— И я, — с нежностью произносит Ирма, беря Риту за руки. — Прости, что так внезапно исчезла. У меня были на то причины.
— Понимаю, — кивает Рита. Мы с Америго переглядываемся. Пожалуй, в ближайшие полчаса подружкам будет не до нас.
Глава 26
Айлин стоит спиной к окну, упершись руками в подоконник. Она хмурит брови, то и дело облизывает губы. Рита сидит на ее постели и вот уже второй раз объясняет ей, почему ей нужно принять предложение Ирмы и перейти в другой род. Америго внимательно наблюдает за моей воспитанницей. Он выглядит сдержанным, почти все время молчит. Но ему не по себе от такой близости к ней. А может быть, ему стыдно за свое безалаберное поведение в прошлом.
— То есть, я должна выбрать, кого из убийц мне удобней будет называть отцом? — язвительно произносит Айлин, когда Рита заканчивает и, ища поддержки, смотрит на Ирму.
— Даже не думай, — вырывается у меня. — Я не собираюсь тебя удочерять.
— Для будущего это самый лучший вариант, — вмешивается в разговор Америго. Айлин бросает на него взгляд, полный ненависти.
— У тебя меньше всех прав давать мне советы, — жестко произносит она. — Было бы правильней, если бы ты ушел. Нечего тебе здесь делать.
Америго послушно замолкает и опускает голову. Что совсем не похоже на него.
— Деточка, пойми, — молитвенно складывая руки, говорит Рита. — Я не хочу, чтобы то, что случилось, повторилось еще раз. То, что тебе удалось выжить после внушения Зотикуса, это настоящее чудо. Но оно, как правило, бывает эпизодическим. В следующий раз тебе может так не повезти.
— Дина подговорила Аду убить тебя, — доставая пистолет, говорю я. Рита тихо охает. — Так что она не остановиться. И те, кто подстрекал Елену принять такое решение, тоже. Если ты хочешь жить, тебе придется принять мое предложение и стать Дорадо.
— И быть с предателем? — в голосе Айлин звучит презрение. Она смотрит на Ирму ища поддержки. — Он же убил меня, понимаете? Как я могу после этого связать с ним свою жизнь? Неужели нет других способов?
— Увы, — вздыхает Ирма. — Но их действительно нет. Либо ты погибнешь от рук тех, кто понимает твою силу, либо твой отец сделает из тебя чудовище. Ты ведь не готова принести в жертву невинных людей? А обряд, который задумал Амалик потребует от тебя именно этого.
— Нет, конечно, — поспешно отвечает Айлин, складывая руки на груди. — Когда можно будет провести тот обряд?
— Хоть сейчас, — добродушно отвечает Ирма. Рита нервно ерзает на постели. Дверь комнаты открывается и входит Дина. Ее губы плотно сжаты, взгляд суровый. Она замечает на покрывале пистолет, принесенный мной. Хмурится, берет его в руки. Уверенным движением проверяет, полон ли магазин.
— Ирма, я хочу, чтобы ты убралась из этого дома немедленно, — глядя на ведьму Агли, твердо произносит Дина. — Я знаю, кто ты и чего желаешь. Но могу тебя заверить, что ты этого не получишь.
— Милая, ты говоришь со мной как с преступницей, — упрекает ее Ирма. — Но я не сделала ничего плохого ни тебе, ни твоей семье. Я всего лишь хочу помочь.
— Ты и есть преступница, — наставляя на нее оружие, произносит Дина. — Убирайся. Я не позволю тебе навредить моей семье. Твои предки уже достаточно для этого постарались. И Айлин я тебе не отдам.
— Ты заблуждаешься, — мягко возражает Ирма. — Мы всегда дружили.
— Тебе не удастся обмануть меня, — решительно говорит Дина, снимая пистолет с предохранителя. — Я не глупая Рита, которая верит каждому твоему слову. Уходи, иначе я не сдержусь и выстрелю.
— Хватит командовать в моем доме! — возмущается старшая Савро и поднимается на ноги, вставая между племянницей и гостьей. — Ирма уйдет, когда я захочу!
— Дина, отдай мне оружие, — прошу я, глядя как дуло упирается в грудь Риты. Инстинкты хищника подсказывают мне, что добром все это не кончится. Осторожно протягиваю руку, чтобы забрать его. Но Дина шарахается от меня. Раздается выстрел. Айлин громко вскрикивает. Я не свожу глаз с Риты, на серой кофточке которой в районе сердца разливается красное пятно. Она тихо охает и падает, как подкошенная.
