берет 14 таких бомб и 8 ракет «Воздух-воздух». Я должен сказать, что положение на фронте не радует. Мы решили вопрос обороны глубинных районов, но в зоне канала вопрос не решен. Раньше Израиль преследовал цель вызвать панику населения. Теперь он изменил тактику и производит массированные удары по определенному военному участку, а затем разбрасывает листовки против существующего режима. Эта зона 20 миль от канала. Во время январского визита мы достигли договоренности по многим вопросам, которые уже выполнены. Но Израиль ведет против нас электронную войну, а мы не можем вести такую войну.
Л. И. Брежнев. Солдаты стойкие, не бегут?
Г. А. Насер. Бегущих, конечно, нет, но дух военных страдает от бомбовых ударов.
Л. И. Брежнев. Как восстанавливаются потери?
Г. А. Насер. Постоянно. Сейчас в наших Вооруженных силах 620 тысяч человек. Вы мне раньше советовали довести армию до 1 миллиона. Главная для нас трудность — это электронная война. Ракеты системы 75 не могут работать в этих условиях. Сейчас мы создаем скрытные дозоры, чтобы подловить самолеты противника, но они быстро обнаруживают нас, создают помехи для работы наших радарных установок, а потом наносят нам удар. Мы решили обсудить эту проблему с командирами. Командиры предложили вводить в действие нашу систему и после этого делать быструю передислокацию. Это может дать положительный результат.
Мы хотим иметь более эффективные средства. Это естественно. Отношения между нашими военными и вашими хорошие. Но у израильтян более совершенная техника. Наш МИГ может находиться в воздухе 25 минут, «Мираж» — 1 час, а «Фантом» более часа. Мы вынуждены часто сменять самолеты в воздухе. Израильтяне, пользуясь краткостью нахождения наших МИГ в воздухе, пытаются затянуть наши самолеты в глубь израильской территории. Мы не можем поддерживать зонт воздушного прикрытия постоянно. В западной прессе считают, что 50 «Фантомов» соответствуют 150 МИГам. Противник имеет приборы, которые позволяют создавать помехи для наших радаров, ракет и даже связи между пилотами. Это я говорю на основании докладов советских специалистов. Наш пилот поднимается как слепой.
Начиная с 1967 года мы так и смогли достичь баланса в воздухе, потому что американцы предоставляют израильтянам более совершенную электронную технику. У них имеется электронное оборудование для помех на расстоянии до Александрии. Все же мы сбиваем израильские самолеты. У них есть также и вертолеты для создания помех для нашей техники. В каждой израильской эскадрилье имеется один «Мираж» для выведения из строя наводящей техники противника. В январе месяце мы договорились с Вами о поставке советской техники помех. Самолеты подобного рода прибыли в OAР, но еще не применялись. Мы нуждаемся в электронной технике для барражирования и создания помех. Без этого мы не можем вести эффективную борьбу. У наших самолетов также маленький радиус действия. Поэтому мы не может дать эффективный отпор противнику. Наши самолеты Ил–28 достигают границ Израиля, но на обратном пути их догоняют и сбивают. Так было сбито 2 наших самолета. У противника есть ракета типа «Хок», но у нас нет средств обнаружения пусковых установок. Если мы снимаем и фотографируем эти установки, то противник быстро меняет позицию. Сейчас противник наносит концентрированные удары против наших средств ПВО, имея технику обнаружения, они вывели все наши ракеты системы 75. Электронная техника, находящаяся у израильтян, была предоставлена американцами еще до 1967 года. Мы начали войну на истощение. Противник нам ответил. Мы в какой-то степени имеем успех: совершаем ночные рейды, переходы за канал, успешно идет обучение. В ночных операциях мы встречаемся с техникой инфракрасных лучей, имеющейся у израильтян. Они обнаруживают нас. У нас были фотографии танков израильтян с такими установками. Израильтяне проводят успешные операции также и ночью, поскольку освещают район инфракрасными лучами.
Сейчас очевидно, что американо-израильская стратегия базируется на преимуществах вражеских BBC, и когда американцы говорят о равновесии на Ближнем Востоке, они имеют в виду сохранение существующего положения. В настоящее время израильтяне имеют 3 пилота на каждый самолет. Для укрепления противовоздушной обороны нашей страны нам необходимы технические средства создания помех и проведения электронной разведки, увеличение количества летчиков, более совершенные истребители и ведение активной обороны. Израильтяне наносят удары, а мы, не имея достаточных средств, не можем им ответить. Когда в январе месяце нам дали самолеты Ту–16-ракетоносцы, я понял, что эти самолеты можно использовать для контрударов. Сейчас положение улучшилось, поскольку мы располагаем самолетами МИГ–17, которые лучше, чем самолет «Сухой», поскольку последний самолет имеет маленькую скорость. По опыту боевых операций против израильских самолетов можно сказать, что МИГ–21М не оправдал себя. Возможно, после усовершенствования этого самолета он может быть использован как истребитель-бомбардировщик.
У нас нет активной обороны, поскольку мы не располагаем достаточными средствами отпора. Если бы израильтяне хорошо представляли это, то нам бы пришлось плохо.
После моего визита в январе израильтяне прекратили крупные военные операции, но сосредоточили в зоне канала большие военные средства. Поэтому нам необходимы средства для того, чтобы противостоять им в этом районе. Мы не хотим втягивать вас в конфронтацию. Мы вам очень благодарны за большую помощь. Но я хотел бы просить маршала Гречко предоставить нам новые средства. Война во Вьетнаме отличается от войны на Ближнем Востоке. Мы не можем вести партизанскую борьбу против агрессоров, поскольку находимся на открытой территории, а наш противник имеет превосходство в воздухе.
К декабрю 1970 г. в Советском Союзе окончат обучение 150 летчиков ОАР для самолета МИГ–21, что является большой помощью для нашей авиации.
Л. И. Брежнев. Сколько летчиков в ОАР?
Г. А. Насер. У нас 104 летчика для МИГ–21, 75 — для МИГ–17, 55 — для «Сухого», 16 — для ИЛ–28 и 22 — для Ту–16.
После неудачных попыток использовать в военных действиях Ил–28 мы не можем позволить себе рисковать самолетом Ту–16.
Я сознательно акцентирую в этой беседе два момента: противовоздушную оборону и военно-воздушные силы. Если мы решим вопросы, связанные с ПВО и ВВС, израильтяне пойдут на мирное урегулирование. На Западе считают, что израильтяне располагают самыми лучшими в мире военно-воздушными силами. Мы знакомы со статьей одного американского журнала, в котором дается обзор израильских ВВС. Автор статьи приходит к заключению, что действительно израильские ВВС являются самими хорошими в мире.
В августе Ливия получит 4 «Миража», один ей уже поставили. Но я опасаюсь, что французы могут и не выполнить свои обещания. А этот самолет — самый хороший, поскольку только стоимость электронного оборудования на этом самолете составляет 300 тыс. долларов.
Мы придаем большое значение укреплению наших ВВС, и в последнее время Али Сабри назначен помощником президента по этим вопросам.
Л. И. Брежнев. Вам удалось сбить израильские самолеты?
Г. А. Насер. Генерал Катышкин знает это лучше меня.
И. С. Катышкин. За 5 месяцев сбито
