Читаем без скачивания Берег дна - Вячеслав Шульга

— Я официальное лицо, — Титаренко встал с кровати и полез в задний карман, — вот мои документы. А эти люди со мной.

Майор такого ответа, похоже, ждал, принял из рук профессора корочку Академии наук Украины и сложенный вчетверо листок с подписями и печатями, дающими право на посещение Зоны.

— Качественная подделка, — он спрятал документы в нагрудный карман, даже не посмотрев их, — еще пять лет за подделку документов вам гарантировано.

— Да как вы смеете? — взвился Титаренко. И решил напугать. — Да вы хоть представляете, на какую организацию я работаю? Один мой звонок — и вы всю оставшуюся жизнь будете канавы копать отсюда и до обеда.

Майор лишь мельком взглянул на одного из солдат и слегка кивнул головой. Солдату этого было достаточно, и он отточенным движением ткнул прикладом профессора в грудь, тем самым заставив его сесть обратно и замолчать.

— В следующий раз он проломит тебе череп, — скучающим голосом сказал майор. — Разбираться будем в комендатуре, граждане нарушители. Вы все арестованы, — он обвел взглядом каждого из сталкеров. — Вам предъявляется обвинение в несанкционированном проникновении в зону отчуждения. Все что вы скажете — бла-бла-бла и прочая чушь. От себя добавлю: один пук — и получите пулю в лоб. Кравчук, пакуй клиентов.

Он развернулся и вышел из комнаты, а солдаты под командованием прапорщика Кравчука сноровисто заковали профессора и его спутников и повели на выход. В коридоре стоял какой-то плюгавенький очкарик лет тридцати — тридцати пяти и переминался с ноги на ногу, нервно щелкая костяшками пальцев рук.

— Коллега. — Титаренко потянулся к нему, насколько это позволяли дюжие солдаты, державшие профессора под руки, скованные за спиной наручниками. — Ну вы-то им объясните, что вышла какая-то дикая ошибка.

— Какой я вам коллега? — взвизгнул очкарик и затоптался еще больше. — Вы преступник, вам место в тюрьме!

Внезапное озарение заставило Титаренко замереть, но долго стоять столбом ему не дали и, подталкиваемый конвоирами, он вошел в шлюз, бросив через плечо:

— Так это ты, гадюка, нас сдал?

На пустыре за воротами базы стоял с работающими винтами огромный транспортный вертолет, создавая вокруг себя небольшой ураган. Ворота лагеря были распахнуты и по обе стороны прохода стояла охрана базы, создавая подобие живого коридора. Последним вели Боцмана. Когда он проходил мимо Гнома, их взгляды встретились.

— Ну, ты же понимаешь, Боцман, — развел руками начальник охраны, — я не мог поступить иначе. Долг есть долг.

5

Дело № 2-26/2013

Именем Украины

г. Иванков, Киевской области, 31 октября 2013 года

На основании изложенного и руководствуясь ст. 263, 267 и 273 УК Украины, суд приговорил:

Сурикова Дмитрия Николаевича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 267, ч. 1 ст. 263 и ч. 1 ст. 273 УК Украины и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Василенко Владимира Николаевича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 267, ч. 1 ст. 263 и ч. 1 ст. 273 УК Украины и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Титаренко Сергея Сергеевича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 267, ч. 1 ст. 263 и ч. 1 ст. 273 УК Украины и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 3 года. За преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 358 УК Украины, назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет. На основании ч. 2 ст. XX УК Украины окончательное наказание назначить путем поглощения более строгим в виде лишения свободы сроком 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Сидоровича Дмитрия Александровича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 267, ч. 1 ст. 263 и ч. 1 ст. 273 УК Украины и, принимая во внимание возраст подсудимого, назначить наказание в виде лишения свободы сроком на три года условно.

Титаренко Марию Сергеевну признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 267, ч.1 ст. 263 и ч. 1 ст. 273 УК Украины и, принимая во внимание возраст подсудимой, назначить наказание в виде лишения свободы сроком на три года условно.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Киевском областном апелляционном суде в течение 15 дней со дня его провозглашения.

