предпринять, чтобы угроза не коснулась Российской империи? — спрашивает журналистка.
Я не отвечаю, поэтому следом за ней вопросы задают другие.
Встаю с трона и спускаюсь с пьедестала. Делаю жест, заставляя всех замолчать и внимательно меня слушать.
— Как вы уже знаете, чтобы привлечь моё внимание, тридцать магов поступили не лучшим образом. Они планировали повредить стратегически важные объекты, насмотрелись на происходящее в Китае и почему-то решили, что в нашей империи это тоже сработает.
Я выдержал паузу, всматриваясь в лица присутствующих. Не совсем правильно, что журналисты начали с расспросов, не дождавшись моего слова. Ну ничего, я их ещё приструню. И начну прямо сейчас.
— Обратите внимание на экран, — я кивнул в сторону, и с потолка опустился большой плоский телевизор.
Иван Фёдорович специально встроил его сюда, чтобы можно было наглядно демонстрировать какие-то моменты. Правда, он и не догадывался, как я захочу его использовать.
Монитор включился. Там, у стены стояли десять магов. Запись велась из тюрьмы для магов, которая возобновила свою работу.
— Это зачинщики бунта. По их вине могли пострадать простые люди. Один заложенный взрывной артефакт в Смоленскую маго-электростанцию чего стоит, — начал я.
Журналисты молчали, внимательно смотря на экран. Десять человек были скованы антимагическими кандалами, и камер они не видели. Но мне хотелось, чтобы наблюдатели прониклись, какой страх испытывают эти люди.
И собирался сделать то, что не смогли правители Африки, Австралии и Китая. Да и в Англии, уверен, история повторится. Но не на моей земле.
Тюрьма находилась неподалёку от Москвы, и я уже протянул туда свою магию. И прямо сейчас она добралась до приговорённых. Их всех застали на месте преступления, так что вина была очевидна. И новый Московский суд уже подписал приговоры, которые мне сейчас протягивал один из советников.
Это был доверенный человек Ивана Фёдоровича, и я не сомневался в выборе куратора. И если честно, без помощи бывшего наставника, я бы не смог справиться со всем.
В этой жизни я научился идеально делегировать обязанности. Жаль только, что спасение мира нельзя было перепоручить.
— Смотрите внимательно, — сказал я, глядя в упор на журналистов и аристократов.
Моя магия коснулась кожи виновников и сейчас проникала вглубь их тел. Одновременно я ощутил тепло десяти источников. И забрал их. Но на этом не остановился.
Энергия, заключённая в их душе, опустилась к полу и отправилась обратно ко мне…
А десять человек одновременно испустили дух и упали. Тело не может существовать без энергии души. И если Градимир оставлял своим жертвам каплю, заставляя мучиться, умирая, то я всё делал быстро.
Сердца остановились мгновенно. А тела без души уже не чувствовали боли. Пожалуй, лояльнее казни не придумаешь. Эти люди не ценили жизни окружающих, поэтому и я не видел смысла ценить их жизни.
— Мне не обязательно видеть человека, чтобы его убить, — сказал я ошарашенным журналистам и аристократам.
Вот сперва не хотел давить на их страх, но приходится в свете предстоящих событий. Ведь как бы мне не хотелось, мою империю беда не обойдёт стороной. Но, возможно, мне удастся лишить магии не половину видящих, а треть, или того меньше… Такова была моя цель, когда я договаривался на международном совете, чтобы другие страны были первыми.
Иногда приходится принимать сложные решения, но все они направлены на благополучие империи. После подобной демонстрации ни один идиот не решится подложить взрывной артефакт на электростанцию или на склад продуктов.
— В прошлый раз вы просили комментарии о моих способностях, но конкретики я вам не дал. Теперь она у вас есть. Обратите внимание на монитор. Что бы не случилось в стране, так будет с каждым, кто решит заниматься подобным вредительством. Если у вас есть вопросы, то следует обращаться в новое правительство, где вам на всё предоставят ответы, а не заниматься подобной ерундой. А теперь можете продолжить задавать вопросы.
Сперва никто не решался спросить, слишком уж впечатлила присутствующих моя демонстрация.
— Ваше императорское величество, — вперёд вышла та самая рыжеволосая журналистка, которая и начала первой кидать в меня вопросами. — Правильно ли я понимаю, что скоро и маги нашей империи лишатся своих сил?
— Да, — честно ответил я. — Вы и сами видите это по тенденции. Сейчас лучшие учёные мира думают, как это предотвратить. Но я не могу вам дать никаких гарантий.
В этом я был честен. Постараюсь убить двух зайцев: и спасти мир, и нанести как можно меньше урона российским магам.
Люди начали переглядываться. Одна из аристократок подняла руку и задала вопрос:
— Алексей Дмитриевич, возможно ли предсказать, кого именно лишат способностей?
— Нет, как показывает ситуация в Китае, выборка абсолютно случайная.
Здесь я приврал. Я мог выбирать, кого лишить сил, если знал, где конкретно находится этот человек.
Да и не представляю, насколько худшими могли быть последствия в Китае, если бы я затронул ещё и Пекин, куда и без моего участия не хило прилетело.
— Что же нам делать? — ахнула женщина.
— Ничего. Ждать, пока всё наладится. Ни вы, ни я ничего не можем изменить. Учёные также пока не разобрались в проблеме. Смысл в таком случае возмущаться или бунтовать?
На этот вопрос мне не ответили. Ведь ответ и так был для всех очевиден.
Остаток конференции в основном задавали вопросы аристократы. Хотели удостовериться, что в случае потери магии, их не лишат титулов и власти… Ведь по сути, в империи давно сложилась магократия. Власть всегда доставалась сильным магам, но скоро и эта система пошатнётся.
С моим приходом в этот мир прежние устои рухнули… и рушатся до сих пор. Но всё для того, чтобы мы могли заново построить справедливую систему. Где не будет места стенам вокруг городов, кровожадным монстрам и бессмертным владыкам.
Совсем скоро люди смогут безопасно перемещаться между городами. Но… у всего есть цена. И людям придётся её принять, также как это сделал я.
— Вы хорошо справились, — сказал мне Иван Фёдорович на совместном ужине. — Сегодня все поняли, что ваша власть будет нерушимой. Такому правителю никто не сможет противостоять.
Мы находились в одном из обеденных залов, и даже слуги нас не слышали.
— Я до последнего не хотел их убивать, — признал я. — Но теперь времена требуют подобных решений.
— Можете быть уверены, после демонстрации и ваших объяснений больше никто не посмеет возглавить бунт. Оно того стоило.
— Пока я буду в Англии, займитесь
