Читаем без скачивания Бандеровщина - Сергей Шумов

В итоге вместо мирного сосуществования существует сосуществование вынужденное. Оно фактически и существует все время. Его стабилизация должна стабилизироваться на выравнивании или уравновешивании военных потенциалов. Но вместе с этим идут и интенсивные действия обоих блоков перегнать или перехитрить противник и обеспечить свой перевес. Неважно, делается это с агрессивными или защитными намерениями в форме вооружений или переговоров о разоружении — эффект один и тот же — вместо стабилизации постоянное движение, гонки. Это уже элементы тихой, но очень опасной борьбы, которая становится тем сильнее, чем больше выравниваются потенциалы обоих сторон.

Однако, сравнивание или даже стабилизация технико-военных материалов не решает вопросы ни войны, ни мира. Существует много других факторов, которые вместе с количеством и качеством армии, оружия, технических средств, имеют решающее влияние на большую или меньшую готовность народа к войне. Это факторы объективной и субъективной категорий, которые нельзя ни сравнивать, ни уравновешивать. Поэтому оценки собственных шансов и шансов противника не победу совершенно различны с обоих сторон. Элемент воли имеет широкое поле и часто играет решающую роль.

Смыслом сосуществования, в течение пятнадцати лет, была и есть борьба, ведущаяся разными способами. Поскольку нет перспектив на то, что империалистично — агрессорская природа большевистской Москвы сменится, то и борьба между двумя блоками останется постоянным элементом современного мира.

Вооруженное противостояние, наполненное периодическим напряжением и борьбой, и не только в форме пропагандистских, дипломатических и экономических конфликтов, но и немаловажными, хотя и локальными вооруженными ударами — это так называемая холодная война. Вначале легкая журналистская фраза получает сейчас мощный и грозный смысл, как удачное название существующей затяжной ситуации.

Для большевиков такое положение очень выгодно. Оно отвечает их внутренним потребностям для оправдания постоянной полувоенной системы. Одновременно, они продолжают свою экспансию в разных направлениях, имея возможность свободно пользоваться почти любыми способами и методами без того большого риска, каким была бы для ни третья мировая война. В то же время для западных держав холодная война очень нежелательна и дорогостоящая. Она противоречит мирной системе демократических стран и потребностям их нормальной жизни. Поэтому Запад так постоянно пытается найти какое то решение ситуации в направлении мирного сосуществования. Но весь накопленный опыт не может остаться без последствий. Безнадежность концепции мирного сосуществования из-за неменяющейся природы московского империализма становится все очевиднее. Мирное сосуществование, как его понимает Москва, для западных держав равнозначно постоянным уступкам, с утратой одних позиций за другими, с капитуляцией перед большевистским агрессивным наступлением.

Если же исключить эту возможность постепенного самоубийства, то остается альтернатива: вооруженное противостояние с постоянной борьбой, т. е. холодная война, или большая горячая война. Эта альтернатива происходит из фактического геополитического положения и соотношения сил и она должна стать основой плановой политики свободных народов. В итоге эта альтернатива должна быть инструментом западной политики для натиска на Москву, а не только защитой от большевистских угроз и шантажа.

Когда в политической мысли западных народов утвердится утверждение что бона с большевизмом необходима и неминуема, тогда вместе с вопросом про ее размеры и остроту, который теперь наиболее волнует эти народы, со временем все настойчивее будет вставать другой основной вопрос — как долго может и должно существовать такое напряжение? В жизни наций должен произойти тот переломный момент, когда они, убедившись в необходимости борьбы, поведут ее с необходимой энергией и найдут в себе волю бороться до победного конца. Это будет поворотный момент в международной политике. После похорон концепции о мирном сосуществовании, развязка может лежать только на линии основной смены соотношения сил между двумя сторонами в смене всего международного положения. И это, как можно надеяться, станет основной целью всей политики западных держав, вместо сосуществования с большевистским экспансивным империализмом, она будет стараться хотя бы обрубать его когти и клыки и создать такую ситуацию, в которой он перестанет быть разрушителем мира и свободы на земле и угрозой для них.

