— Ты думаешь, что я забыла об этом? Я, между прочим, все время об этом думаю. Я присматриваюсь, и, если честно, меня что-то останавливает. Не нравится он мне, не похож он на сына Казимира. А вдруг старика обманули? Хотя, конечно, это отговорки! Ты права! Я признаюсь ему. И постараюсь сделать это побыстрее, пока ты не придумала еще чего-нибудь и не засадила Франческо в тюрьму. Не хотелось бы сообщать ему это через окошечко в решеточку.
— Поймите меня правильно. Я не имею ничего против Франческо. Просто здесь произошли странные вещи, и у меня такое ощущение, что он в этом замешан, не дает мне покоя моя интуиция, — пожаловалась Катя.
— Угомони свою интуицию, давайте все-таки поспим, — зевнув, сказала Регина.
— К тебе ночью не придут делать укол или клизму? — спросила Тина. — Вот удивятся, увидев нас троих, такая милая групповуха!
— Ночью здесь все спят, расслабьтесь, а вот утром я вас разбужу рано. Милая монашка приходит в семь утра и мило будит меня жутким уколом в задницу, — ответила Регина и повернулась на бок.
«Спать так спать», — вздохнула Катя и закрыла глаза, подумав о том, что ее жизнь приобрела авантюрный характер. Раньше бы она и предположить не могла, что проведет ночь в компании мужчины, желавшего поменять пол, и будет в буквальном смысле слова вскрывать трупы в поисках улик…
«Вот где эротический триллер-то, причем настоящий», — подумала она, но ее мысли были грубо прерваны жутким храпом Регины.
Глава 22
Кате снилось, что она едет на жутко тарахтящем тракторе. Она недовольно поморщилась и открыла глаза. Тарахтел это вовсе не трактор, а Регина храпела во всю мощь, так, что сотрясалась кровать.
— Вот это женщина получится! — проговорила уже проснувшаяся Тина, перехватив взгляд подруги.
В этот момент в дверь раздался стук. Катя пулей слетела с кровати и понеслась вместе с прихорашивающейся у зеркала Кристиной в ванную комнату. Укрыться они успели в последний момент. Это Регине принесли завтрак. Когда монашка ушла, предупредив Регину, что доктор Франческо обязательно сегодня поговорит с ней, но после утренней запланированной операции, девушки выглянули из ванной.
— Регина, давай собирайся! Пока все на нашей стороне. Проверим жилище доктора, пока он оперирует.
— Какие вы все-таки неугомонные. Ладно, иду, — спустила волосатые ноги с кровати Регина, — надо, действительно, поторопиться, а то ваш эскулап отчекрыжит мне сегодня, что не надо…
— Что, уже передумала? — хмыкнула Тина.
— Боюсь, что вместе с тем, что мне не нужно, у меня прихватят почку или кусок печени. У вашей-то Веры ребенка удалили.
— Хорошо, что ты это еще помнишь.
— Освобождайте ванную, — попросила Регина.
— Да заходи к нам, тут все свои, — засмеялась Кристина.
— Что ты меня все время подкалываешь? Не выспалась, что ли? — Регина прошлепала босыми ногами в ванную.
— Только эпиляцию не делай! Это будет слишком долго, — не унималась Кристина.
— Да что с тобой? — покосилась на нее уже и Катя.
— Да посмотри на него! — взорвалась Кристина. — Здоровый бугай, весь в волосах, и в женщину он хочет превратиться! Умереть не встать! И это при том, что в России столько одиноких женщин! Если еще оставшиеся и не спившиеся мужики будут пол менять, это что мы делать-то будем? — прокричала Тина, нисколько не переживая, что может быть услышана и обнаружена.
— Я не виноват, что у меня мозги женские, — обиженно выпятила полные губы Регина.
— Знаешь что?! — вдруг накинулась на нее Кристина и принялась колотить ее по груди с неистовой силой. — Вот и пересади себе мозги!
Катя оттащила подругу от Регины, а та укрылась в ванной комнате.
— Ты что, с ума сошла?
— Прости, что-то я нервничаю… я ведь так больше и не заснула. Меня твои ночные предположения, что именно меня вызвали сюда таким необычным способом, совсем вывели из себя. Я все лежала и думала.
— И что надумала?
— Что я неспроста изобразила Франческо на своем рисунке.
— Мистика?
— Если бы… я видела его в Москве, и видела несколько раз.
— Аж несколько раз? — переспросила Катя.
— Именно! Верь мне! Только я не могу вспомнить где…
Катя нацепила на себя монашескую одежду, а Кристина села на кровать и принялась уплетать завтрак, принесенный Регине.
Хозяйка вышла умытая, бодрая и подтянутая, в ярко-красном пиджаке и длинной розовой юбке.
