class="p1">Что же вы собираетесь делать дальше, Владимир Иванович? — спросил тот, присаживаясь без приглашения.
Подремать, пока жара спадет, а потом купаться, — ответил я уверенно.
Да, конечно. Мы, москвичи, к такой жаре непривычные. Скажите, вы слышали о Серых Ангелах.
Естественно, — сказал я. — Пахан в зоне мне как-то рассказывал. Ссучившие воры, образовавшие мощную полулегальную структуру.
Ну, не совсем так... Хотя, в принципе верно. Так вот, нам не совсем безразлична ваша судьба.
Приятно слышать. Я встал с кровати, подошел к холодильнику и достал оттуда две бомбы пива. — Пиво будете?
С удовольствием. Пиво здесь замечательное.
Я открыл обе бутылки, вновь сел и вопросительно посмотрел на пришельца. Авторучка теперь лежала под подушкой, рядом с моей правой рукой, в любой момент я мог ее выхватить.
Вам наверное кажутся странными последние события? — спросил парень и приложился к горлышку бутылки.
В какой-то мере, — ответил я, делая не менее основательный глоток.
Позволю себе пояснить. Вы по воле случайности оказались втянутыми в неприятную историю.
Это я понял. Быть между двумя жерновами всегда неприятно.
Следовательно, вы уже осознаете ситуацию.
Приблизительно. А вы, как я понимаю, мельник?
Парень засмеялся. Вполне искренне.
Иван Иванович был прав, — сказал он туманно, — вы — личность незаурядная.
Да уж, — согласился я. — У какого-то фантаста есть рассказ про человека — флуктуацию. Во я, похоже, такой человек. Притягиваю к себе идиотские флуктуации судьбы.
Это есть, — согласился парень. Мы изучили вашу биографию довольно подробно, но некоторые психологические тонкости выпадают. Вот и решили познакомиться с вами ближе. Вам, как я понимаю, сейчас не помешала бы помощь?
Не помешала, — сделал я очередной глоток. — Ног от кого попало я помощь не приму. К тому же, хотел бы знать в чем эта помощь будет выражаться и чем мне за нее платить? Учтите, я такой же киллер, как вы - Малыш Карлсон.
Это мы знаем. Вы способный аферист и неплохой журналист. И вам давно надоела бесприютная жизнь. Оно и понятно: возраст, разочарования...
Только не надо пытаться меня разжалобить, — сказал я. — Я и так себя жалею до слез. Но уж коли меня Фортуна вытащила из болота вялой жизни, то новую я предпочитаю строить самостоятельно. И ангелы любого цвета мне для этого не требуются. Я вообще пернатым не слишком доверяю.
Вас же могут тут, на Кипре, вскоре просто убить! — несколько удивленно сказал парень. Он и пиво перестал отхлебывать, разозлился, наверное.
Убить меня могут не только на Кипре... — Я сделал еще один полновесный глоток. — Но и я могу убить. Опыт уже имею.
Вот об этом мы и хотели поговорить, это и есть ваша плата за спокойствие. Те, кто вас нанял, до сих пор думают, что вы профессиональный киллер. И все их претензии к вам заключаются в том, что вы их развели. Им не денег жалко, для игорной мафии эти деньги — пустяк. Им нельзя позволять себя разводить, авторитет потеряют, имидж. Вот они и пытаются вас убрать. И не оставят этих попыток. А мы вовсе не собираемся вас просить кого-нибудь убить. Мы просто с вашей помощью хотим подобраться к вашей потенциальной жертве, к тому, кого вам заказали игроки.
Гений меня в одно мгновение раскусит, — сказал я. — А что, он жив еще.
Что ему сделается. Он же, как шахматист, все просчитывает. Даже нападения на вас с охраной тут входило в его план. Единственное, в чем он ошибся, это в том, что был уверен, что вы не выживите.
Я сделал последний глоток и поставил бутылку на пол. Та-ак, и Гений со своей благодарностью оказался подонком! Никому нельзя верить. Послал меня и своих людей на заклание, как ягнят. Принес в жертву во имя своих планов. Гамбит провел с жертвой фигурой для выигрыша темпа. Впрочем, не фигурой, даже, а так — качества. Гениальный подонок передвигает по шахматной доске живых людей, жертвует качество, выигрывает тем и успевает сделать решающий ход. Его противник в растерянности, над ним нависла угроза мата. А серые пернатые воры из породы сученных готовы встрять в позицию и урвать свой кусок.
Вы пейте пиво-то, — сказал я. — Степлится, невкусное будет.
Милый рассказ и хороший автор: Дело о нелегальных магопискахВекша - https://author.today/u/veksha/works
Глава 28
Вчера
Рабочий день Верта выглядит так. Он встает в 5-6 утра. В основном его будит в это время собака - английский бульдог, которого он зовет Вини, производное от Вини Пуха, и который на самом деле носит официальное имя Максимильян де Корсар де Верт. Это сверхуродливое существо на кривых лапах, с огромной нижней челюстью, свисающей как ковш экскаватора, с огромными выразительными глазами и чутким сердцем, полном любви ко всем людям.
Вини подходит к кровати и издает звук, представляющий собой нечто среднее между скулежом, лаем, визгом и рычанием. В своем конечном исполнении этот звук очень напоминает звук циркулярной пилы, причем не смазанной. Человек, неподготовленный, от этого звука покрывается потом и начинает заикаться.
Верт не нежится в постели. Он просто встает, идет на кухню, заваривает себе очень густой кофе, кладет собаке три пригоршни собачьего сухого корма по 11 тысяч рублей за пачку, заказывает по телефону Биробиджан и присаживается к компьютеру. Пока он искуривает вторую сигарету - только Winston- и исписывает третью страницу будущей книги “Мой папа — аферист”, телефонистка соединяет его с директором Биробиджанской типографии.
-Чего вы ждете, - начинает накрикивать Верт в трубку? - Я получил только 140 миллионов, Доллар растет, если вы не вышлите 65 миллионов на этой недели, я не смогу конвертировать деньги в нормальную сумму и вам придется платить лишних миллионов пять. Вам, в конце концов нужно оборудование или нет!
Суть этих переговоров и огромных сумм заключается в элементарном бизнесе. Когда-то Верт приехал в Биробиджанскую типографию и продал директору право на издание его “Записок афериста”. Продал, можно сказать, даром - за 300 тысяч рублей. Но заодно договорился о поставке компьютера. И действительно, купил компьютер за полтора миллиона и привез. И тогда - то откровенно поговорил с директором.
-Вам нужна офсетная четырехкрасочная машина типа “Dominant”,- сказал Верт. -
