ситро. Ну и так, по мелочам ещё кое-что. Промышленные товары, например. У неё бабок столько, что прятать некуда. Она их буквально за батареи по комнатам распихивает.
— Нехило, — покрутил головой Сирота. — Если не гонишь, конечно. Как бы не пришлось за неё перед местными блатными ответ держать. Тут по-любому её доят. По надоям все рекорды по стране бьют, в натуре.
— Чудак ты, — усмехнулся я. — У неё крыша такая, что блатным ловить нечего. Может, конечно, что-то и перепадает на совсем уж левых точках, но совсем не факт.
— Менты что ли? Или чекисты?
— Она всю верхушку партийную здесь обслуживает. Не местную, а союзную, вот и кумекай сам, что к чему.
Сирота задумался. Мы шли по улице, стараясь выглядеть, как отдыхающие по принципу, если кто-то выглядит, как отдыхающий и ведёт себя, как отдыхающий, то, скорее всего, он и есть отдыхающий.
— Так что, плана нет? — со скорбным видом посмотрел на меня мой подельничек.
— Ну, так… Есть кое-какие намётки.
Да, намётки были. Дело-то я изучал. Целая эпопея была получить к нему доступ. Какая-то часть открыта, а кое-что интересное до сих пор под секретом. Ну, то есть не до сих пор, а до весьма отдалённого будущего…
— Намётки, — с болезненной гримасой покачал головой Сирота. — Чёт не нравится мне весь этот кипеш. Несерьёзно как-то. Ворваться в улей и взять пчеломатку на гоп-стоп. Я тебе чё, Винни Пух что ли?
— Нормально всё будет, — усмехнулся я. — У меня предчувствие.
Сирота молча сплюнул.
Мы свернули на боковую улицу, чтобы обойти дом с другой стороны. Собственно, весь этот движ с Беллой я затеял исключительно из «политических» соображений, чтобы покрепче привязать к себе Сироту.
Тайный, неизвестный органам и считающийся своим среди урок, союзник мне был нужен — дел предстояло много, а один, как известно, в поле не воин. Но союзника нужно кормить и демонстрировать, что союзничество наше построено не на альтруизме, а на выгоде и приобретении несметных богатств. А ещё ведь и Мур в Москве на голодном пайке. Его тоже подкармливать надо. Ну, а что бы в таком случае, не пощипать Железную Беллу?
От неё не убудет. Всё равно, запасы она употребить не успеет, в восемьдесят втором её арестуют, а потом и вовсе в расход пустят. Если я её не спасу, конечно. Правда, учитывая, что она до последнего не верила, что её поставят к стенке, вряд ли она послушает мои «дружеские предостережения». Ладно, посмотрим. До восемьдесят второго ещё дожить надо.
На улице, параллельной той, где стоял дом Беллы, было тихо и жарко. Деревья не особо спасали от солнца, повышающего градус.
— Нам здесь минимум неделю надо чалиться, — недовольно проворчал Сирота. — Чтобы присмотреться, уяснить, что к чему, план составить. Но только как его составить, если здесь мусора шастают? Не выйдет ничего, Жарик.
— Отставить пессимизм, — усмехнувшись, подмигнул ему я. — Нормально всё будет.
Не дав ответить, я свернул за разлапистый куст акации, навалившийся на дощатый забор монтажного управления. Управление представляло собой одноэтажное бетонное здание с окнами, забранными решётками с расходящимися лучами прутьями.
— Э! — тихонько отреагировал Сирота, но я не ответил и пошёл прямо к зданию, стаявшему чуть в углублении.
На крыльце стояло несколько человек явно технических специальностей. Они активно обменивались мнениями. Во дворе хлопали двери машин, выезжали уазики, было оживлённо. На нас никто не обращал внимания. Мы подобрались, теперь стараясь выглядеть не как отдыхающие, а как ответственные работники строительной отрасли.
— Ты чё творишь… — прошипел сквозь зубы Сирота, когда мы, пройдя через территорию, оказались у низкого покосившегося флигеля с белыми стенами.
— Не измажься, тут извёстка, кажется, — махнул я головой, протискиваясь в щель между флигелем и забором.
— Спалимся! — горячо прошептал он.
— Вряд ли, — ответил я, задев и размазав плечом чёрную паутину по стене. — Кому мы нужны с тобой… Так, тихо, замолкни.
— Че-е-го… — недовольно протянул он, но тут же действительно замолк и налетел на меня сзади.
— Осторожней… — пробормотал я, аккуратно раздвигая листья небольшого дерева, растущего с другой стороны забора.
В открывшийся прогал было хорошо видно дом Беллы.
— Ну? — прошептал я. — Видишь?
Сирота молча протиснулся и встал рядом. Он жадно рассматривал сооружение, открывшееся нашим взорам. Это была задняя часть дома.
— Неплохо, — наконец прошептал он. — Собаки вроде нет…
— Угу, — согласился я. — Вроде…
С этой стороны участок Железной Беллы был густо засажен кустами и деревьями, создавая тень и прохладу. Тем не менее, с точки, в которой оказались мы, открывался неплохой вид на заднюю часть дома. Ветки с нашей стороны были довольно редкими и давали возможность хорошенько всё рассмотреть.
— Бляха… — помотал головой Сирота. — Руку протяни и дотронешься, да?
Он помотал головой и всей пятернёй почесал правую скулу.
— Угу, — повторил я.
— Смотри, — не поворачиваясь, ткнул он меня локтем. — Окно что ли открыто?
За дальним слева окошком колыхнулась белая тюлевая штора. Рама, движимая сквозняком, приоткрылась, позволяя надувшейся материи выглянуть в окно.
— Может быть, кто-то есть дома.
— Муж?
— Нет, — отозвался я. — Она не замужем.
— Ну надо же. Может, за меня выйдет?
— А Люба как же? — хмыкнул я.
— Она и не узнает.
Сирота повернулся и, глядя на меня, ухмыльнулся.
— Блин… — вдруг округлил он глаза, будто внезапно испугался.
— Что?
— Шляпу ветром унесло…
— Ты чего?
Я посмотрел на его дурацкую шляпу, сдвинутую на затылок, как у дембеля. Не давая мне возможности остановить его, он резко сорвал шляпу с головы и, придерживая одной рукой ветки, швырнул её во двор Беллы. Прямо в сторону дома.
Лёгкая соломенная шляпа совершила полёт по причудливой ломаной траектории и приземлилась рядом со стеной.
— Вот облом, в натуре… — довольно натурально посетовал Сирота. — Шляпу ветром сдуло… И чё теперь делать? Непруха.
— Нет! — успел воскликнуть я, как он положил руку на забор и в момент ока подскочил, перемахивая через плотно сбитые доски. Неосмотрительно, дерзко и как бы спонтанно.
— Надо забрать своё имущество. Пособишь?
Вспоминаю, как утречком раненько
Брату крикнуть успел: «Пособи!»
И меня два красивых охранника
Повезли из Сибири в Сибирь…
— Хорошему человеку почему не
