Выступать под левыми лозунгами и вместе с тем проводить политику перманентной агрессии против соседних арабских стран и не прекращать репрессии против палестинских арабов — а именно этим были отмечены годы нахождения у власти левых сионистов из МАП АЙ и МАП AM — было, по меньшей мере, лицемерным и не логичным. Влияние МАПАМ, МАПАЙ и других левых партий, которые в конечном итоге стали блокироваться с правыми сионистами постепенно сходило на нет. На обломках МАПАЙ возникла «Авода», которая считает себя социал-демократической и сионистской партией и входит в состав Социнтерна. В 1969 г. она входила в новый блок «Маарах» вместе с партией «Мапам«, вплоть до распада «Маараха» в 1991 г. Вместе с «Аводой» в Социнтерн входят израильские «зеленые» — еще одна сионистская, левофланговая социал-демократическая партия «Мерец Яхад». 22 декабря 2008 г, «Мерец» объединился с партией «Хатнуа Хахадаша» («Новое движение»). На выборах в феврале 2009 г, этот альянс с треском провалился, выиграв только три места в кнессете. В целом на тех выборах левые израильские партии (включая «Аводу») потерпели жестокое поражение, небывалое со времен основания еврейского государства.
Израильские «зеленые», однако, прославились на весь еврейский мир после того, как 22 октября 2002 г. член партии «Мерец» Узи Эвен вошел в историю, став первым открытым гомосексуалистом — членом Кнессета. Газета «Джуиш ньюс уикли» напомнила в связи с этим, как в свое время депутат от ортодоксальной религиозной партии «ШАС» Моше Майя с трибуны Кнессета зачитал, что сказано в Торе про гомосексуалистов: «Их, безусловно, надо предавать смерти. И кровь их будет на них!». В наши дни в Кнессете стали более терпимы к голубым, и даже отменили прежний запрет на их допуск к службе в израильской разведке. Тем не менее, избрание Эвена вызвало взрыв эмоций у его коллег-ортодоксов. Депутат от «ШАС» раввин Ниссим Зеев, заявил, что появление Эвена в Кнессете «символизирует озверение человечества», добавив, что Эвен должен быть «спрятан под ковер», и ему следует запретить вход в Кнессет. В ответ на это Эвэн посоветовал ортодоксальному раввину самому спрятаться под ковер от стыда, т. к. ребе Зеев известен тем, что однажды при совершении обряда обрезания новорожденному мальчику обрезал ему член слишком коротко (Jewish News Weekly, 11.11.2002). «О времена, о нравы!» — воскликнули бы по этому поводу по примеру римлян правоверные иудеи.
Единственной по-настоящему левой партией в Израиле остается блок «ХАДАШ». Эта несионистская «еврейско-арабская партия», по ее собственной характеристике, опирается в основном на арабских граждан Израиля, хотя за нее голосуют и многие евреи, имеет небольшое, но достаточно стабильное представительство в Кнессете (четверо были избраны в 2008 г., из них три араба и один еврей). Одной из политических организаций, основавших движение «ХАДАШ» была партия «Раках» («Новый коммунистической список»), которая в 1989 г. была переименована в «Маки«(акроним на иврите от названия «Израильская коммунистическая партия»). В рамках «ХАДАШ» она сохранила свой независимый статус. Особой популярностью коммунисты в Израиле не пользовались, а после распада СССР, когда были опубликованы данные о том, что они находились на содержании Москвы, партия подверглась нападкам со всех сторон и практически распалась (В 1980 г., например, Компартии Израиля по решению Политбюро ЦК КПСС было выделено 400 тысяч долларов США. (См. АПРФ ЦК КПСС. Совершенно секретно. Особая папка. № П230/.34. Выписка из протокола № 230 заседания Политбюро ЦК КПСС от 29 декабря 1980 г.)
Игра в коммунизм для сионистов была необходима на определенном этапе для завоевания влияния среди евреев, большинство которых в XIX–XX вв. никак нельзя было отнести к богатым и даже хорошо обеспеченным людям. И среди этих пролетариев физического и умственного труда симпатии к коммунизму были вполне объяснимы. Они ринулись и в русские, как и в другие революции, потому что элементарно хотели жить лучше. В этом же причина финансового участия еврейских финансистов и в поддержке коммунизма, и в поддержке сионизма, как в левой, так и в правой разновидности оного — они хотели жить еще лучше за счет «гоев».