КОНЕЦ

Глава 17/2

1

— Честно говоря, я не могу точно сказать, — медленно проговорил профессор. — Скорее всего, произойдет нечто вроде ментального выброса. Все вокруг начнет меняться. С очень большой долей вероятности — совсем немного поменяется, и мы останемся в нашей ветке реальности. Или в очень близкой, где реальность лишь незначительно, для нас почти незаметно, будет отличаться от нашей. И мы не встретим наших двойников, ничего подобного не будет. Это пока совсем непонятно. Мы как будто идем под водой по дну и готовимся выйти на берег. Что на берегу — мы не знаем. И вот мы достигли берега. Со стороны дна. Берега дна, если так можно сказать. Выныриваем — и видим все что угодно: пальмы или лед, фьорды или песок… Но с большой долей вероятности увидим свой дом, свой мир, свою Зону…

— А с маленькой долей вероятности? — заинтересовался Дима от входа. Не опуская свой АКС-74У.

— А с маленькой долей — переместимся в параллельный нашему мир, в котором ответвление произошло давно. Этот мир будет отличаться от нашего. Там может быть все — и наши двойники, а может, кое-кто там не родится на свет. Не волнуйтесь, дорогу назад найти можно. Вот тут, — профессор показал SSD, — наше спасение. Инструкция, как прокалывать миры. Мотя ведь вам уже предложил стать сталкерами межмирья. Только построить машину надо, это займет несколько лет…

В этот момент радужный провал с громким хлопком исчез. Ударило по ушам.

— Черт! Мотя! Он не вышел оттуда. Если он все-таки взорвет аномалию… Готовьтесь…

И тут их накрыло. Это было похоже на какофонию всего — света, цвета, звука, гравитации. Перед глазами все кружилось и мелькало, в голове стучали тысячи там-тамов… Маша хотела было по привычке потерять сознание, но не получилось — глаза растопырились.

Помещение налилось кроваво-красным цветом, яркая вспышка ослепила Машу, а когда к ней вернулось зрение, она увидела, что ничего не изменилось. Остальные тоже сидели и оглядывались — кто на полу, кто на мешках.

— Кажется, мы вернулись, — первым не выдержал Сюр.

— Похоже на то, — профессор поправил очки, съехавшие набок, и осмотрелся. — Похоже, мы в нашей реальности, друзья. Обратите внимание на отпечатки подошв. Вот мои, вон Дима прошел, а вот самые маленькие, Машины.

Но Машу сейчас интересовало совсем другое. Она еще раз обвела взглядом присутствующих.

— А Мотя где? — Она оглядела потупившихся отца и сталкеров.

— Кажется Мотя остался там, в прошлом, — ответил Титаренко.

— Он… он… погиб, да?

— Не обязательно. Он мог попытаться уйти в другое время, мог остаться там.

— Да, — поддержал Сюр. — Он выкрутится. Он всегда выкручивается.

Но Маша, заглянув ему в глаза, поняла, что сталкер сам не верит в то, что говорит. В поисках поддержки она полными слез глазами взглянула на Диму, но тот отвел взгляд, поднялся с ящика, на котором сидел с момента вспышки, и заглянул в коридор с лестницей, ведущей куда-то наверх. Осторожно, на полусогнутых ногах двинулся по ней.

Какое-то время ничего не происходило. Маша утирала случайные слезы, размазывая их тыльной стороной ладони по грязным щекам. Боцман топтался рядом, не зная, как успокоить девочку.

Вернулся Дима и сразу же направился к профессору с Сюром, которые о чем-то шептались, присев на ящики возле заложенного кирпичом проема.

— Там все чисто, — вполголоса доложил он обстановку, но Маша его услышала. — Следы есть, но чисто. Я ПДА проверил — мы в Зоне. Мне сообщений от деда в ящик насыпалось… волнуется.

— А что на детекторе? — поинтересовался Сюр, — аномалия на втором этаже видна?

Дима покачал головой.

— Хотя не показатель, — сталкер потеребил ус. — Она не отображалась, еще когда мы в нее ныряли, так что и не знаю даже, что делать. Проверить, может?

— Не думаю, что проверка что-то даст, — вступил профессор. — Я тут немного прикинул, и выходит, что если аномалия-«матка» уничтожена, то все производные от нее тоже исчезнут.

— А у Моти в таком случае будет шанс оттуда выбраться? — понизив голос до шепота, спросил Дима.

— Никаких.

— Вот что, братцы-кролики, — Сюр резко поднялся, — хватит Мотю обсуждать. Если жив — выберется и нас найдет. А вот чтобы он нас долго не искал, пора нам отсюда ноги делать, не ровен час, «монолитовцы» нагрянут.