– О чем? – Его глаза поблескивали, как золотисто-зеленые драгоценные камни.
Он дразнит ее или действительно не помнит? Преодолевая внутреннюю дрожь, она произнесла почти шепотом:
– Ну, ты знаешь. О том, что ты сказал сегодня насчет… экспериментирования… хочу ли я.
Его глаза снова вспыхнули.
– Ах да, об этом. И?
Ее пальцы упорно продолжали теребить платье.
– И в общем, я… – Она уставилась на свои туфли, не решаясь взглянуть на Кита. – Я думаю… что я…
– Элиза, посмотри на меня. Она повиновалась.
– Не стесняйся, – сказал он, – Не нужно стесняться. Только не со мной. А теперь говори, что ты хотела сказать.
Она выдохнула, напряженные мышцы плеч и шеи расслабились. Кит прав! У нее нет причины стесняться его, особенно учитывая интимный характер шага, который она собиралась сделать.
Заставив себя поднять глаза, она посмотрела на него.
– Я подумала о том, что ты сказал… и… да, я хочу.
Его веки слегка опустились, мерцающий свет углубил цвет радужек.
– Ты уверена? Она кивнула.
– Когда мы можем начать? – Внезапно ей стало нечем дышать.
Его губы изогнулись в кривой улыбке.
– Хотел бы я сказать «прямо сейчас», но это было бы не очень разумно. Так что ты, пожалуй, иди спать, а я пока подумаю, как лучше это организовать.
– О! – выдохнула она не то с облегчением, не то с разочарованием. – Хорошо, – Спустя мгновение поднялась.
Он тоже встал, как того требовала вежливость. Но уж определенно только не из вежливости он шагнул поближе, обхватил ее щеку своей ладонью и склонился для поцелуя. Элиза затрепетала от удовольствия, когда он нежно прижался губами к ее губам, в одно мгновение лишив ее дыхания и силы воли. Замерев в объятиях, она была полностью в его распоряжении, в его власти. Веки, затрепетав, закрылись, когда она сдалась на его милость.
Медленно, неохотно он отпустил ее.
– Небольшая проба, чтобы справиться с ожиданием, – пробормотал он, слегка проводя по ее щеке в последней нежной ласке. – Спокойной ночи, маленький воробышек.
Элиза затрепетала, уверенная, что сегодня ей ни за что не уснуть.
«Что, во имя всех святых, я делаю?» – недоумевал Кит после того, как она ушла.
Как случилось, что он решил соблазнить Элизу Хэммонд? Он не был уверен, что сознательно принял это решение, во всяком случае, не на уровне логики и разума. Он просто сделал импульсивное предложение обучить ее искусству любви, и она согласилась. Теперь же, когда она согласилась, он мог сказать, что ни капельки не жалеет.
Желание терзало его изнутри, чувства все еще парили где-то на высоте после их короткого поцелуя. Если простой поцелуй способен вызвать такой отклик, то подумать только, к чему может привести по-настоящему страстное свидание.
Он знал, что не должен желать ее. Приличия и благоразумие требовали от него забрать назад свое предложение и сказать ей, что не будет никаких уроков. Но когда это он был благоразумен? Не он ли всегда верил, что именно риск придает жизни вкус? Риск, который бодрит кровь и приносит удовлетворение душе?
А принимая во внимание ту провокационную маленькую книжицу, которую он у нее нашел, она тоже вполне созрела для того, чтобы чуть-чуть рискнуть. Кто лучше него сможет определить и обеспечить степень относительно невинного заигрывания? Он постарается сохранить отношения легкими и игривыми, предусмотрительно не заводя их дальше положенного. Они оба здорово развлекутся и расстанутся друзьями.
То, что он планирует делать с ней, убеждал себя Кит, не будет так уж сильно отличаться от того флирта, которым он занимался и занимается с множеством других девиц. Несколько тайных поцелуев и прикосновений еще никогда никому не вредили, не повредят и им с Элизой.
В сущности, продолжал размышлять Кит, он защищает ее. Если она попросит кого-то другого помочь ей в ее «эксперименте», человек может злоупотребить этим, может не понять ее бесхитростную натуру и воспользоваться ее доверчивостью, а когда она это поймет, будет уже слишком поздно.
А как же Бревард, который утверждает, что имеет намерение жениться?
Кит поднес стакан бренди к губам и допил остатки одним резким глотком. Отставив стакан с громким стуком, стиснул руку в кулак.
Он не станет думать о Бреварде, решил Кит, осторожно разминая мышцы шеи, чтобы снять напряжение, которое там скопилось. Если – что маловероятно – виконт решит отказаться от своей холостяцкой жизни и сделать предложение Элизе, тогда он, Кит, и поразмыслит над этим делом. Хорошо известный своей неуловимостью, Бревард еще может потерять интерес, как уже бывало раньше, и перейти на новую территорию. Так что в данный момент Кит сосредоточится на себе и Элизе и не станет беспокоиться о Бреварде и других.
«Carpediem[2]», – подумал он, с грустью признавая факт, что эта короткая фраза – одно из немногих латинских изречений, которые остались у него в голове с тех пор, как он закончил учебу в Оксфорде. Но это выражение всегда казалось ему удачным.
Итак, он будет наслаждаться моментом – и Элизой Хэммонд.
– Великолепный раут, да?
Элиза улыбнулась своему танцевальному партнеру, приятному молодому человеку, чьи каштановые волосы уже начали редеть на макушке, несмотря на молодость лет.
– Да, – согласилась она, – очаровательный вечер. Наша хозяйка превзошла себя со всеми этими живыми цветами по всему залу и настоящим прудом с рыбками в центре закусочного стола. Весь вечер все только об этом и говорят.
– Я знаю. Я увлекаюсь техникой. Каких только чудес не создают в наши дни!
Элиза снова улыбнулась и позволила ему говорить, радуясь тому, что он, похоже, не ждет, чтобы она принимала активное участие в беседе. Когда танец закончился, молодой человек вывел ее из танцевального круга. Ее маленькая, но преданная группа поклонников собралась вокруг при ее возвращении.
Она смеялась над забавной историей про птичку, которая свила гнездо в витрине шляпного магазина на Бонд-стрит, когда рядом с ней возник Кит.
– Мы могли бы поговорить? – пробормотал он ей на ухо. Она вскинула на него глаза:
– Конечно, погоди минутку.
Дослушав историю до конца, она извинилась под несерьезные ворчливые жалобы других джентльменов. Вместе с Китом они стали прогуливаться по периметру бального зала.
– В последние дни у тебя было так много светских развлечений, – заметил он. – Я видел тебя только мельком, даже дома. Не став посылать тебе записку, я решил лучше подойти сам и похитить тебя ненадолго у твоих обожателей.
– Извини. Я знаю, что в последнее время была слишком занята.
– Ничего страшного. Этот сезон для тебя такой удачный, и ты пользуешься таким успехом, как мы и надеялись. – Он замолчал и увлек ее в сторону от приближающейся пары, обеспечивая им с Элизой некоторое уединение. – Я хотел обсудить с тобой то, о чем мы говорили третьего дня. Полагаю, ты все еще заинтересована в этом деле?
