– Так уж и не понимаешь.
– Но это же лишено всякого смысла, Рейвен. Забудь про Маргариту. Ты бы сказала «да», если бы я предложил тебе выйти за меня?
– Откуда мне знать? Ты же не предлагал, и ты на самом деле преступник.
– Ладно. Я тебе предлагаю.
– Что?
– Ты выйдешь за меня замуж?
Рейвен схватилась за перила и резко встала.
– Как ты можешь сейчас говорить об этом? Завтра нам предстоит опасное дело. Кто знает, что может случиться?
Слейт тоже встал.
– Именно об этом я и говорю.
– Но я думала, что ты не хочешь на мне жениться.
– Возможно, я передумал.
– Ах, возможно!
– Тебе придется признать, Рейвен, что в постели нам нет равных.
– Ну и что? Я всегда считала, что брак – это нечто большее, чем постель.
– Хорошо, сдаюсь. Что еще ты хочешь?
– Господи, никогда еще не слышала, чтобы так делали предложение! Какое-то безумие.
– Безумие? Что ты имеешь в виду? Я должен подарить тебе дорогое обручальное кольцо? На следующей станции я тебе его куплю. Или, может, надо встать на колени? Хорошо, встаю. Чего еще ты хочешь?
– Кольцо ты, скорее всего, украдешь.
– Черт возьми, вот в чем дело. Я же говорил тебе, что собираюсь порвать со своим преступным прошлым.
– Неужели собираешься?
– Конечно.
– Прямо сейчас?
– Нет, не сейчас. Когда закончу это дело.
– А потом будет следующее дело, и еще одно, и так до бесконечности. Я и видеть-то тебя буду редко. Приедешь на минутку, поцелуешь и снова в бега, потому что за тобой всегда будут гнаться полицейские. Или я неожиданно получу телеграмму о том, что в полдень тебя повесят, и не хотела бы я при этом присутствовать? Слейт, я не смогла бы так жить.
– У тебя слишком пылкое воображение. Не означает ли это, что я все же тебе нравлюсь?
– Ты великолепен в постели, Слейт. Почему бы нам на этом не остановиться?
– Я боюсь, что ты сбежишь.
– И куда?
– Получишь наследство дядюшки и уедешь в Европу или еще куда-нибудь.
– Ах, вот как. Я поняла. У тебя сложилось ошибочное представление о том, что если ты женишься на мне сейчас, то после того как я найду доказательства смерти моего дяди, ты окажешься женатым на богатой женщине.
– Нет, об этом я как раз не думал. Мне не нужны твои чертовы деньги, если даже ты их когда-нибудь и получишь, у меня своих достаточно.
– Ты хочешь сказать, что можешь достаточно наворовал, чтобы сделать их своими.
– Рейвен, я не понимаю, к чему весь этот глупый спор. Я просто хотел узнать, согласишься ли ты выйти за меня замуж. Но совершенно очевидно, что ты мне отказываешь.
– Просто…
– Не утруждай себя объяснениями. Ты и так выразилась предельно ясно. Когда ты получишь наследство дяди, ты собираешься быть свободной и жить, как тебе вздумается.
– Ты меня не понял. Я…
– Да я в этом не сомневаюсь. Отправлюсь-ка я лучше спать. Завтра предстоит длинный день. Признаться, делать тебе предложение было чертовски трудно. Ты меня окончательно вымотала. Спокойной ночи, Рейвен.
– Слейт, я…
Он открыл дверь в вагон, но обернулся и поцеловал ее.
– Я еще не встречал такой невероятной женщины, как ты, Рейвен. Что бы ты ни делала или ни говорила, я хочу тебя все сильнее. Но в следующий раз тебе придется просить меня жениться на тебе.
С этими словами он скрылся в вагоне, а у Рейвен подкосились колени, и она села обратно на платформу. Зачем она с ним спорила? Почему просто не ответила?
Она знала ответы на эти вопросы, и это ее напугало. Ей хотелось ответить «да», и будь что будет. Но она была воспитана по-другому: начатое дело должно быть закончено, ее агентство будет продолжать работу.
Слейт Слейтон – преступник, что бы там ни говорил Тед Симпсон. Преступник и самый сексуальный мужчина из всех, кого она встречала. Если бы она не была уверена в обратном, можно было бы подумать, что она даже чуть-чуть в него влюблена. Но она знает, что такое любовь: это чувство она когда-то испытывала к Сэму, а Слейт был подобен необузданному пламени, готовому в любую минуту разжечь в ней всепоглощающую страсть.
Замужество. Трудно даже себе представить. Но проблема существовала и не давала ей заснуть. Когда первые лучи солнца пробились через окно вагона, она все еще сидела на своей полке. Утро было прекрасное. Как бы ей хотелось разделить радость нового дня со Слейтом!
Много чего ей хотелось бы разделить со Слейтом, даже слишком много. Но пока общим у них были лишь опасность и вожделение. Это была безумная комбинация, которой она не могла найти объяснение, что бы ни говорил Слейт.
К тому времени, когда поезд «Монтесума» прибыл на станцию Шангри-Ла, Рейвен уже приняла душ, оделась и прицепила под платье к правому бедру отцовский «кольт». Он немного мешал, но был незаметен ни при ходьбе, ни когда она сидела. Она уже не могла рисковать и оставлять пистолет в сумочке, тем более быть невооруженной при возможной встрече с бандой Арна.
Со Слейтом она встретилась в вагоне-ресторане. Он окинул ее оценивающим взглядом и сказал:
– Похоже, ты не очень-то хорошо спала, Рейвен. Надеюсь, это не из-за меня ты не сомкнула глаз, а?
– Вот еще! Я беспокоилась за Сейди. Но и ты выглядишь не лучше.
– Я тоже беспокоился за Сейди. Позавтракаем вместе?
– Я бы с радостью, но если помнишь, в этом рейсе я – девушка Харви и должна тебя обслуживать.
– Жаль. Тогда прими заказ.
Она приняла заказ у него и у других пассажиров. В окно она видела, как к поезду подвезли золото и погрузили в отдельный вагон. Тед руководил погрузкой, а менеджеры прииска были довольны тем, что им оказывают такое внимание.
«Если бы они знали, какая участь ждет их золото, они бы так не радовались», – мрачно подумала Рейвен.
По окончании погрузки Тед повел менеджеров в свой вагон. Рейвен знала, что после того как он угостит их завтраком, поезд продолжит свой путь.
И тогда – в любую минуту – бандиты начнут свое черное дело. Рейвен передернуло, но она взяла себя в руки. Если повезет, с бандитами будет Команчи Джек, и у нее появится возможность его арестовать.
Глава 19
Поезд на всех парах двигался по направлению к Эль-Пасо. Все было спокойно. Тед отдыхал в своем вагоне со стаканом шерри в руках, Рейвен была занята в вагоне-ресторане, а Слет прошел в голову поезда к машинисту.
Прошел час, потом другой. Скоро должно было наступить время ленча. Рейвен начала накрывать на столы, поглядывая на часы и чувствуя, как растет напряжение. Где же бандиты?
Может, ограбление будет не сегодня? Или они нападут завтра на рассвете? А может, сегодня ночью? В два часа пассажиры разошлись по своим вагонам. Зная, что за ними наблюдают, все старались вести себя как можно естественнее, но с каждой минутой это становилось все труднее.
