же заметила. Значит, не совсем дремучая дикарка. К тому же, она не одиночка. Это хорошо.
— В твоём племени есть сильные воины? — Спросил я.
— Есть, много. Они убьют тебя, если я не вернусь.
— А я могу тоже стать частью твоего племени?
Она даже опустила своё оружие. Женщина смотрела на меня так, будто я был совсем безумен, не понимала, почему я спрашиваю это.
— Зачем тебе? — Наконец сказала она.
— Мне нужны сильные люди, я хочу завоевать их доверие и привести к лучшей жизни. — Ответил я, слегка слукавив.
— Сильные не пойдут за слабым.
— Тогда я докажу, что не слаб. Как это сделать?
— Сразишься с сильным — докажешь.
— А ты отведёшь меня к сильному?
— Нет.
— Тогда как нам быть?
— Я приведу сильного сюда. А ты будешь ждать.
— И откуда мне знать, что ты просто не сбежишь?
— Мы не убегаем. Это позор.
— Что ж, доверюсь тебе. Сколько ждать?
— Жди.
Она начала задом отступать, сначала медленно, потом чуть быстрее. Оказавшись на достаточном, по её мнению, расстоянии, развернулась и побежала. Я вернулся к Владу, который всё это время удивлённо наблюдал за нами издали.
— Остаёмся на месте. — Сказал я ему.
— Ты с ума сошёл? Отпустил дикарку, а теперь хочешь остаться здесь? Да она же сейчас всё своё чёртово племя сюда притащит!
— Можешь уходить, если боишься. — Спокойно констатировал я.
— И уйду! — Он начал было собираться.
— Только еду и лекарства оставь.
— Да с чего бы?!
— С того, что я тебе голову могу проломить.
Он некоторое время молча стоял, до белых костяшек сжимая кулаки от злости. После выдохнул, осознав, что не сможет со мной справиться, и сказал, усаживаясь обратно:
— Ладно, я остаюсь.
— Мне без разницы.
Мы молча поели, потом также молча сидели, каждый думал о своём. Хотя, я догадываюсь, о чём думал он. Прикидывал, каковы шансы, что я не сдам его дикарям в рабство, чтобы заслужить их благосклонность. А может уже решил, что я изначально был одним из них, и всё произошедшее — спектакль. Я же обдумывал новое заклинание.
«Пьезо» — слишком мощное. Да, оно очень хорошо показывает себя на открытой местности, к тому же, у меня есть идеи насчёт того, как его можно доработать и наконец завершить, привести к наиболее сильной версии. Однако, опыт показывает, что не всегда у меня будет размах для манёвра, а повторения Бригтауна мне бы не хотелось. Да и для дуэли один на один оно не подходит: съедает очень много энергии, а сила рассеивается по округе. Стычка с Александром уже доказала это. Если он смог выжить, то кто-то сильнее может и вовсе не почувствовать. Нужно было что-то другое, направленное, сконцентрированное и сильное… Не говоря уже о том, что неплохо было бы заиметь новый козырь. Всегда нужно держать в рукаве «заклинание последнего шанса».
Жара спала, понемногу солнце клонилось к горизонту. Не выдержав ожидания, Влад снова завёл свою шарманку:
— Ну что, долго мы ещё будем ждать?
— Сколько потребуется.
— Не знаю, на что вы там договорились, но очевидно же, что они не придут. Эта девка просто наплела тебе то, что ты хотел услышать, чтобы сбежать.
— Да? Обернись-ка.
Он сделал это, после чего повернулся обратно ко мне, и лицо его было исполнено тревогой. К нам приближалось множество тёмных силуэтов. Когда они приблизились, я увидел отпущенную мной женщину, она вела за собой остальных.
Я неспешно пошёл им навстречу, один и без оружия. Проводник оставался на месте, он уже готовился бежать. Я и процессия остановились одновременно, из толпы вышли двое: та самая дикарка и здоровенный голый по пояс мужик.
— Ты будешь моим соперником? — Спросил он.
— Да. — Ответил я.
— Бери оружие.
— Оно уже при мне. — Я вытянул вперёд левую руку и сжал в кулак.
— А ты смелый, чужак, — в его взгляде я усмотрел минимальное, но уважение, — будь по твоему.
— Какие правила?
— Слабый умрёт, сильный займёт его место.
— Но я не хочу тебя убивать.
— Ты и не сможешь.
Люди выстроились вокруг нас, формируя своими рядами подобие арены. Мужчина совершал свои дикие ритуалы: вытянул длинный нож, развёл руки в стороны и красовался перед остальными. Люди же его поддерживали своими возгласами. Ну прямо гладиаторская битва, не меньше. Наконец обратив на меня внимание, он сказал:
— Моё имя Максимус, скажи своё.
— Арес.
— Я запомню твою смелость.
Он встал в стойку, и я сразу понял, что он хорош в ближнем бою. Это ощущение усилилось, когда он сорвался с места. Движения его были непривычны для кого-то вроде меня, не имели какой-то системы, присущей боевым искусствам, однако, они всё ещё были точны и даже в какой-то мере грациозны. Нечто вроде древнего танца, — вот, с чем я сравнил бы то, как он двигался.
Я активировал протез руки и заблокировал его нож, попытавшись схватить за руку, но он вдруг выпустил оружие из рук, опустился к земле и ударил меня ногой по протезу. Боевой интеллект на месте: предположил, что искусственную конечность проще вывести из строя, нежели настоящую. Правда, мою сделал Филипп. Ударившись о протез, он вскочил и схватил на лету свой нож другой рукой, проводя колющий удар мне в шею. Уклониться было невозможно, а поэтому я воспользовался его агрессивным стилем, пнув Максимуса в живот, из-за чего его удар отклонился, задев моё плечо по касательной.
Хотелось применить магию, но я понимал, что использовать заклинание сейчас означало бы признание слабости. Пусть я и мог бы поломать ему конечности как прутики, использовав усиление от «рассвета».
Противник же мой даже не собирался прекращать наседать, вновь перебросив нож в другую руку. Правда, я начал понимать суть его стиля боя. Я притворился, что не успеваю отойти, чтобы в последний момент, когда почувствую, что клинок коснулся моего тела, отклониться.
На него сработала такая простая обманка, нож в итоге лишь поцарапал меня у ребра. Руку его я схватил, потянул его на себя и провёл захват, из которого он не мог выбраться.
Оказавшись на земле, Максимус завыл от ярости, начав вставать прямо со мной, висящим на его руке, хватаясь ногами за шею. Пришлось приложить силу иначе. Услышав хруст, я отпустил его
