- Тони, хочу что-нибудь новое.
Я навис над ним и прикусил с силой сосок.
– Мнгммм... Тониии…
А еще я понял, что молчание не всегда плохо, Ноэль говорит за двоих, но в то же время только по делу.
Легкая пижама не скрывала нашего возбуждения, и я развел его ноги и прижался к паху своим членом. Он лишь обхватил меня ногами, я зализал укус и снова прикусил, сосок стал темно-красным, а Шел дышал через рот, приоткрывая влажные пухлые губы. Закрыл глаза, темные ресницы с загнутыми кончиками заслонили от меня самые любимые глаза, и я в отместку за это больно прикусил кожу под соском. Ноэль подкинул бедра.
- Знаешь, я чувствую тебя всем существом и даже одежда уже не мешает. Помнишь, вчера мы занимались сексом прямо на том шикарном диване в белой гостиной. Я представил лицо Шорта, когда он стирал сперму с обивки… - он открыл глаза и сладострастно облизал губы. Я замычал и впился в эти сладкие губки моего мышонка. Он заерзал подо мной и выгнул спинку.
– Как же я люблю тебя, и обожаю, когда ты реагируешь на мои слова, да!
Мы оба начали сдирать его штаны, и я совершенно не нежно шлепнул его по ягодице и укусил за тату. Он вскрикнул и ввел в себя свои пальцы.
- Хочу тебя, хочу… - стоны и почти истерический шепот, и мое сопение, я прикусил себе язык до крови, чтобы не заорать от восторга. Немного отсел и схватил его за лодыжки, расставил ноги сильней, он совершенно не сопротивлялся, а продолжал растягивать себя.
– Тони, давай.
Я ухмыльнулся и наклонился, медленно прошелся языком по его возбужденному члену. Прикусил у основания, прошелся легкими касаниями по яичкам, он убрал пальцы, и я мягко обвел дырочку кончиком языка. Шел захныкал.
Весь этот месяц мы только и делали, что потешались над моими родителями и наблюдали за сближением Итона и Кота. Хм… если честно, я никогда не думал, что бабник Кот и бабник Итон могут сойтись. Но, наверное, это правильно, потому что бедные женщины и девушки их обоих всерьез никогда не интересовали. Они вечно игрались и наслаждались победами, но ничего серьезного на их счет не имели. А тут они сошлись не на жизнь, а на смерть…
- Тони!
Я вернулся в реальность, молчание иногда играло со мной злую шутку. Я отстранился от моего мышонка и стянул пижамные штаны, сплюнул на свой член и размазал по всей длине, резко вошел в него. Ноэль выгнул спину и закричал:
- Вот так! – безумие. Да.
Резкие толчки, мокрая кожа, страстные стоны, царапины на спине и привкус крови от поцелуев - все это был наш мир, и мы были счастливы в нем вдвоем.
После душа мы с Шелом все же решили выйти на пятичасовой чай. Поэтому влетевший в комнату Кот застал нас у шкафа. Шел уже был одет, а вот я красовался только джинсами, но Коту было все равно.
- Он меня достал! – Можно было не спрашивать «кто?», и так было понятно. По его сверкающим глазам и сжатым кулакам. Ноэль повернулся к разъяренному Коту и совершенно спокойно спросил:
- Что опять сделал Итон?
Кот фыркнул и шлепнулся на развороченную постель.
- Не представляете что! Он… этот чурбан неотесанный, зажал меня на балкончике, точнее, сначала он меня перекинул через плечо и притащил туда! А потом… - договорить он не успел, дверь в комнату открылась, и Кот шмыгнул за нашу с Ноэлем кровать, притих.
Итон вошел, чинно поправляя галстук, и сразу сообщил:
- Если на горизонте появится пушистый и когтистый Котенок, меня здесь нет.
На щеке дяди были следы от ногтей, он дотронулся до царапин кончиками пальцев и зашипел.
– Энтони, вот ты мне скажи как гей начинающему гею, который совращает натурала: что я делаю не так?
Я закусил губу.
– Ой, прости… я за своими амурными делами совсем забыл, что ты у нас молчаливый гей. – Он резко повернулся к тихо смеющемуся Ноэлю.
– Шел, малыш, а что ты скажешь бедному и несчастному дяде Итону?
- Вы друг друга стоите.
- Возможно и так, но ты только представь, этот Котенок меня шантажирует…
Я приоткрыл рот от восхищения. Надо же…
- Как это? – также удивился Шел.
Итон сел в кресло и положил ногу на ногу, устроил голову на спинке и мечтательно заговорил:
- Все было шикарно… мы трахнулись. Эм… ну не совсем так, как вы оба подумали, почти трахнулись. И когда моя сперма оросила его лицо… он мне с коварной улыбкой заявил, что расскажет все тебе, если я еще раз к нему подойду, и приукрасит так, что окажется - я вообще его изнасиловал. Я ему сказал, что мы как бы оба совершеннолетние, на что этот Котяра, не стесняясь, заплакал и сделал такую моську - даже меня проняло… - Итон вздохнул. – А вообще, этот его шантаж основан не на сперме, а на той информации, которую я знаю о нем…
Вот на этой ноте Кот не выдержал и поднялся с пола, зашипел:
- Рот закрой, я же предупреждал тебя!
Я увидел, как Итон ехидно улыбается.
- А я все ждал, когда ты не выдержишь и покажешь миру свой очаровательный носик, Котенок.
Кот запрыгнул на кровать и встал на колени, на его лице была написана жажда убийства.
- Я тебя урою и станцую на том месте Венский вальс!
- Фр… а ты умеешь танцевать? – не уступая ему в ехидстве и злости отпарировал Итон.
Шел прижался ко мне и, улыбаясь, смотрел на эту комедию. За этот месяц мы видели немало таких вот сцен, и непонятно было - то ли они ссорятся, то ли выясняют отношения, которых, в сущности, у них еще не было. Но один раз я застал их страстно выражающими претензии на языке жестов. Они целовались и не замечали вокруг никого. Я бы с удовольствием посмотрел на то, как Итон приручит дикого Кота или как дикий Кот сделает из Итона совершенно ручного хозяина. И то и другое забавно для окружающих.
- Умею! Меня Марс учил!
- Так тебя Марс еще и танцевать учил? А кто тебя трахаться учил?
- Тони. – Совершенно успокоившись, ответил ему Котенок. Ноэль в моих руках напрягся. Итон плавно встал с кресла и, также не спеша, подошел к кровати. Схватил Кота за волосы и прошипел:
- Вот это ты зря сказал.
- Отпусти, мужлана кусок!
- Трахаться тебя буду учить я. И только я. – Сказал и впился в раскрытые губы Кота, я схватил футболку и подтолкнул Шела к двери. Последнее, что мы увидели - как мой дядя толкнул Кота на кровать и навалился сверху. И, кстати, Кот не возмущался.
