Так по крайней мере выглядело с ее стороны. С моей — мы просто уходили, инстинктивно не желая ввязываться во все это еще глубже.
Как я и сказал ранее: дурацкая была затея. Война за превосходство расы псионов (или как нас там потом обзовут), меня совершенно не интересовала. Как и мысли на этот счет какой-то кучки яйцеголовых умников, судя по всему, давно благополучно сдохших где-то в тихом уголке.
Хейко ничего не ответила Анастасии, молча развернулась и отступила к дверям. Я кивнул Шуше.
— Тащи С-4, там этого дерьма достаточно, чтобы разнести тут все в хлам.
Анастасия мучительно скривилась, открыла рот, собираясь что-то сказать, но ее опередила Лерка.
— Здесь есть система самоуничтожения, можно попытаться задействовать ее.
Предательский удар в спину от сестры провидица не выдержала, подавилась готовыми сорваться с уст словами, устало вздохнула и медленно кивнула.
— Бездна с вами. Взрывайте.
Я же подумал, что странно, что сотрудники службы безопасности корпорации снаружи хотели взорвать корпус Е-11. Если здесь система реагировала на несанкционированную попытку проникновения, то было достаточно сымитировать его, чтобы все тут взлетело на воздух. А может и никакой системы уничтожения нет? Или сумка предназначалась не для корпуса Е?
Не знаю. Я вдруг понял, что у меня разболелась голова. Все надоело, хотелось наконец свалить отсюда и никогда больше этого не видеть. Искусственная эволюция, безумные ученые, закрытые дата-центры, войны за господство над миром — плевать я хотел на все это дерьмо. Что бы там эта дурацкая программа не говорила, никаких позывов устраивать противостояние с обычными людьми (до тех пор пока они меня не трогали), на данный момент я не ощущал.
— Тащи взрывчатку, — повторил я Шуше и вместе с ним отправился наружу.
Глава 30
Глава 30.
Азиатско-тихоокеанский регион.
Остров Муа-Лен
Научно-исследовательский комплекс корпорации «Тинатекс»
09:20 по местному времени.
Нос десантного катера плавно наехал на золотистый пляж, заскользив по песку грубой поверхностью бронированного металла. Одновременно распахнулись люки по левому и правому борту выпуская наружу бойцов в штурмовом снаряжении.
Блестя на солнце черной поверхностью глухих шлемов, солдаты рассредоточились по территории, беря под контроль сектора обстрела.
— Вперед, — скомандовал командир, едва шевельнув губами. Чувствительный микрофон и современная система связи мгновенно донесла слова до каждого подчиненного.
Сохраняя строгий порядок, как единый слаженный организм, отряд начал продвигаться по острову. На цифровой интерфейс забрала каждого шлема выводилась информация с тактической обстановкой и картой, позволяя держать в поле зрения цель — научно-исследовательский комплекс транснациональной корпорации.
Позади бойцов двигалась малочисленная и компактная группа. Во главе шел мужчина в классическом черном костюме в белой рубашке и галстуке. Черные солнечные очки делали его похожим на агента правительственных спецслужб. Кем он на самом деле являлся по сути. Даже находясь на далеком тропическом острове, офицер отдела дознания не оставил привычку одеваться по собственному желанию, невзирая на внешние обстоятельства.
Рядом с ним плотной группой шли курсанты сибирских тренировочных центров программ подготовки Черного легиона. Благодаря специалистам БиоТеха, пострадавших в последней операции молодых оперативников удалось быстро поставить на ноги, отправив на миссию в попытке реабилитироваться за провал в аэропорту.
