— Нет, — покачал головой побратим. — Только что весточка с голубями прилетела. Вот первым делом к вам пришел. Что скажешь, Мрачный?
— А что тут сказать то можно? — хмыкнул я, вставая и подходя к окну, за которым светило не столь теплое, но яркое солнышко. — Действовать надобно. Для начала в Переяславле. Всех наших и союзных хирдманов стянуть в город. Проверить состояние стен, припасов, вооружения и броней. Ну и про наше новое оружие не забывать. Но тут без кого-либо со стороны.
— Понимаю.
Еще бы Гуннар не понимал! Особое — это оружие, созданное на основе «греческого огня». Сомневаюсь, конечно, что нам незамедлительно понадобятся сифонофоры, которых сварганили шесть штук. Но вот обычные «зажигалки» — дело другое. Их наделали немало, оставалось только устроить их применение, да чтобы эффект оказался максимальным. Не столько физическим, сколько действующим на психику врага.
Но все это в пределах контролируемого нами города. А ведь им одним наши интересы ой как не ограничиваются! Поэтому…
— Надо послать весточки с голубями и просто вестников ко всем, кого мы можем считать если не друзьями, то хоть в чем-то союзниками, — не вставая с ложа, прошипела змейка. Сейчас она вновь чувствовала себя если не на поле битвы, то где-то рядом. — Хорошо бы сюда их пригласить с их хирдма вместе. Так ведь не придут. Или все же придут?
Хоть вопрос не был обращен к кому-то конкретно, но Гуннар подхватил его первым.
— Из значимых может прийти Ратмир. Только вот… Карнаухий сложный человек, но про свои интересы никогда не забудет. Поддержать нас он поддержит, особенно будучи впечатлен показом того ромейского евнуха, но и потребует с нас за помощь немало.
— Он нужен нам, Брат, — без тени сомнений в голосе произнес я. — Так что ему особую грамотку слать, с просьбой о помощи и готовности появиться хоть с частью своих. Ну и чтобы остальные его хирдманы могли выдвинуться в нужное место, как только понадобится.
— Сделаем. А остальные? Снорри, Ставр, жрец этот, Соловей, а заодно и другие, не столь важные…
— Просто предупреждающие весточки, не больше. Исключение — те, с кем будет говорить Рогнеда. Ей виднее, кого просто оповестить, а кого и сюда попробовать притащить. Один ведает, какая нам с этого польза будет Но хоть что-то, да и ее имя не пустой звук на Руси.
Немного помолчали. Я гонял мысли по голове, Гуннар переваривал полученные указания. Ну а Роксана, та просто ожидала новых слов от моей персоны. Привыкла, что я то и дело выдаю что-нибудь эдакое. И ведь правильно привыкла!
— Теперь Киев. Рокси, это уже по твою душу!
— Да, муж мой, — промурлыкала воительница. Лениво повернув голову в мою сторону, но так и не собираясь менять уютную «зону залегания». — Чего прикажешь скромной воительнице?
— Часть твоих «теней» в Киев. Не в сам город, конечно, — сразу уточнил я, почуяв, что сейчас мне будут возражать и вполне обоснованно. — Пусть вокруг него, по основным и не очень дорогам побегают, порасспрашивают. Интересуют все отряды и даже малые отрядики, которые туда будут входить. Особенно интересны наемники.
— Думаешь, что помимо йомсвикингов…
— Добрыня хитрый, а у Путяты знакомств среди этого народа предостаточно. Все может статься..
— Через пару часов они уже будут мчаться в Киев. Но если еще и Гуннар поможет. Ведь поможет?
Бешеный, на которого был направлен испытующий взгляд валькирии, лениво отбрехнулся.
— А что я? Прознатчики в городе есть, как без них. Можешь их использовать, но там надежных людей нет. Людишки, за деньги на нас работающие. Не удивлюсь, если большая часть еще и людям Доброги сведения подают, и ромеям. В общем всем, кто готов платить.
— Куда же твои верные люди делись?
— Мне их терять без цели не хочется, Змейка, — посерьезнел наш спец то тайным делам. — Тайная Стража лютует пуще прежнего. Да и с людьми того ромея, Константина Старгироса, последние пару месяцев слишком тесно общаются. Это для нас тоже… Не самый лучший случай. Я нашим хирдманам даже по дневным улицам прогуливаться бы не советовал в числе меньшем, чем пара десятков. И то лишь по нужде великой. Не любят там нас, очень не любят.
Пока Змейка и Бешеный занимались привычным делом — словесной пикировкой, я продолжал думать, что еще требовалось сделать или хотя бы к чему стоило подготовиться. Под их «аккомпанемент», кстати, думалось очень хорошо. Успокаивало и в то же время ускоряло работу мысли.
Ага, вот оно! И не один нюанс, а сразу два.
— Гуннар! Передай нашим, чтобы увеличили запасы еды. А заодно узнай через своих прознатчиков, чего и в каком количестве закупают в Киеве люди великого князя. Войско всегда хочет кушать, в походе тем паче.
— В походе?
— А ты разве забыл, о чем мы не так давно размышляли? — ответил я вопросом на вопрос. — На нас могут попробовать напасть тут, а могут сначала вытянуть в поход. И, учитывая договор о союзе с Византией, я склоняюсь к последнему. Отсюда и запасы еды. Одно дело кормить войско здесь, а другое — закупать припасы на случай похода. Разная еда, сам знаешь.
— Мой муж прав, — поддержала Рокси. — Это узнать легко, твоим прознатчикам и трудиться не надо, достаточно сунуть несколько монет купцам.
— И тогда? Ну, если поход состоится.
Интересный вопрос. И хочется ответить нечто вроде: «А я доктор. А я знаю?!» Увы, нереально. Присказка эта тут явно неизвестна, да и положение у меня совсем не то. чтобы чем-либо подобным отделываться.
— Вот и будем думать насчет этого «тогда», если расспросы покажут верность именно этой дороги. Хотя я бы до последнего момента делал вид. что поход этот нам тоже нужен и интересен. И лишь в последний момент, собрав уже сочувствующие нам силы, ударить. Один раз, быстро и смертельно! Чтобы прихлопнуть всех наших недругов… Так порой медведь одним взмахом лапы разбрасывает целую свору псов. К тому же у нас есть чем ударить!
Есть во всех смыслах этого слова… Но это я уже на стал озвучивать. К сожалению, разве что Роксана сумела дорасти до такого понятия, как психологическое оружие. действующее не на тело, а на разум врага.
Интерлюдия
Киев.
Доброга шел по улицам вечернего города в сопровождении пятерки охранников с ничего не выражающим лицом и бурей эмоций под этой привычной маской. Это все же началось! Две тысячи йомсвикингов прибыли в Новгород и уже должны были двигаться сюда. А это значило лишь одно — необходимость со стороны великого князя указать им цель. Указать ее всем, ведь просто так подобных наемников не приглашают.
На недавнем совете Путята попробовал было убедить остальных, что надобно рискнуть, попробовать раздавить вольных князей-ярлов тут, на Руси, но Добрыня встал стеной. Сказал, что сил недостаточно, а с каждым месяцем их будет все меньше. Да и пленники Хальфдана в Переяславле, те самые, ромейские. Он ведь мог выставить их на всеобщее обозрение в любой момент, тем самым начав настоящую войну с отступниками от исконных богов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
