Он вздохнул. Гнев, охвативший его поначалу, улегся. Теперь он смотрел на вещи иначе. Разве может он злиться на женщину, которая настолько предана своему мужу, что отказалась от чувства, возникшего к нему, Крису? Такой женщиной нужно восхищаться! Преклоняться перед ней!
Нет, он никогда не выдаст ее тайны. Никогда не намекнет на их прошлое знакомство, если она считает, что это может угрожать ее браку.
Его уста заперты на замок. Николя никогда не узнает, что ее сердце не принадлежит ему. А это именно так, иначе ее прекрасные глаза не загорелись бы такой страстью, которую Крис почувствовал там, на съемочной площадке!
Он прикрыл глаза. А тогда… тогда он на что-то надеялся, строил планы, мечтал. Мог бы понять, что такое счастье бывает лишь в сказке.
Ему вспомнились слова старой цыганки. «Ты мчишься по дороге, еще более опасной, чем прежняя». Ох, правду сказала старая Зифа.
Ему очень понравился Николя. После нескольких минут знакомства он почувствовал: это человек, которого он был бы счастлив назвать своим другом. Но теперь… теперь обстоятельства складываются так, что этому не суждено сбыться. Самое разумное, что он может сделать, это придумать какой-нибудь предлог, извиниться и уехать из этого теплого дома. Уехать из Франции.
— Пойдем? — улыбнулся Николя. — Жена звонила мне на работу и сказала, что ужин сегодня готовит Лиза. Между нами, в кулинарии она не такая мастерица, как моя Кристина. Но она очень старается и уже многому научилась. А еще она учит французский. В этот свой приезд говорит уже достаточно свободно. Практикуется при первой возможности, просто молодец. Пожалуйста, проявите терпение, ладно?
Крис вытаращил глаза.
— Погодите-погодите… Кристина — это кто?
— Моя жена, — засмеялся Николя. — Вы с ней только что разговаривали.
У него было такое чувство, что он просыпается после огромной дозы снотворного. Мысли путались в голове.
— Так. А кто такая Лиза?
— Лиза — ее сестра. Они двойняшки. Лиза вчера приехала в гости. Из Штатов, как и вы.
3
Лиза боком прошла в столовую, чтобы не задеть о косяк двери огромным подносом, на котором она разложила курицу и гарнир к ней.
— Наконец-то ты дома, Николя, — приветливо заговорила она. — Цыпленок уже давно тебя…
Она остановилась на полуслове, увидев, что Николя не один.
Если говорить о мужской красоте, Лиза была убеждена, что ее сестра вышла замуж за настоящего Аполлона. Она знала лишь одного мужчину, кроме Николя, чья привлекательность вызвала бы в ней такое же замирание сердца. И вот теперь этот мужчина стоял рядом с Николя, полуобернувшись к ней. Песочного цвета костюм подчеркивал калифорнийский загар, а загар оттенял стальной блеск его глаз.
Она буквально уронила поднос на стол, и он с грохотом занял свое место в середине, по чистой случайности ничего не опрокинув.
— Это ты! — выдохнула она, когда опомнилась настолько, что смогла выдавить из себя хотя бы слово.
Он слегка улыбнулся своей дьявольской улыбкой, в которой была и насмешка, и вызов. Сердце у нее колотилось так, что она боялась, не слышен ли его стук всем собравшимся.
Красивый, обворожительный, способный заставить любую женщину трепетать… Сколько бы эпитетов она ни подбирала, ни один из них не передавал той сокрушительной силы мужского обаяния, которое мощной волной исходило от Криса Гарди. Волны его притягательности обволакивали ее и заставляли терять волю. За недели знакомства она так и не выработала против него средств защиты.
Сегодня возлюбленный одной красавицы, а завтра он уже с другой…
Его слава бессердечного донжуана опережала его, когда он переходил с одной съемочной площадки на другую. А снимался он много, его приглашали наперебой, ведь он был исполнителем самых эффектных и рискованных голливудских трюков.
Все это было ей известно задолго до того, как он появился в павильоне, где она работала над своим последним и самым успешным фильмом. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы сказать: это настоящая звезда.
Все вокруг не уставали удивляться, почему он предпочитает дублировать главных героев в рискованных сценах вместо того, чтобы самому сниматься в главной роли. Действующие звезды ему в подметки не годились, потому что его сокрушительная мужская притягательность не только не меркла на экране, но и приобретала какую-то экзотическую живописность.
Увидеть его здесь, в столовой Николя Моррисо… не сон ли это? Как он попал сюда?
Это была первая мысль, что пришла ей в голову. А вторая рассердила ее еще больше. Она вдруг поняла, что за то время, что они не виделись, его власть над ней не только не потеряла свою силу, но даже возросла. Когда он смотрел на нее сквозь длинные темные ресницы, чуть прищурив глаза, она чувствовала, что ее охватывает жар, а в ногах появляется предательская слабость.
Почему, ну почему так происходит, что мужчины, которые намеренно подвергают свою жизнь опасности, всегда кажутся привлекательнее других? Или они действительно привлекательнее? Что заставляет их играть в опасные игры, где ставка — собственная жизнь?
Лиза часто с болью вспоминала тот вечер. Они закончили дневные съемки, и он пригласил ее поужинать вместе. От его взгляда, от его вкрадчивого голоса у нее в душе все перевернулось. Но она не школьница, она разумная молодая женщина, поэтому нашла в себе силы с достоинством отказаться. Она могла бы поклясться, что до нее он никогда не получал отказа. Но ее триумф длился недолго. С того дня он ни разу не позвонил ей, ни разу не попытался с ней встретиться. Вот цена его интереса к женщине. Лиза благодарила судьбу за то, что не согласилась провести с ним вечер. Чтобы на следующий день узнать, что у него в планах новое завоевание. А на следующий день другое. И так до бесконечности.
Лиза поймала на себе слегка недоуменный взгляд Николя.
— Как вижу, официальных представлений не требуется. Все друг с другом знакомы.
— Не требуется, — холодно сказала Лиза. — Когда увидишь, как человек добровольно пытается расстаться с собственной жизнью, это не скоро забудешь.
— Не драматизируй, Лиза, — усмехнулся Крис. — Это не так опасно, как тебе кажется. Лишь год назад моему отцу удалось таким образом покончить с жизнью. И нельзя сказать, что все эти годы он не стремился добиться этого всеми возможными способами.
Он поглядывал вокруг с высоты своего немалого роста. Вид у него был высокомерный, словно у принца крови. Прежде Лиза всегда удивлялась гордой осанке Николя. Но в жилах Николя текла голубая кровь. Откуда же этот аристократизм в Крисе? Впрочем, ее все это не касается. Пусть другие женщины любуются его королевскими манерами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
