— Я тоже, — ухмыльнулась Паркер.
— Вот видишь, как много у нас общего. — Мэттью попытался улыбнуться, но получилась лишь кривая усмешка, указывающая, насколько сильно он нервничает. — Значит, бартер?
Брюнетка молча кивнула.
— Время на шанс? — приподнял левую бровь Вуд.
Она на мгновение закрыла глаза и вновь согласно качнула головой. Но через несколько секунд произнесла совершенно спокойным голосом, отвергающим любые сомнения и уговоры. Тоном, которым судьи выносят окончательный вердикт:
— Да, но сегодня я улетаю в Финикс.
Мэтт вздрогнул. Этих слов он боялся с той минуты, как Кэт покинула магазин, заполненный фэбээровцами. Она вышла с ним под руку, но совершенно отчуждённая мыслями. Уже тогда Вуд почувствовал, что брюнетка не готова к их встрече и при любой возможности постарается сбежать. Но почему-то в это не хотелось верить. Не зря же Бог дал им повторный шанс?
Каким же он оказался придурком, внушившив себе, что всё отлично там, где ничего хорошего нет. Мэттью был счастлив обрести дочь и надежду на жизнь с любимой женщиной, однако не догадался спросить Кэтлин, нужно ли ей это.
Агент пристально всматривался в бледное лицо. Сердце пронзила боль. Господи, да что он опять делает?!
Мэтт опустил голову, сжав ладонями виски, готовый выть от отчаянья, пытаясь найти единственно верное решение. Давить на Паркер нет смысла: всё станет только хуже. Рыдать и рвать волосы — тем более. Он мужчина, в конце концов. Но и бездействовать не в его натуре. Что сделано, то сделано. А теперь нужно собраться и попытаться хоть как-то сгладить ситуацию.
Кэт уезжает, а значит, увозит Лилибет. Именно сейчас, когда вся семья празднует воссоединение. Когда она радостно смеётся в его доме. Мэттью пообещал дать время и слово своё сдержит, но за дочь поборется. У девочки должно быть право выбора!
Он резко поднялся с постели.
— А что будет с Лилибет?
— Решать ей самой. Я не стану неволить дочь. Поверь, я очень хочу видеть её счастливой. Если она пожелает, то останется. Сейчас каникулы, и это никак не повлияет на учёбу. Я обещала показать Лилибет Вашингтон, но не успела. Если решит остаться, то это сделаешь ты.
Вуд облегчённо вздохнул. Брюнетка снова удивляла его: дерётся, когда он уверен в её полной капитуляции, и не сопротивляется там, где он этого ждёт.
— Хорошо. Но в любом случае я провожу тебя в аэропорт.
— Не возражаю. Ты можешь идти. Мне нужно переодеться и привести себя в порядок. Я выйду через несколько минут.
Мэтт усмехнулся уголками губ.
— Одри знает, для чего я пригласил тебя в спальню. — Он развёл руками: — Извини, но выходить нам придётся вместе, если, конечно, не хочешь смотреть на её истерику и слёзы. Ты же понимаешь, насколько все рады вашему появлению.
Мэттью посмотрел на платье, подобранное сестрой для Кэтлин.
— Прошу, забери все её подарки. Не обижай напрасно, не нужно. Она хочет казаться уверенной и твёрдой, но на самом деле ранимая и переживает за наши отношения очень остро.
— Знаю, я про всех всё знаю, — проговорила Кэт и уже мысленно добавила: «Кроме себя!»
Она оглядела комнату.
— Ты не одолжишь сумку? Мои вещи в отеле. Необходимо позвонить на ресепшен и сделать кое-какие распоряжения.
— Конечно, сейчас принесу. — Агент открыл дверь, прислушался и, стараясь остаться незамеченным, прошмыгнул в кладовку.
Уже через несколько минут он вернулся, держа в руке объёмный кожаный саквояж.
— Слишком большая.
— Знаю, но найти меньше не смог. — Извинился Метт, уточнив: — Да я сейчас и не в состоянии искать.
Паркер усмехнулась. Похоже, он не знал, где и что лежит в его квартире. Разумеется, всем этим заведовала Лесси.
Кэтлин открыла сумку и заглянула внутрь.
— Ладно, тогда сюда можно уложить и вещи Лилибет.
— Ты сказала, она будет решать сама, остаться или нет. — Он пытался поймать взгляд карих глаз.
