собеседника с интересом. — Поясните.
— Просто, глядя на эту маску, — Сафир указал на одно из лиц статуэтки, сейчас повёрнутое к нему, — задумываешься о том, что чаще всего люди демонстрируют нам не свои истинные чувства, а те, которых мы от них ждём.
— Очень тонко подмечено, лорд Маград, — улыбнулся казантарец. — Часто вам приходят в голову подобные мысли, или ваши слова вызваны исключительно этой безделушкой?
Сафир пожал плечами.
— Даже не знаю, — ответил он честно.
— Хороший ответ, — кивнул Эл. Отойдя от камина, он указал на прозрачный графин. — Пока у нас есть время до трёх часов, не желаете лёгкого вина?
— С удовольствием.
Посол кивнул и наполнил бокал, протянув его Сафиру.
— За процветание Урдисабана! — предложил он тост.
— Слава империи и императору! — Сафир поднял бокал.
Он уже привык, что посол не пьёт.
Эл позвонил в колокольчик. Через мгновение вошёл слуга в ливрее казантарского покроя и застыл в ожидании приказаний.
— Принеси фрукты, — велел Эл.
Лакей молча выскользнул за дверь.
— Вы не пользуетесь нашими слугами? — спросил Сафир, проводив его взглядом.
— Не хочу отвлекать их от привычных занятий. Кроме того, мои люди знают мои вкусы лучше, чем кто бы то ни был.
— Разумеется. Я вас понимаю.
— Постоянные слуги куда удобнее.
— Само собой.
— Расскажите мне о предстоящем празднике, — попросил посол, садясь в кресло и знаком предлагая Сафиру опуститься в другое, напротив.
— Благодарю, — отозвался Сафир, принимая приглашение. — Вознесение Летних Даров — один из немногих сохранившихся до сих пор праздников древности. Мы устанавливаем посреди Дворцовой Площади огромную медную чашу (она была выкована несколько веков назад и теперь совершенно позеленела) и по очереди наполняем её подношениями. Затем император благословляет дары, и они предаются огню. Вместе с дымом содержимое чаши возносится к небесам и попадает в чертоги богов.
— Это напоминает мне ритуал другой страны, где я бывал раньше, — заметил Эл.
— Вполне возможно. Все обряды чем-то похожи друг на друга.
— Совершенно верно.
— Должно быть, потому что каждый народ старается задобрить своих богов.
— И все делают это схожими способами, — Эл улыбнулся.
— Не удивительно, ведь причина в самой природе богов. Они вкушают наши жертвы через дым, поэтому мы вынуждены прибегать к помощи огня.
Посол кивнул в знак согласия.
— Не хотите прогуляться по саду? — предложил он вдруг.
— Если вам угодно.
— Вы не против, если мой зверёк составит нам компанию? — Эл щёлкнул пальцами, и из-за портьеры выползло похожее на ленивца создание, обычно сопровождавшее посла.
— Разумеется, нет.
— Замечательно, — Эл поманил животное, и оно с неожиданной резвостью подбежало и вскарабкалось ему на плечо. — Идёмте?
Сафир кивнул, они поднялись и вышли из комнаты в коридор, где их ожидали два телохранителя.
— Не подходите близко, — велел им Эл. — Не мешайте нам. Едва ли в дворцовом саду нас подстерегает опасность.
— Слушаемся, — тихо ответил один из воинов и отступил на шаг.
— Я видел сегодня в ложе одного молодого человека, — сказал Эл, обращаясь к Сафиру. — Кажется, его зовут Нармин. Он ваш друг?
— Да, — Сафир удивлённо взглянул на посла. — Вам не угодно его общество? Я постараюсь…
— Нет-нет. Кажется, он недавно вернулся откуда-то издалека?
— Совершенно верно, — подтвердил Сафир. — Из Карсдейла.
— Он телохранитель императора, как и вы?
— Нет. Для этого нужно тренироваться многие годы, с самого детства, так что обычно эта должность передаётся по наследству.
— Но вы получили её за особые заслуги?
— Можно сказать и так, — ответил Сафир уклончиво.
Он надеялся, что посол не станет расспрашивать о подробностях, так как не был уверен, что должен сообщать казантарцу о покушении на императора.
— А вы скромны, — заметил посол, с интересом взглянув на Сафира. — Особенно для человека, спасшего Его Величество от смертельной опасности.
— Вы знаете про случай в городе мёртвых⁈ — Сафир был удивлён.
— Полно вам, лорд Маград, — посол улыбнулся. — Вы же не думаете, что во дворце молчат о подобном событии? Между прочим, не всем нравится то, как быстро вы поднимаетесь по лестнице славы. Впрочем, вас это не должно заботить.
— Вы правы, — согласился Сафир нехотя.
Он и сам понимал, что вызывал ревность многих вельмож.
— Каков же нынешний статус лорда Армаока?
— Ну, собственно, он — ваш паж. Это ещё не официально, указ будет подписан лишь на днях.
— Неужели? — Эл повернулся к Сафиру, а затем рассмеялся. Слушать скрипучий смех этого человека было жутковато. — Нет, благодарю! Мне он не нужен.
— Лорд Армаок — очень достойный и храбрый человек, — сказал Сафир убеждённо. — Он сможет защитить вас в случае опасности, да хранят вас боги от любых невзгод.
— Я не сомневаюсь, что это истинная правда, и ваше желание заступиться за друга весьма похвально, однако я нахожу, что лорд Армаок слишком… Как бы это сказать? — посол щёлкнул пару раз пальцами, подбирая нужное слово. — Погружён во тьму.
— Во тьму⁈ — заявление Эла повергло Сафира в полное недоумение.
— Да. Его душа в смятении.
— Но вы видели его лишь однажды! — возразил Сафир.
Вероятно, ему не следовало спорить, но желание защитить друга возобладало над необходимостью соблюдать этикет.
— Почему его нет с нами? — спросил вдруг Эл, останавливаясь и оглядываясь по сторонам.
— Я не знаю, — признался Сафир, тоже остановившись.
— Разве паж не должен сопровождать того, к кому приставлен?
— Разумеется…
— Я не вижу лорда Армаока. Он плохо выполняет свои обязанности.
— Возможно, он получил какое-то поручение? — предположил Сафир.
— Всё может быть, — легко согласился Эл, возобновляя прогулку. — В Урдисабане замечательная природа, и как искусно воспроизведена она в этом великолепном саду, не правда ли?
— Да, само собой, — ответил рассеянно Сафир, несколько сбитый с толку тем, как резко сменил посол тему разговора. — Садовники изрядно потрудились, чтобы создать иллюзию естественного леса, — добавил он, обведя взглядом окружавшие их деревья. — Это заняло не один год.
— Подражать природе всегда нелегко, — проговорил Эл, глядя вдаль.
Глава 50
— Куда ты отлучался сегодня?