— Тварь! — подскакивая к Дине и заламывая ей руку за спину, рычит Америго. Та, сыпля проклятьями в его адрес, пытается вырваться. В спальню врывается Дэшэн и, увидев Риту, распростертую на полу, застывает на месте.
— Тетушка, дорогая, — опускаясь рядом с ней на колени, шепчет Айлин. Берет ее за руку, подносит к губам. Не помню, чтобы прежде она испытывала к своей родственнице теплые чувства. Скорее, это были пренебрежение и холод. Рита испуганно хлопает глазами.
— Дай ей свою кровь! — орет на меня брат. — Что застыл?! Видишь, у меня руки заняты!
— Не надо, — шепчет Рита посиневшими губами. Дэшэн подползает к ней с другого бока и, встав на колени, гладит ее по волосам. По его щекам бегут слезы. Он тоже понимает, что это конец и сделать ничего нельзя. — Айлин, я хочу отдать тебе свою магию…
— Нет! — истерично кричит Дина. — Ты должна отдать ее мне! Она моя по праву! Моя! А не этой сучки!
Рита что-то бормочет. От ее грудной клетки отделяется маленький золотистый шарик и поднимается в воздух. На несколько секунд задерживается и плывет в сторону Айлин. Зависает перед ней в районе солнечного сплетения и плавно входит в тело. Она тихо вскрикивает и теряет сознание, завалившись на бок.
— Береги ее, — просит Рита, глядя на меня невидящим взглядом. — Дэшэн…
Тот сипит что-то нечленораздельное, задыхаясь от слез, которые градом текут по его лицу.
— Я люблю тебя, — произносит она и затихает. Сердце останавливается. Дэшэн трясет ее за плечи, зовет по имени. Начинает делать искусственное дыхание. Он в шоке и не хочет верить в то, что произошло. Америго одним движением вырубает истерящую на весь дом Дину и, опустив ее на пол, склоняется над Айлин. Поднимает ее на руки и кладет на кровать. Ирма, молитвенно сложив руки, что-то шепчет побелевшими губами. Она не сводит глаз с мертвого тела подруги. Замечаю в них ужас и потрясение. Ее трясет, и она никак не может справиться со своим волнением.
— Сегодня же попрошу собрать совет и ограничить магию Дины, — дрожащим голосом произносит Ирма. — Она должна быть наказана за свое преступление.
— Мы должны вызвать полицию, — говорю я, хотя мне совершенно не хочется этого делать. От одной мысли, сколько потом будет возни, на меня нападает тоска. А Риту этим не вернуть. Что до справедливости, то похоже, в этом ведьмином семействе она не заставит себя ждать. В отношении Дины мне особенно хочется в это верить.
— Обойдемся без нее, — говорит Америго, растирая пальцы Айлин. Девушка медленно приходит в себя. Открывает глаза и просит пить. Брат тут же срывается и бежит вниз исполнять ее просьбу. Я смотрю на Дэшэна, который, положив голову на грудь Риты, беззвучно рыдает. Мне жаль, что я не знаю, как ему помочь пережить эту боль. Как утешить, какие слова произнести. Касаюсь рукой его спины, но он не оборачивается.
— Я с тобой, друг, — с сочувствием произношу я. Ответа не следует, но я знаю, что он меня услышал. И этого достаточно.
Америго относит связанную Дину в кладовку. Чтобы та не верещала как проклятая, приходится воспользоваться кляпом. Ирма и Айлин помогают Дэшэну подготовить тело Риты к погребению. Мой брат предлагает похоронить ее в лесу. В том месте, где он спас мою воспитанницу. Как дань ее доброте и человечности. Меня удивляет то, что он расстроен из-за смерти человека, которого почти не знал. Та забота, с которой он относится к горю китайца. Учитывая его поведение и образ жизни, это кажется чем-то нелепым и даже неправильным.
— Неприятно об этом говорить, но, пожалуй, мне потребуется твоя помощь, — произношу я, когда Америго входит в гостиную.
— Ты не перестаешь удивлять меня, — плюхаясь на диван, отзывается тот. — Что тебе еще надо?
Рассказываю ему о предсмертной просьбе Ады и ее детях, которых Амалик приготовил для жертвоприношения. Америго хмурится, потирает руками щеки. Похоже, у него есть дела поважнее, чем спасение незнакомых ему близнецов.