— Ты бы еще мигалку на голову надела! Мы же на дело идем, а ты как попугаиха! — гаркнула Тина.
Регина покосилась на Кристину и спросила у Кати:
— Все еще не успокоилась?
— Не бойся. Съела твой завтрак, сейчас подобреет.
— А я?
— А тебе перед операцией по пересадке мозгов есть нельзя, — ответила Кристина и, очаровательно улыбнувшись, сняла с себя всю одежду.
Регина вздрогнула и отвернулась.
— Ты чего, подруга?
— Я стесняюсь.
— Ну да! — Кристина надела на себя монашеское платье и прошлась по комнате, вихляя бедрами.
— Как они это носят? Не видно ни фигуры, ничего…
— Они не показывают фигуру, — ответила Катя.
— Вот и я о том же. Как можно уходить в монастырь? Бежать от жизни, от любви? — Тина подошла к Регине и, вскинув голову, посмотрела ей в глаза.
— Эх, Регина!..
— Хватит болтать, идем! — тряхнула головой Катя.
— Думаю, через больницу лучше не идти, там сейчас снуют сестры-монашки, и они могут сильно удивиться, увидев вас, — сказала Регина.
— Да ты самая яркая из нас, — ответила Тина.
— Женщина должна быть яркой! Ты сама меня учила! Я предлагаю выбраться из комнаты через окно. А что? — предугадала их реакцию Регина. — Всего второй этаж. Я спрыгну, а затем поймаю вас, монашки вы мои.
— А сможешь? — недоверчиво спросила Катя.
— Эх, в моей физической форме уже смогла убедиться Кристина.
Регина ловко забралась на подоконник и, выглянув наружу, быстро и легко спрыгнула вниз, словно всю жизнь этим занималась.
— Ну, что ж… — перекрестилась Катя, — мы сами подрядили эту сумасшедшую. — Она с трудом взобралась на подоконник и, долго не раздумывая, чтобы не испугаться, прыгнула вниз. Регина ее поймала и сделала это абсолютно по-мужски. Следующей в окне появилась Тина.
— А вы поймаете монашку без нижнего белья?
— Лучше все-таки в трусах, а то могу не поймать, засмотрюсь на что не надо!.. — ответила Регина.
Приземление Кристины тоже оказалось удачным, и они втроем направились в сторону отдельно стоящего белого домика, утопавшего в зелени и цветах.
— Дом, милый дом! Жилище Франческо! — прокомментировала Кристина.
— Ты сложи руки на груди и иди смиренной походкой, а то привлечешь к нам внимание, — сказала Катя, замыкавшая троицу.
— А что? Мы пациентку лечебницы сопровождаем на прогулке. А вдруг в своем доме Франческо прячет скелет в шкафу? — хмыкнула Регина.
— Причем Франческо может прятать у себя скелеты в прямом смысле, — подтвердила Тина.
Они подошли к одиноко стоящему свежевыбеленному домику и осмотрелись. За каждым окошком кружевные занавески, кусты роз и жасмина аккуратно подстрижены, дорожки посыпаны декоративной галькой. Все здесь было сделано с любовью. Здесь было очень тихо, из города не доносилось лишнего шума, даже воздух, казалось, застыл, отчего ароматы цветов оказывали просто-таки дурманящее действие. Сообщники даже перестали ругаться и переговариваться, так как на них тоже повлияла эта особая атмосфера. Они обошли вокруг дома и зачарованно остановились. С этой стороны дом был еще красивее. Вся стена дома была увита плющом, который поднимался вверх, плавно переходил на невидимые, тонкие, металлические арматуры и спускался вниз до земли, образовывая огромную арку из зелени.
— Вот это да… — прошептала Кристина, — здесь всегда тишина, покой, тень и прохлада.
На небольшой полянке стояли удобное плетеное кресло-качалка с небрежно брошенным на него хлопковым пледом цвета лазури, маленький железный столик, столешница которого была выложена разноцветным стеклом, и подставка для книг и журналов. Тишину нарушали только весело чирикающие птички и шум струящейся воды небольшого фонтана.
— Я понимаю, почему Франческо каждый вечер уединяется здесь, это просто оазис для восстановления сил после проведения тяжелых операций, — проговорила Катя.
— Так что, уходим отсюда? — обрадовалась Кристина.
— Ну уж нет. — Катя решительно подошла к скрытой в тени двери и постучала. Казалось, эхо прокатилось по всему дому, и больше ничто не нарушило покой этого зачарованного места. Катя постучала еще раз.
— Никого нет, Франческо на операции, идем отсюда, что-то мне не по себе, — потянула Катю за рукав подруга.
Но дверь неожиданно отворилась, и из глубины дома из полумрака, царившего там, показалось лицо человека, которого они ожидали увидеть меньше всего на свете.