Выходец из Латвии Хаим Ицхак Берман (1929–1998), ортодоксальный еврей, обозреватель английской сионистской газет «Джуиш кроникл» и известный автор сотен афоризмов, спрашивал своих единоверцев «За что же вы ругаете коммунизм?». И отвечал: «Именно коммунизм свергнул ненавистного царя, именно коммунизм устранил ограничение в правах евреев и запретил антисемитизм, и именно коммунизм, по крайней мере, в начале, открыл возможности для выдвижения евреев» (Jewish Chronicle, 30.08.1991). Если задать вопрос Бермана в наши дни, то в ответ услышишь все то же — антисемитизм коммунистов, преследования евреев, запрет на выезд в Израиль. Все это имело место, но, когда это было выгодно сионистам, они на это закрывали глаза, а когда нужно было — протестовали под штандартами антикоммунизма по всему миру против «преследования евреев за железным занавесом «. Основная идеология и вера у правых и у левых сионистов, а также у тех, кто из сионистов подался в большевики, была на всех одна — иудаизм. Не случайно американская газета «Еврейская Хроника» в апреле 1919 г. утверждала: «То, что среди большевиков столько много евреев, просто отражает тот факт, что идеи большевизма во многих местах являются и самыми лучшими идеями иудаизма» (Jewish Chronicle, 04.04.1919).
Длительный опыт сионизма по части мимикрии, социальной демагогии и обмана мирового общественного мнения, умноженный на долголетнюю работу сионистской пропаганды, дезориентировал многих исследователей, даже тех, кто искренне пытался разобраться в запутанном клубке многочисленных левых сионистских организаций. Сионизм с утомительным разнообразием играл в «разногласия», «конфликты», «теоретические споры», «разлады» и семейные ссоры, всячески пытаясь, изобразить дело таким образом, что в «товарищах» по международному сионистскому концерну «согласья нет», а потому и говорить о сионизме как о чем-то едином, сплоченном, четко организованном и в высшей степени дисциплинированном якобы не имеет никакого смысла. Но это все из серии анекдотов раввина Бермана: «Если сошлись три еврея, это значит, что они представляют три различные партии».
Знакомясь, в частности, с сионистскими организациями США, мы нашли в программе лишь одной из них — «Антикоммунистической еврейской лиги» («лига защиты евреев» — это, как говорится, особая статья) официальное объявление о ее конкретной антикоммунистической направленности. Все другие эту направленность прикрывают расплывчатыми фразами о «поощрении религиозного воспитания», «помощи государству Израиль», «поддержке американизма» и так далее и тому подобное. Сионизм куда охотнее предстает в тоге поборника «всеобщей демократии», «гуманизма» и «справедливости».
Международный сионизм долгое время избегал всякой прозрачности, предпочитает и по сей день действовать из-за угла, втихомолку, не объявляя громогласно своих конечных целей. Откровений — вроде тех, что содержатся в протоколах заседаний «Цеире-Цион», состоявшихся в 1918 г. и в стенографической записи переговоров сионистов с Петлюрой, — прямых объявлений о том, что «сионизм и коммунизм абсолютно несовместимы», не так уж много даже в трудах Жаботинского. Не говоря уже о том, что быть антикоммунистом в приличном обществе даже на Западе считалось дурным тоном. Как, впрочем, быть и критиком сионизма.
Спекулируя на страданиях евреев во время войны, сионистская пропаганда любые выступления против сионизма, а особенно разоблачения его связей и сотрудничества с нацистами, шельмовала как антисемитские, как попытки возрождения «геббельсовской пропаганды против евреев», а то и как «призыв к погромам». При этом сионистские службы дезинформации всегда представляли дело так, что сионизм и евреи — слова-синонимы, хотя, как мы знаем, это не соответствует истине. На деле же сионисты практически не выступали против действительного антисемитизма, а наоборот, блокировались с самой черносотенной реакцией в своих целях.
Об этом открыто говорили сами сионистские лидеры. Напомним об их малоизвестных высказываниях. Сам основоположник сионизма Теодор Герцль предрекал: «Антисемиты станут нашими лучшими друзьями, а антисемитские страны — нашими лучшими союзниками»[100].
В. Жаботинский в 1905 г. признал очевидное: «Как довод для сионистской агитации, антисемитизм, особенно «возведенный в принцип», конечно, весьма удобен и полезен».
Видный сионист Лео Вертгеймер в 1918 г. в своей книге «Юдофобия и евреи» восторгался: «Антисемитизм— ангел-спаситель евреев, который заботится о том, чтобы евреи остались евреями… Антисемиты пробудили еврейское сознание у многих евреев, которые не хотели быть евреями».
Иешуа Гольдман 30 декабря 1964 г. на 26-й конференции Всемирного сионистского конгресса в Израиле заявил: «Величайшей опасностью для еврейства и еврейского единства является отсутствие антисемитизма».
