под клетками расходится, и на поверхность поднимаются четыре накрытых черной тканью квадратных контейнера. Объёмные, высота — примерно в два раза выше человеческого роста, расстояние от верхнего края до дна клеток не больше метра. Пальцы на плече Каи сжимаются, причиняя боль, но это сущая мелочь на контрасте с раздирающими кожу шипами.
— Почему контейнеров четыре, если клеток всего три? — дрогнувшим голосом спрашивает Кая.
— Люди так много рассуждают о свободе выбора, но так мало делают для ее достижения, — уклончиво рассуждает Кронос. — Сегодня я милосерден, пчёлка, и предоставляю тебе большее количество вариантов, чем было предусмотрено изначально. Выбирай с умом и холодным сердцем, Каталея Гейден, как и полагается сидящей на троне Ледяной Деве.
На секунду прикрыв глаза, Кая усмиряет клокочущий внутри гнев. Ледяная Дева. Кто бы сомневался, что он выберет именно эту легенду.
— На каждую попытку у тебя минута, — сильнее стиснув ее плечо, озвучивает условия Кронос. — Не успеешь определится, все три клетки откроются одновременно, а ты окажешься в четвёртом контейнере… Как думаешь, справишься? — снисходительным тоном любопытствует монстр.
— Что внутри? — проигнорировав вопрос, сипло уточняет Кая.
— О, мы все жаждем увидеть, что же внутри, — восклицает Кронос и убрав ненавистную ладонь с ее плеча, резво спускается вниз. — Попробуешь угадать? — остановившись у первого контейнера, он разворачивается к ней лицом, точнее маской, полностью скрывающей черты лица и волосы. Никого более жуткого, чем мужчина, стоящий перед ней, Кая не видела ни в одном фильме ужасов.
— У меня нет экстрасенсорных способностей, — переборов подступивший к горлу страх, четко выговаривает девушка.
Театрально вздохнув, Кронос поддевает тростью черную ткань и медленно, сантиметр за сантиметром стягивает. Когда сверху появляется прозрачное стекло, покрывало молниеносно соскальзывает на пол, полностью открывая стеклянный куб, наполовину заполненный сотнями извивающихся змей. Пока, окаменев от ужаса, Кая с брезгливым содроганием смотрит на сворачивающие в омерзительные клубки чешуйчатые вытянутые тела рептилий с треугольными шипящими головами, Кронос проходит к следующему контейнеру. И не успев, оправится с первым шоком, Каталея попадёт в очередной оживший кошмар.
Во второй емкости кишат омерзительно пищащие, ползущие друг на друга белые кровожадные всеядные живучие твари с красными глазами и длинными тощими хвостами.
Кая перестает дышать, сердце уходит в бешенный галоп, по спине холодным потом течет липкий страх.
Боже, она не может на это смотреть…
Нет.
Отвратительнее крыс могут быть только змеи.
Что этот больной ублюдок еще приготовил для нее?
Что в третьем?
Захрипев, Кая издает мучительной стон от вонзившихся под кожу шипов. Ошалевшей от боли и ужаса, ей начинает казаться, что она уже внутри этих контейнеров, что это зубы белых крыс и ядовитые клыки черных змей вгрызаются в ее тело.
— А что у нас здесь? — Кронос неторопливо приближается к третьему контейнеру, стаскивает ткань и раскатисто смеется. — Паучки. Ну, разве не прелесть? По-моему, они куда приятнее грызунов и рептилий, но, правда, именно эти жутко ядовитые. Достаточно всего одного укуса самки «Черной вдовы», чтобы умереть в жутких
