Диана. Пожалуйста, позволь заняться с тобой любовью, дорогая.
– Я не это имел в виду. Я просто хочу сказать, что нам стоит обдумать вариант дружбы с привилегиями.
– Я думала, ты сказал, что девицы на одну ночь тебе больше не нужны.
– Так это будет не на одну ночь, а надолго. В том смысле, что раз уж нам все равно все лето притворяться влюбленными ради Перси, можно и в самом деле вдоволь друг друга облапать. Что тебе терять?
– Терпение. Достоинство. Чистоту.
Шейн тяжело вздыхает.
– Обязательно притворяться, что тебя это не волнует? – он неопределенным жестом обводит собственное тело.
– На что ты указываешь?
– На свой член. Прекрати уже вести себя так, будто он тебя совершенно не заводит.
– О боже, до чего ты самовлюбленный!
Он только улыбается.
– Так как тебе мое предложение насчет дружбы с привилегиями?
Я хлопаю себя по лбу, притворившись, что вспомнила нечто важное.
– Вот черт, забыла тебе сказать. Вообще-то все мои друзья с привилегиями проходят тщательную проверку. И надо заранее подать заявку. Долгий процесс.
Шейн подыгрывает мне.
– Да ты что? А можно мне бланк заявки?
– К сожалению, сейчас я как раз ее редактирую, хочу включить туда побольше информации, так что временно заявки не принимаются. Может, попробуешь на следующий год?
Он серьезно кивает.
– Пожалуйста, сообщи, когда подача заявок снова будет открыта.
– Ты будешь первым, кто об этом узнает, – обещаю я. – И, говоря «первым», я имею в виду «самым последним».
Когда мы проходим мимо «Свит-Берч», из дверей внезапно выходит Перси. Во мне поднимается волна паранойи, и я гадаю, не специально ли он нас поджидал. Отсиживался в лобби и выискивал возможность выскочить наружу. Логически я понимаю, что это просто безумие. Не мог он так хорошо рассчитать момент.
Перси, завидев нас, мрачнеет, но быстро приходит в себя и натягивает слабую улыбку.
Шейн останавливается, но я за руку тяну его вперед.
– Просто иди дальше, – бормочу я.
– Диана! – кричит нам вслед Перси. – У тебя есть секунда?
Я игнорирую его и ускоряю шаг, утягивая Шейна за собой. Меня снова душит паника, мне нечем дышать. Теперь это уже знакомое ощущение, и его привычность вызывает во мне чистую ненависть. Из-за Перси я почувствовала себя беспомощной, загнанной в тупик. Я хочу позвонить папе, умолять его приехать сюда и за шиворот вышвырнуть Перси в другой штат, черт возьми. Но я не могу просить папу решать проблемы за меня. Я должна справиться сама.
Я стараюсь глубоко дышать, но ничего хорошего это не дает – к тому моменту, как мы входим в наше лобби, у меня начинает кружиться голова.
Не знаю, что видит на моем лице Шейн – лишь бы не страх, – но, что бы там ни было, он стискивает зубы.
– Хочешь, я поговорю с ним?
– Нет. Надеюсь, если я буду его игнорировать, он в конце концов отвалит.
Шейна мой ответ, судя по всему, не удовлетворяет, но потом он все же пожимает плечами.
– Ладно. Дай знать, если передумаешь. – Мы с ним доходим до нашего этажа. – Так как насчет ужина?
Я понимаю, что аппетит полностью исчез. Достаточно было одного взгляда на лицо Перси.
– Знаешь, я передумала насчет ужина. Голова болит, – вру я. – Пойду приму душ и прилягу.
– Ты уверена, что…
– До скорого, Линдли. – Я проскальзываю в квартиру, пока Шейн не начал со мной спорить.
Глава двадцать первая
Шейн
Мы с тобой завирусились
В воскресенье в районе двух Диана и Джиджи возвращаются с примерки платьев. На улице по-прежнему нещадно жарит, так что Райдер присоединяется к нам у бассейна «Медоу-Хилл». Мы вчетвером оккупируем несколько стульев и щедро мажемся кремом от загара.
Пока девушки загорают, я надираю Райдеру задницу в заплыве на скорость. Шумные подростки, которые купаются вместе с нами, яростно мне аплодируют. Теперь, когда соседи перестали меня ненавидеть, Дейв и Марни разрешили детям разговаривать со мной. Вероника, разумеется, устроилась на своем обычном шезлонге, пожирая нас с Райдером взглядом. Идеальный день у бассейна – добрые друзья, солнце и пиво.
Единственная проблема в том, что мы с Дианой постоянно забываем, что «встречаемся». В компании лучших друзей мы, естественно, начинаем вести себя как всегда. Иными словами, со стороны все выглядит так: Диана ненавидит Шейна, а Шейн выводит Диану из себя так, будто у него нет другой цели в жизни.
Выйдя из воды, я замечаю, что Диана указывает на небо и говорит Джиджи:
– Вон там. Вон там. Видишь?
Джиджи опускает очки от солнца на кончик носа, чтобы лучше видеть облака.
– Не-а.
Я вытираюсь и устраиваюсь рядом с Дианой. Райдер вытягивается на шезлонге рядом с женой.
– На что смотрите? – с любопытством спрашиваю я.
– Вон то облако похоже на фокусника. На нем цилиндр, он держит в одной руке кролика, а в другой – мясницкий нож.
– Мрак какой, – откликаюсь я.
– Эй, это же не я придумала. Такие сегодня облака.
Я закатываю глаза.
– У тебя проблемы.
– Ты даже не попытался разглядеть это облако, – обвиняет Диана.
– А зачем? Ничего такого там нет.
– А ты попробуй.
– Ладно. Где оно?
– Видишь, слева от солнца разрыв между двумя облаками?
Я с шумом втягиваю воздух.
– Он сейчас перережет кролику горло.
Диана аж вся светлеет.
– Ты правда видишь?
– Нет. Нет, Диксон. Конечно, не вижу.
Она раздраженно бухтит:
– Тогда зачем притворяться и подыгрывать?
– Потому что мне нравится приводить тебя в восторг, а потом разрушать твои мечты. Это весело.
– Терпеть тебя не могу.
– О нет. Как же мне теперь спать по ночам? Я обречен на бессонницу!
Нашу перепалку прерывает ироничный голос.
– А вы точно встречаетесь? – спрашивает Джиджи, вздернув бровь.
Хоть она и шутит, проблеск сомнения в ее глазах не остается незамеченным.
И хотя я сказал Райдеру, что мы встречаемся, кажется неправильным разыгрывать представление на глазах у лучших друзей.
Я поглядываю на Диану, пытаясь молча намекнуть, что, возможно, нам стоит во всем сознаться. Судя по ее виноватой позе, ей тоже непросто так откровенно лгать. В ее взгляде появляется смирение, и, подозреваю, сейчас она во всем сознается… но тут у бассейна появляется ее бывший.
– Гребаный ад, – бормочет она себе под нос.
Джиджи резко распрямляется.
– Что такое?
Диана кивает на противоположный край бассейна.
– Это еще кто? – спрашивает Райдер.
– Мой бывший парень, – мрачно откликается Диана. – Он решил арендовать квартиру в трех домах от меня. Потому что он социопат.
Теперь и Райдер садится. На нем солнечные очки, но, судя по тому, как напряглась
