но в этом случае он вряд ли бы остановился в местной гостинице, а уехал бы далеко отсюда. В самом деле, зачем нужно было ночевать в Литл-Медоу и ждать утра, если его могли обнаружить и связать с преступлением? Все говорило о том, что цель у незнакомца была другая. Тогда я задумалась, какая же именно. А потом я вспомнила, что видела еще одного человека, приехавшего в Литл-Медоу, только днем позже. Это был Патрик Вуд. Мне тотчас показалось странным, как он вел себя при первой встрече с Эльзой на станции. Мужчина был взволнован и растроган, но он не был удивлен: он вел себя так, как будто уже видел Эльзу раньше! Еще был момент, когда мы сидели здесь и пили чай с Патриком и Эльзой: разговор тогда зашел об убийстве. Я помню, как Эльза сказала: «Как хорошо, что Патрик приехал днем позже, а то его бы могли заподозрить в убийстве». Все приняли это за шутку, но я заметила, что мистер Вуд немного занервничал, ему было явно не по себе. «Но чего ему бояться? – подумала я. – Если только он действительно не приехал днем раньше». И тут мне все стало ясно. Тогда я отбросила версию с туристом и сконцентрировалась на реально важных персонажах в этой истории, любой из которых мог быть убийцей.
– А когда вы начали подозревать миссис Лоуренс? – спросил Патрик Вуд.
– Признаюсь, долгое время я блуждала в темноте, и личность убийцы оставалась для меня загадкой. Сначала под подозрение попал Джефри Лоуренс, потом – его отец. Все это время Аманда Лоуренс не привлекала моего внимания. Только узнав о шантаже, я всерьез задумалась о том, кому еще было выгодно, чтобы Энни Ховард замолчала навсегда. В день своей смерти девушка назначила две встречи: первую – с Амандой Лоуренс, а вторую, чуть позже – с ее мужем, надеясь, что хоть одна из них принесет ей долгожданное богатство. Первое время я не могла разобраться, почему было так много телефонных звонков. Первый – от Джефри Лоуренса, на который Энни не ответила. Значит, с Лоуренсом-младшим она встречаться не планировала. Затем Поль Залески рассказал, что подслушал, как Энни назначила кому-то встречу, но тогда она звонила из своего дома. А потом, когда она заходила сюда, чтобы передать нам приглашение Хелен Ховард, девушка снова позвонила и договорилась о свидании. Обдумав это как следует, я поняла, что самое простое объяснение – в том, что было два телефонных разговора, а значит, и две встречи. Я была уверена, что обе они связаны с шантажом, поэтому, кроме Генри Лоуренса, оставался только один человек, у которого Энни могла требовать деньги, – Аманда Лоуренс.
– Но что это за тайна, которую знала Энни? – не утерпела Эльза Миррей.
– Много лет назад Генри Лоуренс завел интрижку с некой Аннет Пиллоу. Она была бедной девушкой, и Генри просто воспользовался ею. Бедняжка забеременела, и хозяин поместья предложил ей пойти на аборт. Находясь на позднем сроке беременности, девушка обратилась к своей родственнице Саре Дойл, и та сделала операцию. Выжил ли ребенок – никому неизвестно. Потом, спустя много лет, перед смертью Аннет излила душу своей сиделке, которой оказалась Энни Ховард. Тогда же умирающая женщина передала ей свой кулон. Девушка решила воспользоваться полученной информацией, ее приезд в Литл-Медоу был спланирован заранее. Я бы никогда не узнала об этом, но мне помог случай. На фотографии в доме Хелен Ховард я увидела Аннет с кулоном, и мне он показался знакомым. А потом Донна Браун вспомнила, что Марика тоже узнала кулон, когда впервые увидела Энни. Зная, что Марика занималась медициной, я решила поискать доказательства в ее доме, где и нашла пособие по хирургии с ее заметками. По этим записям стало понятно, что операция по прерыванию беременности прошла неудачно. Скорее всего, после этого Сара Дойл и потеряла рассудок.
– Вам повезло, что вы нашли фотографию Аннет в книге Марики, – одобрительно заметил Дин Маккензи.
– Так ее там и не было! Мне пришлось немного слукавить: я придумала историю с якобы найденным снимком, чтобы добавить вес моим словам.
– Но что толкнуло Аманду на убийство Марики? – недоумевала Эльза Миррей.
– Когда я позвонила из Риджес-Холла, миссис Лоуренс по параллельному телефонному аппарату подслушала мой разговор с инспектором и решила, что имя Марики всплыло совсем не вовремя. Ведь именно Марика была свидетелем и непосредственным участником тех событий в прошлом и могла рассказать о ребенке мистера Лоуренса. Более того, Аманде не повезло: у мостков ее заметила Донна Браун, издалека приняв миссис Лоуренс за Марику из-за темного плаща. Из-за всех этих совпадений Аманде не оставалось ничего другого, кроме как убить эту безобидную старушку.
– Какая запутанная история, миссис Бланш! – изумился Патрик Вуд. – И как жаль убитую девушку!
– Энни с самого начала знала, что затеяла грязную игру, – с горечью произнесла миссис Бланш. – Она решила, что сможет выдать себя за дочь Генри Лоуренса, выжившую после того неудачного аборта. Землевладелец не стал требовать у девушки доказательств, ему хватило того, что у нее был кулон Аннет. Поэтому хозяин Риджес-Холла стал помогать своей «дочери» деньгами. Но Энни было этого мало. Она хотела обеспечить свою жизнь и стала действовать более решительно. Девушка прекрасно понимала, что без веских доказательств не может требовать у Генри часть наследства. Затем она сообразила, что сможет вытрясти крупную сумму из Аманды, которая не захочет, чтобы всем стала известна гадкая история о беременности любовницы Генри. Энни все тщательно спланировала, надеясь получить деньги у Аманды и сразу уехать. Энни не смогла предугадать лишь того, что у миссис Лоуренс хватит жестокости, чтобы задушить девушку и бросить тело прямо на мостках.
– И все-таки, миссис Бланш, зачем вы примчались в Риджес-Холл следом за мной? Признайтесь, вы боялись, что я опередил вас и уже изобличил Аманду Лоуренс, – хитро подмигнул Присциле инспектор.
– Если честно, я действительно очень боялась. К этому времени я уже поняла, что убийца – Аманда. Она пользовалась духами с запахом жасмина, у них очень специфический и стойкий аромат. А в среду утром, когда от книжной пыли в доме Марики я стала чихать, я вспомнила, что перед тем, как меня ударили по голове в тот раз, я почувствовала тот самый сладковатый запах жасмина. Поэтому я знала, что это ее рук дело, так же, как и убийство Энни Ховард. Было очевидно, что Аманда не хотела, чтобы ее сына обвинили, но признаться в преступлении она не могла и наверняка придумала другой способ спасти Джефри от ареста.
