Итак, Таня уехала. Зачем он вообще с ней связался? Есть же пословица – два раза войти в одну и ту же реку нельзя. А он с этой красоткой уже сто раз мирился и ссорился. Ничем хорошим такие отношения не заканчиваются. Вот – даже пары дней не продержались. Гульнул, называется. Конечно, можно отправиться на пляж и познакомиться с какой-нибудь девчонкой, для него это никогда не составляло труда. Но заводить новый роман было лень. Таня со своим женихом капитально испортили ему настроение. Теперь они где-нибудь в Италии, а он валяется тут, одинокий и покинутый. Особенно обидным было то, что это Таня его бросила, а не он ее. Чаще всего именно он являлся инициатором разрывов. Девушки быстро ему надоедали. И вообще – как-то так получалось, что каждая следующая его девушка оказывалась похожей на предыдущую. Только Серафима была особенной, ни на кого не похожей.
«Надо позвонить Серафиме, – решил Куракин. – Скажу ей, что дела занесли меня в Черногорию и что мне тут одиноко. А завтра прогуляюсь по Старому городу и накуплю ей всяких подарков. Здесь, говорят, можно купить очень красивые серебряные украшения. Надо будет присмотреть для нее что-нибудь особенное. Не кружку же тащить через границу». Представив, как будет радоваться Серафима его подаркам, Андрей как-то сразу приободрился. Серафима ему нравилась, но он понимал, что, конечно же, и дальше будет ездить на курорты без нее. Когда они поженятся – тоже. Иначе придется всю жизнь провести с ней бок о бок – она ведь цеплючая, как клещ. Хотя и забавная.
В этот момент в дверь постучали. Андрей, кряхтя, сполз с кровати и пошлепал на зов.
– Кто там? – крикнул он еще издали.
Возвращения Тани он не ждал, значит, за дверью, скорее всего, горничная с какими-нибудь полотенцами или щетками.
– Куракин, открывай, – ответил ему грозный голос.
Голос был женским, поэтому Андрей, ни секунды не раздумывая, нажал на ручку. Женщин он никогда не боялся. А зря.
Та, которая ворвалась в номер, с ним особо не церемонилась. Она мигом схватила его за горло, протащила по всей комнате и швырнула в кресло, которое, басисто охнув, подалось назад вместе с упавшим в него телом. А потом грозно вопросила:
– Где она?!
– Кто? – Куракин смотрел на нападавшую во все глаза.
– Серафима!
Перед ним стояла самая настоящая красавица – высокая, статная, с длинной темной косой и огромными глазами. Глаза метали громы и молнии.
– Серафима? – изумился Куракин, даже не пытаясь выкарабкаться из кресла. – Понятия не имею. – Он настолько обалдел, что просто лежал и смотрел на нее снизу вверх. – Нет, то есть я имею какое-то понятие… Она в Москве!
– Нету ее в Москве, – отрезала красавица. – Она за тобой, скотиной, в Черногорию отправилась.
– И почему же это я скотина? – рассердился Куракин и рывком сел в кресле.
– Потому что голову ей заморочил, жениться пообещал, а потом обманул – уехал на курорт с другой. Ты разбил ей сердце.
– Для того чтобы разбить сердце Серафимы, потребуется урановая бомба, – проворчал Куракин и попросил: – Только не вали меня обратно, ты мне копчик отбила.
– Если ты сейчас же не скажешь, где она, копчик тебе больше никогда не понадобится. Тебе вообще ничего больше не понадобится.
– Господи, да кто ты такая? – простонал Куракин, поднявшись на ноги и потирая ушибленные места.
– Меня зовут Мила Громова, и я лучшая подруга Серафимы. Я ей все равно что сестра. И это значит, что я за нее любому глотку порву!
– Я перед Серафимой ни в чем не виноват, – сварливо сказал Куракин и потрогал себя за вышеозначенную глотку, словно проверяя, все ли с ней в порядке. – Я тут, между прочим, в командировке, причем совершенно один.
– В двухместном люксе? – фыркнула Мила. – Не смеши мои подметки.
Она подбоченилась, раскраснелась и стала нравиться Куракину еще больше.
– Ты что, из Москвы сюда явилась? – догадался он. – А как ты вообще узнала, что я здесь?
– От Серафимы я узнала, – сказала Мила.
– От Серафимы?
Мила подняла жалюзи и выглянула в окно. Прошлась по номеру, заглянула под кровать. Потом проверила ванную комнату и, обнаружив на полотенцесушителе трусики, спросила:
– Танины?
После чего швырнула их Куракину в лицо. Поймав кружевной лоскуток, тот оторопел:
– Так Серафима, выходит, в курсе всех моих дел, что ли?
– Что ли, что ли, – подтвердила Мила. – И у тебя не дела, а делишки. Как говорится: почувствуйте разницу.
Когда она стучала в дверь, то думала, что убьет Куракина. Но оказавшись с ним лицом к лицу, почему-то остыла. Все-таки звезда есть звезда. Просто так в телевизор не попадешь – нужно иметь харизму. Харизма у Куракина была, с этим приходилось считаться. «Возьми себя в руки, – приказала себе Мила. – И прекрати пялиться на этого типа, он скоро женится на Серафиме и станет тебе почти что родственником».
Будущий «родственник» между тем осмысливал ситуацию, вытянув губы трубочкой и задумчиво глядя в окно, на раскинувшиеся вдали мандариновые сады. Мила подумала, что к такой красоте невозможно привыкнуть. К урбанистическому пейзажу – можно. Вернее, с ним можно смириться.
– А почему ты ищешь Серафиму тут? – наконец выдал Куракин итог своих размышлений.
– Потому что она приехала сюда вслед за тобой, – воскликнула Мила. – Сколько можно объяснять?! Приехала и пропала. Куда ты ее дел?
– Да ты что! – закричал Куракин. – Сбрендила, да? Я ее, видишь ли, куда-то дел! Я что – Джек-потрошитель? Я ее в глаза не видел! Да если бы я знал, что она тут… Может, она не прилетела? – неожиданно сообразил он. – Может, с самолетом что-то случилось? Вынужденная посадка в горах, сломанная рация…
– С самолетом ничего не случилось. А Серафима вчера зарегистрировалась в отеле, – ответила Мила. – И я никогда не поверю, что, пробыв здесь столько времени, она не пришла к тебе в номер и не высказала в лицо все, что она о тебе думает!
– Но она действительно не приходила, – Куракин почесал макушку. – И это в самом деле странно. Если она узнала, что я тут с Таней… Ух ты! – Вероятно, он вообразил, какой бэмс должна была устроить Серафима, ворвавшись к нему в тот момент, когда он предавался плотским утехам. – Выходит, с Симой в самом деле что-то случилось.
Они взволнованно уставились друг на друга.
– Так, – первой опомнилась Мила. – Надевай штаны, мы отправляемся на поиски. Если нужно, поднимем на ноги полицию.
– Я ни разу не видел здесь ни одного полицейского, – сказал Куракин. – Здесь криминал отсутствует в принципе. Ночью можно запросто гулять, где хочешь. Можно голосовать на дороге и спокойно садиться в незнакомые машины. Поэтому я даже не представляю, что с Симой могло случиться. Если только она полезла купаться и у нее ногу свело…
