не требуй, чтобы я в одночасье стала прежней. Мне нужно время.
Мужчина кивнул, но не сразу отпустил ее плечи.
— Комда, я сделаю все, что захочешь, но, боюсь, избежать опасностей, о которых я тебе говорил, нам не удастся.
— Я не прошу тебя об этом и все понимаю. Вагкхи опытные воины и много видели в жизни. Думаю, мы сумеем постоять за себя.
Когда они вернулись в лагерь, то увидели, что мужчины уже затушили костер и собрали вещи. Через несколько минут небольшой отряд снова отправился в путь.
* * *
Пальцы Хэдзё действительно впечатляли.
Только Комде они напоминали скорее колючки на спине ежа или острые шипы хищной рыбы. В этом месте горы образовывали что-то вроде кратера, в центре которого находились скалы, названные так в память о великане. Люди стояли на гряде и смотрели вниз. Теперь, после долгого многодневного перехода, им предстояло спускаться. Несмотря на странный вид, скалы были по-своему красивы. На их острых вершинах росли темно-зеленые кустарники и небольшие изогнутые деревца, вместо листьев покрытые тонкими, похожими на иглы, шипами. Они все еще оставались зелеными, хотя остальные растения в лесу давно приобрели желто-коричневый цвет.
Первая мысль, которая возникала у людей, впервые видевших эти скалы, была такой: «Как деревья смогли вырасти на этих голых вершинах»? А вторая: «Как они продолжают там удерживаться, несмотря на ветра, которые в горах дуют намного сильнее, чем на равнинах?» Дальние скалы, расположенные на другой стороне кратера, скрывала туманная дымка. В ее сероватой вуали скалы казались застывшими черно-коричневыми изваяниями. Постояв еще несколько минут, путешественники принялись осторожно спускаться. Их твердые посохи глубоко вонзались в землю, не давая ботинкам скользить на крутых склонах. Комда за несколько дней, прошедших после разговора с Озгушем, изменилась. Точнее, стала прежней. Бледность исчезла с ее лица. На щеках появился румянец. Но не это было главным. В ней опять вспыхнул внутренний огонь, который не бросался в глаза, но так привлекал к ней людей. Йяццу и Раст сразу почувствовали это. И между ними вспыхнуло негласное соперничество за возможность находиться рядом с женщиной и безраздельно владеть ее вниманием. Она же делала вид, что не замечает их усилий, и относилась к обоим совершенно одинаково. Эта «игра» веселила Озгуша. Он несколько раз ловил себя на том, что, глядя на молодых мужчин, усмехается в бороду.
Один за другим путешественники спустились на каменистую тропу. Теперь Пальцы Хэдзё стояли вокруг них. Тропа была узкой. С одной стороны она заканчивалась обрывом. Там, внизу, так глубоко, что, казалось, брошенный камень будет падать целую вечность, простирался зеленый океан колючих деревьев. Узкая тропа извивалась, огибая скалы.
Путешественники выстроились цепочкой, друг за другом. Можно было идти и рядом, но не больше двух человек. Комда неторопливо двигалась в центре группы, когда ее догнал Мстив. Он осторожно тронул женщину за локоть и молча кивнул головой куда-то вверх и вперед. Ближе к противоположному краю кратера в воздухе кружились стаи птиц. Черными движущимися точками было усыпано почти полнеба. Комда посмотрела туда, куда указал мужчина, и тихо ответила:
— Я тоже заметила. Еще тогда, когда мы начали спускаться.
— Меня тревожит такое скопление. Если они перелетные, в этом нет ничего особенного. Но если это падальщики…
— Мне кажется, ты склоняешься ко второму.
— Просто привычка подозревать самое худшее.
— Мстив, я найду повод и спрошу у Йяццу, что это за птицы. Я тоже подозреваю худшее. Интуиция подсказывает мне, что впереди нас ожидает опасность.
— Что будем делать? Расскажем остальным?
— На первом же привале. Подстрахуй отряд сзади. Я пойду вперед, к Йяццу.
Разведчик кивнул. Он чуть отстал от остальных и переложил нож из рюкзака в сапог. Затем внимательно посмотрел сначала на Озгуша, а потом на Тресс. Из этих двоих только Тресс ответил на его взгляд. Но так, что Мстив сразу понял, тот знает, о чем они только что говорили с Комдой.
Через пару часов дорога немного расширилась, образовав петлю. Йяццу дождался, когда остальные догонят, и сказал, что не знает точно, как скоро на этой дороге будет ещё одно такое же удачное место для привала. Все дружно решили остановиться здесь. Пока разжигался костер и разогревался обед, Комда отвела Йяццу в сторону и стала его расспрашивать. Она начала издалека:
— Йяццу, за все время, что находимся на вашей планете, мы почти не встречали животных. Ни птиц, ни зверей. Разве только мендлоков… Даже сейчас, когда вот уже несколько дней идем через леса, мы ни разу не видели птиц и даже не слышали их голосов. Как ты это объяснишь?
Мужчина поймал ее встревоженный взгляд. И сразу же понял, что та не случайно задала этот вопрос.
— Тебя что-то беспокоит?
— Прошу, ответь на мой вопрос.
— На планете обитают животные. Но ты права, их очень мало. А те, что есть, предпочитают жить в стороне от деревень или дорог, проложенных людьми. На это имеются свои причины. Очень давно, еще до появления Учителя, звери жестоко уничтожались. Мы уже забыли об этом своем преступлении. У зверей память оказалась лучше. Они до сих пор остерегаются нас.
— У вас есть перелетные птицы?
— Те, что перелетают с одного места на другое?
Мужчина, поймав ее взгляд, больше не отпускал его. Комда опять ощутила странное чувство, как тогда, на реке, словно ее притягивает к нему как магнитом. Она сделала шаг вперед и прижалась лбом к его груди. Наваждение исчезло. Йяццу заговорил снова. Его голос звучал глухо и громко.
— Нет. Наши птицы живут там, где родились и выросли.
— Тогда как ты объяснишь вот это?
Она отодвинулась и кивнула в сторону. Он повернул голову и замер.
— Это кхорки. Как их много! Никогда не видел столько.
— Чем питаются эти птицы?
— Тем, что смогут найти. Остатками трапез других животных.
— Падальщики. Я так и знала. Йяццу, ты сам знаешь, что такое скопление падальщиков может означать только одно. Там есть пища. Судя по количеству птиц, ее там много. Очень много.
Йяццу понимал, насколько серьезным было то, о чем она говорила, но не смог отказать себе в удовольствии еще немного задержать женщину около себя.
— В этом году осень необычно холодная. Может, именно это вызвало такое скопление птиц в одном месте?
Она снова подняла глаза. Мужчина пристально вгляделся в их синеву, мысленно связывая себя и ее единой нитью. Комда как-то отстраненно подумала: «Йяццу обладает большими способностями к гипнозу, но этот его дар, скорее всего, врожденный, а не приобретенный в результате упорных упражнений. Он сам еще не понимает, чем
