Я так и продолжаю провожать его на работу и с нетерпением жду его по вечерам. Мы ужинаем вместе под весёлые беседы. Логан каждый раз рассказывает, как прошёл его рабочий день, а я рассказываю ему о том, как прошёл мой. А после мы заваливаемся на диван в гостиной и в обнимку смотрим какой-нибудь фильм, беспрерывно обсуждая происходящее на экране. Ещё Логан организовал мне безлимитный абонемент в сеть своих фитнес-центров, и мы уже несколько раз ходили туда вместе. Также мы вместе ходили в гости к Мие, в кино, на развлекательные аттракционы, которые недавно установили в центре города, а на прошлых выходных составили компанию Полу с его очередной спутницей на вечер и посетили выставку одного популярного художника.
Когда Логан не на работе, мы постоянно вместе. И как вишенка на тортике – спим теперь мы тоже вместе. То в комнате Логана, то в моей. А ещё много общаемся, много трогаем друг друга, много обнимаемся, много целуемся и очень много трахаемся – как в любимом грубоватом стиле Логана (хотя что уж там скрывать, я этот стиль тоже обожаю), так и медленно, неспешно, уж как-то слишком трепетно и нежно, чёрт возьми.
Вначале мы так не делали, а сейчас… Я теряю рассудок, а сердце будто набухает и увеличивается в размерах, когда Логан проникает в меня в размеренном темпе, то целуя, то глядя мне в глаза горячим взглядом, в котором я никак не могу разобрать, что вижу – всего лишь сильную похоть или то, что чувствую я сама. А я чувствую, что… Влюбилась.
Да, чёрт побери. Я всё-таки влюбилась в Логана и, к слову, уже давно, но призналась себе в этом лишь пару дней назад, когда вышла из ванной после утреннего душа и встретила в спальне его, стоящего в одних домашних шортах с подносом в руках.
– Шедевр от шеф-повара Бэлла! – восторженно заявил он, указывая на тарелку с подгоревшим омлетом, в который Логан скидал всё, что ему приглянулось в холодильнике.
Там были и креветки, и курица, и куча всяких овощей. Всё было смешанно в непривлекательную кашу, а вместо аппетитного аромата еды спальню заполонил стойкий запах гари. Однако я как увидела этот несуразный завтрак, который Логан, стараясь, приготовил для меня, так сердце сжалось от переизбытка эмоций, а на глаза навернулись слёзы.
– Я, конечно, понимаю, что мой «шедевр» выглядит жутко, но не думал, что он тебя расстроит до слёз, – немного растерянно произнёс Логан.
– Расстроит? – я перевела влажный взгляд с тарелки на всё ещё немного сонное лицо Логана и именно в этот момент поняла, что влюбилась в этого мужчину. Вопреки своему желанию. Несмотря на неопределённость наших отношений и изначальную причину нашего с ним знакомства. – Твой завтрак не расстроил меня, Логан, – едва справившись с прострелившим всю мою сущность осознанием, заставила выдавить из себя я.
– А почему тогда плачешь?
– Потому что мне никто никогда не готовил завтрак.
И это правда. Оливер дарил мне много подарков, давал деньги, покупал вещи и оплачивал все мои хотелки, но он никогда ничего мне не готовил. Казалось бы, такая мелочь. А я растаяла от неё куда сильнее, чем от любых материальных благ. Растаяла настолько, что даже завтрак не попробовала, а, поставив поднос на стол, тут же налетела на Логана. Обняла крепко-крепко и под его хриплый смех начала зацеловывать всё его лицо. Как ошалелая покрывала его кожу поцелуями, спускаясь всё ниже и ниже, пока не опустилась на колени. Стянула с него шорты и начала сосать уже полностью вставший член.
– Вот чёрт! – прошипел он, уместив свою ладонь на мой затылок. – Если бы я знал, что мои кулинарные таланты так на тебя подействуют, то готовил бы тебе завтраки с самого первого дня.
Я издала смешок, а затем продолжила делать ему минет. Но делала это не в знак благодарности. Не потому, что чувствовала себя обязанной, а просто потому, что хотела этого. Всем сердцем, телом и душой.
* * *
– О-о-ого! Ничего себе! – восторженно восклицает Агата, когда мы встречаемся в тренажёрном зале. Оказывается, она тоже посещает один из клубов Логана.
– Нравятся мои изменения? – улыбаюсь я, делая оборот вокруг своей оси.
Мы не виделись с Агатой больше двух недель, так как обе были заняты, поэтому она ещё не видела мою стрижку и изменившийся цвет волос.
– Очень нравится. Но я не об этом.
– А о чём? – хмурюсь, не понимая, почему подруга столь пристально всматривается в моё лицо.
– Ты втюрилась по самые помидоры! Вот о чём! – с лёту выдаёт эксперт, поражая меня до неимоверности.
– Что? Откуда ты… С чего ты решила?
– Да у тебя на лице всё написано, дорогая. Сияешь так, что сейчас ослепну не только я, но и все остальные посетители зала. А ну-ка пошли, – Агата хватает меня под локоть и тянет в сторону эллипсов. – Ты обязана немедленно мне всё рассказать. В подробностях!
И я рассказываю. Во всех подробностях. Так как уже знаю, что от Агаты нет смысла что-либо утаивать. Она мастер выуживать из людей информацию. Я делюсь с Агатой всем, что со мной произошло за последние недели, и всеми своими эмоциями и ощущениями, поэтому нашу тренировку даже тренировкой нельзя назвать. Мы больше болтаем, чем выполняем упражнения. Но мне нужно было выговориться и попросить совета. Ибо с Мией я на эту тему говорить не хотела.
– Какой совет ты хочешь от меня услышать? – фыркает Агата в конце нашей «тренировки», когда мы растягиваемся, уместившись на ковриках. – Разве ты сама не знаешь, что вам с Логаном нужно сделать? Это же очевидно. Вам нужно поговорить.
– Я боюсь.
– Чего?
– Того, что он скажет, что мои чувства не взаимны.
– Ну, естественно. Куда страшнее услышать это, чем ежедневно трахать себе мозг из-за неизвестности.
– То есть после моего рассказа ты не отрицаешь существование вероятности, что Логан может не испытывать ко мне тех же чувств, что и я?
Агата замолкает ненадолго, а затем вздыхает.
– Тебе горькую правду или сладкую ложь?
– Разумеется, правду.
– Ты удобная, Диана.
Она вроде не сказала ничего обидного, но её фраза ударила по мне сильнее увесистой оплеухи.
– Что ты имеешь в виду? И какое отношение это имеет к нашему разговору?
– Прямое, Диана. Ты удобная женщина, с какой стороны ни посмотри. Не знаю, такой ты уродилась, или же за это нужно поблагодарить твоего бывшего козла, но факт остаётся фактом. Мужчине с тобой удобно. Даже такому заядлому холостяку,