В отличие от прошлого раза все четверо выпускников вели себя скромно, зорко посматривая по сторонам и стараясь не упустить проявление чужой силы. Головомойка, полученная от старшего наставника, в которой преобладали в основном ехидные замечания насчет умственных способностей подопечных, хорошо прочистили курсантам мозги, избавив от излишнего самомнения. Но главное — полученный на взлетной полосе в Твери урок от другого странного, заставил кардинально пересмотреть свои взгляды на предел собственной силы, признав, что в мире существует кто-то намного сильней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Все четверо хорошо запомнили короткую стычку с беглецами, закончившуюся позором. Еще недавно такие уверенные в собственном превосходстве, они поняли, что вовсе не являются уникальными, и что другие подростки с необычными способностями нисколько не уступают им в силе, а часто даже и превосходят.
— Триста метров, на десять часов, — прозвучало в наушнике.
Дознаватель повернул голову в указанном направлении, пригляделся, и не удержался присвистнул.
— Ничего себе. Это что, последствия взрывов?
— Я бы даже сказал бомбежки. Такое ощущение, что здесь отработали штурмовики или был нанесен ракетный удар, — откликнулся командир.
Отряда продвигался, и чем дальше бойцы проникали на территорию комплекса, тем больше встречали следы разрушений. Выбитые стекла, следы от пуль, отметины гари на стенах. На месте одной постройки вообще обнаружились настоящие развалины.
И нигде ни одного трупа, что говорило о том, что прибраться после боя здесь все же успели. Весьма ожесточенного боя, надо отметить.
— Почему все ушли? — дознаватель стоял на крыльце главного здания, подмечая детали спешной эвакуации. — Даже если охрана корпорации проиграла, то потом им ничего не мешало вернуться обратно. Вряд ли бы победители задержались здесь дольше необходимого. Они ведь пришли не завоевывать территорию, как в древние времена.
— Скорее всего пришел приказ из штаб-квартиры. Комплекс не захотели восстанавливать. Поэтому после боя, остатки оборудования и документов вывезли с острова, — главный оперативник остановился рядом, пока его бойцы обшаривали окрестности в поисках чего-нибудь интересного.
— Похоже к основному веселью мы опоздали, — дознаватель обозрел изуродованные воронками лужайки и побитые арт-объекты уличного искусства. Последние выглядели особенно плохо, создавалось впечатление словно по ним очень долго стреляли из крупнокалиберного пулемета. — Все же интересно, что здесь произошло?
— Думаете местные хозяева не поделили что-то с Кравцовым и Шукшиным? — сестер-близняшек оперативник намеренно не упомянул, за время предыдущих инцидентов они не показывали особых боевых возможностей, хотя при этом несомненно тоже относились к странным.
— Почти уверен, — спецназовец кивнул на парадный вход одного из административных корпусов. — Там у двери очень много крови на асфальте, буквально затоплено ей. Но при этом область распространения весьма ограничена. Как если бы в толпу бросили гранату, но разлет получился какой-то сжатый. Такое ощущение, что на том месте нескольких человек порубили мачете. Но тогда бы остались следы борьбы. Но их нет. Впечатление, будто их либо раздавили чем-то тяжелым, превратив людей в кашу, либо нашинковали в мелкую стружку. Причем сделали это мгновенно. Они и среагировать толком не успели.
— Кравцов? Он бы смог раздавить, создав невидимый пресс.
Вместо ответа командир показал на ладони кусочек металла.
— Знаешь, что это такое? Передняя часть заряжающего механизма американской штурмовой винтовки M-22. Обрати внимание на грань металла. Очень тонкий срез. Впечатление, словно по нему прошлись лазером, — он швырнул обломок в траву газона и задумчиво заключил: — Тут не пресс работал, а какие-то невидимые лезвия. Похоже Кравцов осваивает новые фокусы и не стесняется их применять.
Вопрос чему еще успеет научится неуловимый психокинетик повис в воздухе. Оба понимали, что скорее всего если погоня настигнет беглецов им придется узнать это на собственной опыте.
— Еще какие-либо проявления способностей?
— Много убитых чрезвычайно меткими выстрелами. Одному охраннику на крыше загнали две пули под подбородок, когда он находился за бронезаслонкой. При других обстоятельствах я бы сказал — фантастически удачное попадание, если бы уже не видел нечто похожее раньше.
