— Почему тогда горы? — не унималась Блу. — Почему он не прямо на берегу?
Казалось, это напомнило Гэнси о чем-то, потому что вместо ответа он повернулся к Адаму.
— Я звонил Мелори по поводу того ритуала, чтобы узнать, пробовал ли он. Он сказал, что не думает, будто ритуал может быть проведен хоть где на энергетической линии. Он предположил, что это должно быть сделано в «сердце» линии, где больше всего энергии. Думаю, место типа этого как раз то, где могли бы оставить Глендовера.
Адам повернулся к Блу.
— Что насчет твоей энергии?
Вопрос застал ее врасплох.
— Что?
— Ты говорила, что делаешь вещи громче для других экстрасенсов, — пояснил Адам. — Это энергия?
Блу была до смешного рада, что он запомнил, и еще до смешного рада, что он обратился к ней, а не к Гэнси, который теперь прихлопнул комара на лице и ждал ее ответа.
— Да, — подтвердила она. — Кажется, я делаю вещи, нуждающиеся в энергии, сильнее. Я как переносная батарейка.
— Ты стол, который каждый хочет в Старбаксе, — размышлял Гэнси и снова пошел вперед.
Блу моргнула.
— Что?
Гэнси добавил через плечо:
— Рядом с розеткой в стене.
Он направил свой прибор в сторону деревьев и наблюдал за обоими объектами с большим интересом.
Адам покачал головой для Блу. А Гэнси он сказал:
— Я говорю, что она могла бы повернуть обычную часть энергетической линии в осуществимое место для ритуала. Погоди, мы направляемся в лес? Что насчет Хелен?
— Еще не прошло двух секунд, — ответил Гэнси, хотя это точно было не так. — А это интересная идея насчет энергии. Кстати… Твоя батарейка может закончиться? Из-за чего-нибудь, кроме бесед о проституции?
Она не удостоила этот комментарий ответом. Вместо этого, она подумала о том, как ее мать утверждала, что нет ничего страшного в мертвых, и как Нив, казалось, не поверила. Наблюдение в церкви, очевидно, забирало что-то у нее, может быть, были последствия похуже тех, что она уже обнаружила.
— Что ж, это интересно, — отметил Гэнси.
Он остановился у крошечного ручья на самом краю леса. Это была действительно просто вода, бурлящая из подземного источника и пропитывающая траву. Внимание Гэнси было сосредоточено на электро-магнитном измерителе, который он держал прямо над водой. Прибор показывал один и тот же уровень.
— Хелен, — предостерег Адам.
Ронан присоединился к ним, и оба парня смотрели в направлении вертолета.
— Я сказал, это интересно, — повторил Гэнси.
— А я сказал, Хелен.
— Только пару метров.
— Она будет злиться.
Выражение лица Гэнси было недобрым, и Блу сразу же увидела, что Адам не выстоит против него.
— Я тебя предупредил, — сказал Адам.
Ручей вяло сочился из леса прямо между двух кизиловых деревьев. Во главе с Гэнси они направились по воде в лес. Тут же температура упала на несколько градусов. Блу не осознавала, сколько шума было от насекомых в поле, пока его не заменило пение случайных птиц под деревьями. Это был красивый, старый лес, массивные дубы и ясени нашли опору среди огромных плит сломанных камней. И скал возникал папоротник, по стволам деревьев рос мох. Сам воздух пах зеленью, ростом и водой. Свет от листьев окрашивался в желтый. Все было живым, живым.
Она вздохнула.
— Это прекрасно.
Это было для Адама, не для Гэнси, но она увидела, что он посмотрел на неё через плечо. Рядом с ним Ронан прибывал в молчаливом любопытстве, что-то в его позе выражало защиту.
— Скажи, хотя бы, что мы ищем? — спросил Адам.
Гэнси был ищейкой, измеритель электромагнитной чистоты вёл его вдоль расширяющегося русла. Ручей стал слишком широким, что бы его можно было перешагнуть, и сейчас он бежал среди гальки, острых камней и, как ни странно, устричных раковин.
— То, что мы обычно ищем.
Адама забеспокоился.
— Хелен возненавидит тебя.
— Она напишет мне, если будет сильно рассержена, — сказал Гэнси. Для демонстрации он достал свой телефон из кармана. — Ой… здесь нет сигнала.
Учитывая их расположение в горах, отсутствие сигнала было неудивительно, но Гэнси остановился. В то время как четверо из них образовали неровный круг, он делал что-то с телефоном. В другой его руке измеритель электромагнитной чистоты засветился ярко-красным цветом. Его голос звучал немного странно, когда он спросил:
— У кого-нибудь еще есть часы?
В большинстве случаев в выходные Блу не нужно было быть педантичной, поэтому у неё их не было, а у Ронана были только несколько кожаных лент, завязанных вокруг его руки. Адам поднял руку. Он носил дешевые на вид часы с грязным ремешком.
— У меня есть, — сказал он, и добавил с сожалением, — но, кажется, они не работают.
Не говоря ни слова, Гэнси повернул экран телефона к ним. На нём была открыта функция часы, и Блу понадобилось мгновение, чтобы понять, что не одна из стрелок не двигалась. На долгий момент все четверо просто смотрели на неподвижные стрелки часов. Сердце Блу отмечало каждую секунду, которую не отмечали часы.
— Это… — начал Адам, и остановился. Он попробовал снова. — Это потому что энергетическая линия действует на них?
Голос Ронана был режущим:
— Действует на твои часы? На твои механические часы?
— Это правда, — ответил Гэнси. — Мой телефон всё ещё работает. Как и датчик. Только время… меня интересует, если…
Но тут не было ответа, и они все это знали.
— Я хочу пройти дальше, — сказал Гэнси. — Лишь немного.
Он подождал, чтобы увидеть, будет ли кто возражать и начнет останавливать. Никто ничего не сказал, Гэнси отправился снова, карабкаясь на вершину каменной плиты, Ронан рядом с ним, Адам посмотрел на Блу. Его выражение лица спрашивало: ты в порядке?
Она была в порядке, в таком же, как и в вертолёте. Она не была напугана вспышками света на датчике, или неработающими часами Адама, но она не ожидала, вставая из кровати утром, что окажется в месте, где время не работает.
Блу протянула руку.
Адам взял её без колебаний, как будто он ждал этого. Он сказал, понизив голос, только для неё:
— Мое сердце сейчас бьётся, как сумасшедшее.
Как ни странно, не его пальцы придали ей силу, это было его тёплое запястье у её руки.
«Мне нужно сказать ему, что он не может меня поцеловать» — думала она.
Но не сейчас. Сейчас она хотела чувствовать его кожу, прижимающуюся к её, оба их пульса, быстрые и неуверенные.
Рука в руке, они поднялись за Гэнси. Деревья были больше, некоторые из них срослись стволами, они выглядели как замки с башнями. Внушительная крона шелестела высоко над головой. Все было зеленым, зеленым, зеленым. Где-то впереди, плескалась вода.
