- Эх, опять весь кайф обломали. Так хотел посмотреть в зареванные зеленые глазищи…
И тут я увидел то, что давно не видел в этих самых зеленых глазищах, Кот заинтересованно взглянул на моего дядю. Ух…
- Я так понимаю, что ты опять пытаешь блеснуть тут, братик? Но, поверь, нам достаточно было того, что мы увидели после концерта, мы принимаем мальчиков такими, какие они есть, если они нужны нашему сыну, то и нам тоже. – Строго, как только она умеет, отчитала Итона мама.
- Уф… Итак, Энтони, что вы решили насчет нашего предложения? Я понимаю, это немного неожиданно, и, возможно, у вас уже есть какие-то планы на восстановительный период, но мы с Эли будем рады, если вы все останетесь в поместье.
Я прикрыл глаза и задумался.
На самом деле, это неплохо - скрыться в родных пенатах, от всего мира, который жаждет информации и сенсации.
Но хорошо ли скрываться здесь?
Я повернулся к Ноэлю и одними глазами спросил его о том, что он думает о предложении.
- Тони, это должно быть твое решение… - мягко улыбаясь, ответил мне он. Я повернулся и обвел взглядом моих парней.
- Нам все равно где, главное с тобой, ты прекрасно знаешь это. – Ответил за всех немного нервный Кот.
Я кивнул.
- Прекрасно! Я вам всем такие комнаты подготовила! – воскликнула моя мама, я шокированно смотрел, как она подпрыгивает и подлетает к Коту, тянет его за руки и начинает кружиться по гостиной. Папа хохочет.
Это мой дом?
Возможно ли такое, что мы немного ошиблись адресом?!
Глава 20. Все как всегда.
Я перевернулся и устроился поудобнее на мягкой перине. Улыбка самопроизвольно появилась на моих губах. Шел озадаченно смотрел на блюдо с омаром.
- Тони, я все понимаю, но я никогда не ел это животное.
Я улыбнулся шире. Мало того, что мы были в королевских покоях наследника фамилии Максвелл в начале третьего после полудня, так мы еще устроили пикник на кровати.
– Что оторвать у него? – озадаченно спросил Ноэль.
Я указал на клешни и провел пальцем по панцирю.
Мы были в пижамах. На Ноэле, правда, была еще пижамная куртка, но расстегнутая мной несколько минут назад.
- Ладно. – Хмурясь, ответил он, потом отставил блюдо и, улыбаясь, немного съехал и перекатился ближе ко мне. – Не хочу я этого бедного омарчика.
Он лукаво улыбнулся и тихо промурлыкал:
– Ты нарочно злишь свою маму?
Я кивнул.
– За прошедшие недели она уже свыклась с шумом и вечно лохматым Котом… Кстати, ты видел, как они с Итоном ругаются? Ух…
Я протянул руку и провел двумя пальцами по его плечику к шее. Ноэль зажмурился и отклонил голову, открывая мне шейку. Я медленно вел пальцами по пульсирующей венке, мягко обвел тату.
За этот месяц, что мы живем в поместье моих родителей, многое произошло. Я почти сразу понял, чего добиваются мои родители. Сначала это были невинные разговоры о политике и играх на фондовом рынке. Я, в силу своей немоты, участвовал в них вяло, тогда мама решила, что я могу читать. И они на пару с отцом начали подсовывать мне журналы и всякого рода литературу, где главным объектом обсуждения, конечно, была Максвелл-корпорейшен. Я аккуратно складывал макулатуру в уголочке, просматривая ее только тогда, когда умирал от скуки. Правда, уже на третьем журнале я понял примерное положение дел. У отца все идет прилично, и по продажам и по закупкам мы стоим на первом месте, и даже строительство удается отцу на удивление просто. Тогда я «задался» вопросом, для чего ему я в президентском кресле? Отец отмолчался.
Ответ, как ни странно, я получил от дяди Итона.
Он рассказал мне немного о том, что узнал из своих источников, информация оказалась интересной – мой папа устал. Да, все банально, он просто хочет уйти на отдых, а отдавать корпорацию в чужие руки он не желает и все надеется, что его сын дорос до финансовой политики и сможет держать в руках дочернюю компанию и управляться с остальными хвостами этой огромной гидры.
Я знал, что мой отец не мечтатель, но это выглядело как настоящая розовая мечта.
Я говорил ему не один раз, что его дела меня не интересуют, и если он хочет уйти на пенсию, то должен искать себе преемника, на что отец с печалью в глазах говорил, что я его наследник. Глупо.
Я слишком привык к свободе, я не смогу тратить время так глупо, так однообразно, и пусть кожаное кресло наследника Максвеллов находится на двадцать восьмом этаже стеклянно-бетонного комплекса с видом на закат и воды пролива.
Все это не свобода, а клетка для моей души. Я много раз говорил отцу, что умру без музыки, она для меня как воздух. На что он отмахивался и говорил мне, что это всего лишь хобби, и оно, по сути, ничего не значит.
Если бы я не потерял голос, они бы с матерью не оставляли попыток затащить меня на двадцать восьмой этаж в золотую клетку.
Сейчас же они решили действовать по-другому. Мягко. Хотя уже поздно. Но они все равно уверены, что я поддамся их уговорам, ведь отец считает себя дипломатом, а мать еще той прожженной интриганкой.
Поэтому в ход пошли уловки.
Например, с парнями. Они приняли моих парней, хотя раньше вообще не выносили моих увлечений и сторонились круга моих знакомых.
Я улыбнулся своим мыслям, а Шел повернул голову и обхватил мои пальцы губами.
- О чем ты думаешь? Хотя не отвечай, я сам догадаюсь… - он отстранился и оседлал мои бедра, наклонился, прошептал в губы.
– Забавно смотреть, как твоя мама пытается не морщиться, когда я прохожу рядом.
Я улыбнулся и положил ладони на его талию, погладил кожу.
– Или смотреть, как твой отец пристально смотрит на Бета, чтобы тот не украл серебряные ложки за обедом.
Он усмехнулся.
– Хотя я точно знаю, что мы с Майлзом намного искуснее в воровстве, чем все остальные… мммм… повыше. – Тихо прошептал он. Я улыбнулся и приподнял руки, повел по коже ладонями, до сосков. Бусинки были напряжены, и я знаю, он жаждал прикосновения к ним. Я медленно обвел ореолы большими пальцами. Пресытиться им было невозможно, он был как лакомство, самый любимый нежный десерт, который сколько бы ни пробовал - так и не наелся.
Я медленно привстал и опрокинул его на кровать, она была больше, чем в студии, и тут вполне могли уместиться все ребята, Шел выдохнул. Накрыл мои руки на своих сосках и тихо простонал, нажимая на мои ладони.
За этот месяц мы с ним перепробовали столько всего и даже остановились на полу-агрессивных ласках, и выбрали почти нежный секс. Хотя ему нравилось, когда все начинается вот так - он немного провоцирует, а я потом полностью забираю инициативу в свои руки. Так и должно быть. Он для меня.