— И не беру слова назад. — Пожала она плечами оставив лазейку. — Но вдруг захочет уехать вместе со мной?
Из гостиной послышались возбуждённые голоса спорящих о чём-то родственников и громкий смех. Вуда передёрнуло. Всё так буднично, никаких слёз, скандалов с выяснением отношений. Но тут же оборвал себя: каких отношений? Как ни прискорбно в этом сознаваться, Кэт права. Есть только прошлое и сутки настоящего, а будет ли будущее — во многом теперь зависело от него.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он посмотрел на сосредоточенное лицо брюнетки и подумал, что опять пытается врать себе. Всё зависит именно от неё. И ещё от дочери, но почему-то в поддержке девочки Мэттью не сомневался.
— Не думаю, что она настроена на отъезд.
— А вот это мы сейчас и выясним.
Паркер открыла дверь и громко позвала:
— Лилибет, зайди в мою комнату. — Она чуть помедлила и добавила: — Пожалуйста. Это срочно.
На пороге появилась довольно улыбающаяся девушка. Взглянув на родителей и поняв, что между ними что-то произошло, и это «что-то» может ей не понравиться, она тотчас потускнела.
— Что случилось?
Кэтлин закусила верхнюю губу, продумывая первые слова. Ожидание чего-то страшного отдало в груди девочки неприятным холодом.
— По какому случаю траур? Не молчите! — потребовала она.
— Я собираюсь уехать…
— Мама, мы всего день в Вашингтоне. Ты же обещала как минимум три дня поездки.
Кэт покачала головой, но перебивать дочь не стала.
— Я хотела просить тебя задержаться здесь до конца отпуска. Мамочка, пожалуйста!
— Подожди, выслушай сначала. — Брюнетка посмотрела на Мэтта, предлагая тому самому озвучить новость об отъезде, однако Вуд молчал, и она продолжила: — Я именно сейчас уезжаю, улетаю в Финикс ближайшим рейсом, на который смогу купить билет.
Лилит с недоумением переводила взгляд с отца на мать.
— Не поняла. Как это «именно сейчас»?
Мэттью опустил глаза в пол, но тут же поднял и с виноватым видом взглянул на дочь. Кэтлин расстроено вздохнула и замолчала.
Агенту самому пришлось объяснять девочке причину внезапного отъезда:
— Так получилось. Но мы позвали тебя не для обсуждения своих проблем. Мама хочет тебя спросить… — Он выпустил воздух сквозь сжатые зубы. — Не так! Мы оба хотим спросить: ты полетишь с ней или останешься?
Кэт положила ладонь ему на руку, решив переговорить с Лилибет с глазу на глаз.
— Тебе всё-таки придётся выйти. Пожалуйста, закажи такси.
Глава 13.3
Мэтт с недоумением смотрел в карие глаза. Его удивляла иррациональность брюнетки. Она вообще когда-нибудь думает о последствиях своих поступков?
— Хочешь поехать в аэропорт, даже не справившись о наличии билетов? А если все рейсы заняты? Ты готова провести ночь на скамейке?
— Не стоит утрировать. Переночую в гостинице. Но не думаю, что билетов не будет. Рождество уже наступило, и только в крайней необходимости кто-то полетит в день праздника.
Девочка стояла совершенно растерянная, с тревогой всматриваясь в лицо матери.
— А у нас что, острая ситуация? Ты чего-то недоговариваешь, пытаешься что-то скрыть? — Лилибет побледнела. — Джон серьёзно болен? Это вовсе не простуда?
Кэтлин прижала её к себе и глазами указала Вуду на дверь.
— Я всё-таки позвоню в аэропорт и узнаю о билетах, если ты не передумала, конечно. — Он дождался кивка брюнетки в ответ и вышел.
Она отпустила дочь. Заглянув в испуганные зелёные глаза, взяла за руку и подвела к креслу. Ноги дрожали, в голове путались мысли, однако объяснить хоть как-то свой отъезд было необходимо. Кэт присела в кресло и потянула девочку, усадив, как в детстве, себе на колени.
— Я не могу здесь оставаться, как и не могу объяснить причину.
— Не хочешь? — Лилит с сочувствием и пониманием смотрела на мать. — Случилось что-то неприятное и непоправимое?
— Можно и так сказать, — нервно бормотала она, с трудом подбирая слова. — Хотя нет, исправить не воспрещается всё и всегда, и произошедшее между нами с папой — не исключение. Но причина серьёзная, поверь.