Наиболее радикальный путь к этому — это тотальная мировая война с целью уничтожить большевизм и сломать хребет московскому империализму. Но западные державы не быстро и не легко согласятся на то, чтобы планово выбрать войну, как выход из ситуации. Зато они быстрее могут принять план наступательной стратегии в холодной войне, которая медленнее и не таким радикальным способом должна привести к такой же цели.

До сих пор инициатива в холодной войне полностью была на стороне большевиков, которые, пользуясь наступательной стратегией и разнообразной тактикой, одерживали все новые победы и отбрасывали западные державы на многих важных направлениях. При соответствующих изменениях своих установок Запад может перейти в наступление, успешно атакуя слабые места московской империи и антинародной коммунистической системы. В этой деятельности есть великие возможности, соответствующее использование которых совершенно изменило бы международную. Ситуацию и направило бы ее развитие в противоположном, чем теперь, направлении. Необходимым для этого должно быть решение Запада бороться с Москвой и коммунизмом наступательно и последовательно и не бояться большевистских угроз большой войной, не пасовать перед ними.

Межа между холодной и настоящей войной очень невелика. Она может быть целиком закрыта тогда, когда в холодной войне одна сторона наступает твердо, с решимостью достигнуть намеченную цель любой ценой и напорется на решимость противник далее не отступать. Такая возможность существует всегда и зависит прежде всего от наступающей стороны, от того, насколько она настроена на захват интересов другой стороны. Кто имеет инициативу в холодной войне, тот также имеет контроль над возможностью возникновения горячей войны. Это еще один важный аргумент, который говорит за то, чтобы западные державы приложили бы все усилия и перехватили инициативу в развитии ситуации. А хорошо понимаемая угроза для собственных жизненных интересов и необходимость ей противостоять — это очень сильный момент в политике народов

Разобранные здесь темы приводят к выводу, что в дальнейшем развитии событий Запад должен противостоять большевистскому наступлению каждый раз все тверже и тверже и от обороны переходить в наступление. Это создает благоприятную ситуацию для национально-освободительной борьбы.

Антибольшевистская борьба революционных сил будет получать тем большее значение в международной политике, чем больше будет обостряться и углубляться конфликт между двумя блоками. Это касается не только большой, горячей, но и холодной войны.

Когда на сегодняшних фронтах нельзя победить, а переходить к горячей войне не хочется, тогда в игре с противником нужно привлекать новые силы, использовать новые методы. До сих пор так поступали большевики и с большим успехом. Если Запад захочет перехватить инициативу, не идя на мировую войну, он должен искать такие возможности. А национально-освободительная борьба угнетенных народов — это самое слабое, больное место большевистской Москвы. Оно до сих пор почти игнорировалось Западом. Так не менее это как раз тот сегмент, на котором свободные и угнетенные народы могут совместными усилиями наиболее успешно сломать агрессивность московско-большевистского империализма.

1959 год

Печатается по изданию: Степан Бандера. Перспектива української революції.

Мюнхен, 1978 г.

С. Шумов

Убийство Степана Бандеры

В октябре 1959 года служба безопасности ОУН получила несколько сообщений, что на Степана Бандеру готовится покушение. На заседании 5 октября 1959 года Провод ОУН за границей постановил увеличить личную охрану Проводника. С этого времени Степана Бандеру сопровождали при его выезде утром из дома на улице Крайтмайра в Мюнхене, где он жил, утром к месту работы на ул. Цеппелина, д. 67, и назад домой в 5 часов вечера назначенные для его охраны члены ОУН. Иногда Проводник ездил на автомашине один, в основном днем, не желая, чтобы его охрана оставалась без обеда.

15 октября 1959 года, в четверг, Степан Бандера как обычно, выехал в 7 часов утра из дома с охраной, которая, проверив улицу Крайтмайра, ждал его у подъезда. В бюро на улице Цеппелина, 67 он работал до обеда и около 12 часов поехал домой, купив по дороге овощи на рынке.