Та покачала головой. Она по-прежнему была расстроена, о чем говорили яснее слов ее узкие вертикальные зрачки.
– Я должна подумать. Это печально… Я никогда еще не видела таких чудовищно бедных людей.
Дельзаки Ли и Джудит проводили ее взглядами; Акорна медленно поднялась по лестнице в свои апартаменты.
– Реальность коснулась Акорны, – с тяжелым вздохом сожаления сказал Дельзаки Ли.
– Ци-линь должна знать, какова реальность, сэр, – сказала Джудит так же мягко, как до того разговаривала с Акорной.
– Жестокое пробуждение, – заметил Ли.
– Она вылечила ребенка, – прибавила Джудит. – Надеюсь, Стражи Мира этого не заметили.
– О них позаботились, – ответил Дельзаки Ли. – Их интерес был направлен в другую сторону, более полезную для них… и для нас.
– И что мы будем делать дальше?
– Встретимся с нашими горняками и обсудим “Лунный проект” – а заодно и мир снов Акорны.
Дельзаки вскоре заметил, что говорят в основном Рафик и Гилл, а Калум сосредоточен на том, что лазерной ручкой рисует в электронном блокноте звезды и вращающиеся вокруг них планеты в самых различных вариациях.
– И что же вы видите в этих рисунках, Калум Бэрд? – спросил Дельзаки, прервав беседу о преимуществе двойных куполов перед составными конструкциями.
Калум выпрямился и сделал вид, что внимательно прислушивается к разговору остальных. Рафик одарил его недовольным взглядом; Гилл был скорее удивлен его невниманием. Прошлой ночью Калум просто сыпал замечательными предложениями.
– Я думаю, сперва мы должны отыскать дом Акорны, – горячо проговорил Калум и немедленно покраснел едва ли не гуще, чем обычно Гилл.
– Но как мы можем найти то место, которое это дитя помнит только как сон? – спросил Дельзаки.
– Но она ведь что-то помнит. Я просто подумал: у каждой звезды есть свой спектр. Планеты каждой системы состоят из того же материала, что и сами звезды. Может быть, на одной больше металлов, а на другой – газов, но если знать, какие металлы входят в состав звездного вещества, можно найти и ту, которая нам нужна, – он махнул рукой куда-то вверх, – найти звезду Акорны.
Рафик покачал головой:
– В составе звездного вещества не так много отличий. В основе своей, все звезды созданы из одного вещества – по крайней мере, те, вокруг которых вращаются землеподобные планеты. С точки зрения спектрального анализа они все выглядят почти одинаково. И, разумеется, все обычные металлы в их спектре присутствуют.
– Но та капсула, в которой была Акорна, – возразил Калум, – была сделана не из обычных металлов. По крайней мере, не вся. Мы так и не выяснили состав сплава полностью, но он не похож ни на один из тех, которые делаем мы, люди, для нужд космоса и индустрии. Он легче. Прочнее, – Калум развел руками. – Я математик, а не физик. Но этот сплав стоит изучить – как вы полагаете?
– У вас есть ее спасательная капсула? – Дельзаки Ли был взволнован, пальцы его здоровой руки напряглись и замерли над панелью управления на подлокотнике кресла. – И вы не сказали об этом артефакте!..
– Ну, в конце концов, в разговоре эта тема еще не всплывала, – извиняющимся тоном проговорил Калум. – Мы всегда хотели ее исследовать…
– О, это не так сложно организовать… – Дельзаки Ли обернулся к Палу, который уже набирал код доступа, – так что в скором времени мы выясним, какую информацию можно извлечь из этого объекта.
Строго говоря, подготовка к исследованию заняла больше времени, чем предполагалось, поскольку Рафику, Калуму, Гиллу и Палу пришлось подогнать грузовик к “Ухуру” таким образом, чтобы никто не увидел, что именно они выгружают из корабля. Разумеется, транспорт, предоставленный в их распоряжение мистером Ли, был своего рода произведением искусства: случайные наблюдатели, должно быть, были потрясены его скоростью и маневренностью, так что драгоценная капсула была доставлен к месту назначения с изумительной скоростью – навряд ли кому-то удалось проследить маршрут.
Доставленная к впечатляющему зданию кубической формы, принадлежавшему одному из партнеров мистера Ли, капсула была доставлена с помощью гравитационного подъемника внутрь здания, мимо бдительных, но лишенных излишнего любопытства охранников, в зал, где и должны были проводиться исследования.
– Можете называть меня Зипом, – поприветствовав прибывших, сказал мужчина средних лет в белом халате. У него были восточные черты лица и оливковая кожа, а, судя по его акценту, он говорил на многих языках до того, как освоил интерлингву. На мизинцах у него не хватало одной фаланги; половины фаланги не хватало и на одном безымянном пальце. – Мистер Ли сказал, что у вас есть для меня задачка, Пал. Я люблю загадки.
Три горняка переглянулись: им определенно нравился стиль Зипа. Вместе с Палом они выгрузили спасательную капсулу и предоставили ее Зипу для осмотра.
– Ах! – воскликнул тот, вскинув руки в благоговейном жесте; его брови взлетели вверх, рот приоткрылся от изумления. Он обошел вокруг капсулы, опустился на колени, чтобы осмотреть ее снизу, поднялся на цыпочки, чтобы взглянуть на нее сверху… – Ах! – снова повторил он, увидев надпись. Он коснулся незнакомых букв пальцем, очерчивая каждую из них так нежно, словно это были черты лица младенца, а он сам был любящей матерью. – И вы не выяснили, известен ли этот язык?
Рафик посмотрел на Гилла и Калума; все трое пожали плечами:
– Мы горняки, а не лингвисты.
– А что с тем существом, которое занимало капсулу? Ведь в ней же кто-то был, верно? – спросил Зип. – По крайней мере, так мне дали понять. Понимаете ли, мистер Ли полностью мне доверяет. Но мне нужен хоть какой-то ключ…
– Я думал… ну… возможно.., – промямлил Калум, теряя уверенность в правильности своей первоначальной идеи.
– Мы полагали, что, если мы будем иметь представление о том, из каких металлов состоит этот сплав, мы сможем использовать метод спектрального анализа, чтобы найти те звезды, спутники которых с наибольшей вероятностью содержат такие же металлы, – проговорил Пал, вежливо кивнув временно утратившему дар речи Калуму.
– Сомнительно, – кратко ответил Зип, после чего повторил те же аргументы, что несколько раньше – Рафик.
– Значит, мы ничего не можем сделать? – Калум выглядел крайне огорченным.
– Вот как это получается, что ему ты поверил, а мне – нет? – поинтересовался Рафик.
– Я не говорил, что ничего нельзя сделать, – Зип одарил их суровым взглядом. – Вы должны слушать более внимательно, если хотите стать настоящими учеными. Тот подход, который вы предложили, навряд ли приведет к успеху… но есть другие вещи, с которыми мы вполне можем поиграть. Космология сделала некоторый шаг вперед с тех пор, когда мы располагали только обсерваториями, расположенными на поверхности планеты, – он тихо фыркнул. – Вы когда-нибудь слышали об эпсилон-В-тестировании? О выделении планетарных излучений? Не рассказывайте мне, как именно я должен делать свою работу, – он похлопал по капсуле, погладил ее ладонью. – Ну, ладно, джентльмены: эта загадка достаточно сложна сама по себе, чтобы я тратил время на поиски отпирающего механизма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
