мифы в благочестивом философском духе…
В момент смерти душа переживает то же самое, что испытывают те, кто посвящен в великие мистерии…
Обычные народные истории, отождествляющие мифы об этих богах с сезонными переменами или же с прорастанием зерна, севом и пахотой, утверждающие, что Осириса хоронят тогда, когда посеянное зерно скрывается в земле и что он снова возвращается к жизни, когда оно начинает прорастать, заставляют людей заботиться и бояться, как бы они невольно не уничтожили и не разобщили божественную суть в ветрах и потоках, севе и пахоте, воздействии на землю и смене времен года…
Мистерии также должны были сохранить смысл важных событий в истории».
Это всего лишь намек, все, что Плутарх мог позволить себе сообщить. Однако он означает, что посвящаемому рассказывали об истории Атлантиды и ее падении.
В своем трактате «Об Исиде и Осирисе» Плутарх приписывает мистериям психологическую цель. Он пишет: «Пока мы живем на земле, нам мешают телесные чувства. Мы не можем общаться с Богом и способны едва соприкоснуться с ним, как в сновидении, лишь с помощью философии. Когда же наши души освобождаются (во время мистерий) и переходят в чистую, незримую и неизменную область, тогда этот Бог становится их проводником и повелителем. Они зависят от него и взирают с ненасытной жаждой на красоту, которую невозможно выразить человеческими устами».
Плутарх говорит о цели мистерий Исиды так: «Благодаря этому они могут лучше подготовиться к получению знаний о Первичном и Высшем Разуме. Богиня наставляет их искать его. Поэтому ее храм называется Исейон в знак того, что знание о вечном и сущем можно получить, если приблизиться к нему должным образом».
Вот и все, что сообщает нам грек Плутарх. А что может сказать о египетских мистериях, в которые он был посвящен, сириец Ямвлих? «Сущность и совершенство всего добра заключают в себе боги, и первичная древняя власть их пребывает в нас, жрецах. Познание богов сопровождается обращением к себе и самопознанием. Поэтому я утверждаю, что божественная часть человека, некогда единая с богами благодаря знанию об их существовании, позже перешла в иное состояние и была стеснена узами неотвратимости и рока. Поэтому необходимо думать, как человек может освободиться от этих пут. Посему и нет другого средства для их исчезновения, чем познание богов. Это и есть цель египтян во время жреческого поднимания души к божеству».
Еще одним посвященным был Прокл. Дадим же сказать и ему: «Во всех посвящениях и мистериях боги являют множество своих образов, и иногда взору действительно показывается их лишенный формы свет. Временами этот свет обретает человеческий облик, а порой предстает в ином виде. Некоторые из этих образов не являются богами и вызывают смятение».
А что говорил выдающийся философ Платон? «В результате этого божественного посвящения мы стали свидетелями единственного благого видения, присущего чистому свету, мы и сами были чисты и свободны от того окружающего покрова, который зовем телом и с которым теперь связаны, как устрица со своей раковиной». Философ также уверял, что конечной целью мистерий было снова подвести людей к тем принципам, от которых человечество некогда отошло.
Гомер, который также был посвящен, смог в «Одиссее» обратиться к своим читателям с таким приглашением:
Вдаль поспешим, полетим же вперед, развернув паруса наши,
Чтобы достичь милой сердцу, потерянной долго отчизны.
Так выразил мысль Платона поэт.
Еще одним посвященным иноземного происхождения был Моисей. На самом деле он был наполовину евреем, а наполовину египтянином. «И научен был Моисей всей мудрости Египетской», – гласит Новый Завет. Это замечание, если воспринимать его буквально, означает, что ему были открыты самые сокровенные знания египтян. Речь идет не о чем ином, как о мудрости, обретаемой во время мистерий.
Писание гласит, что Моисей «полагал покрывало на лице свое». Мы можем получить некий намек на природу этого покрывала, если прочтем далее, что «то же самое покрывало доныне остается неснятым при чтении Ветхого Завета» (Второе послание к коринфянам). Это служит доказательством, что речь идет не о ткани, а о покрове, прячущем выражаемую словами суть, то есть о знании. Следовательно, носимое Моисеем покрывало на самом деле было обетом молчания и сохранения тайны, который он дал во время своего посвящения в мистерии.
Моисей научился своей премудрости в знаменитой храмовой школе в городе Оне, который греки, завоевав Египет, назвали Гелиополем (в Библии этот город называется Он). Этот город некогда располагался в нескольких милях к северу от Каира. Священная дорога тянулась через долину от подножия плато, на котором стоят пирамиды, к Гелиополю. И в нем, и в Мемфисе – другом исчезнувшем городе, откуда было видно эти рукотворные горы, – Великую пирамиду считали высшим святилищем для мистерий. Гелиополь исчез, как и его храм: разрушенные кирпичные стены города и разбитые колонны святилищ теперь погребены под дюжиной футов песка и земли. Все, что уцелело, – это обелиск из красного гранита, стоявший когда-то перед входом в храм. Он все еще находится на прежнем месте. Моисей видел этот обелиск и много раз проходил мимо него. Это древнейший обелиск из тех, что остались в Египте и стоят до сих пор. Другими учениками, которых, как мотыльков, тянуло к светочу мудрости и которые стучали в двери этого храма, были философ Платон и историк Геродот. Они тоже видели обелиск, в наши дни стоящий в печальном уединении, – высокий поразительный памятник, вырубленный из цельного камня, прямо у подножия которого крестьяне теперь возделывают землю.
Это собрат массивного обелиска, некогда установленного Тутмосом III перед входом в храм Солнца в Гелиополе. Сейчас последний возвышается над Темзой на набережной Виктории в Лондоне и известен как Игла Клеопатры. Он остается напоминанием спешащему миру английской столицы о далекой древней и могущественной цивилизации прошлого.
Этот вздымающийся обелиск стоял, подобно часовому, охраняющему вход в храм. Глубоко вырезанные иероглифические надписи на нем рассказывали историю сооружения. Обелиск был больше чем просто каменным столбом, поставленным здесь для того, чтобы на нем высекли письмена. Это был священный символ, верхушка которого всегда имела форму маленькой пирамиды.
Гелиополь был главным центром мудрости, как священной, так и мирской, где жили тринадцать тысяч жрецов, постигающих науки и обучающих им. Это был густонаселенный город с превосходной библиотекой, на основе которой позднее была создана знаменитая Александрийская библиотека.
Юный Моисей двигался вокруг храмов во время церемониальных шествий или же сосредоточенно изучал свитки папируса, проводя долгие часы в глубоких размышлениях.
Будучи даже в детстве очень серьезным, Моисей так продвинулся в своем обучении и развитии, что прошел через все
