Хотя вряд ли бельчонка можно назвать питомцем — он еще новорожденный. Несомненно, мальчик нашел его в лесу и мечтал вылечить, а потом растить и заботиться о нем.
Кристина рассказывала ей, что люди иногда проникаются горячей любовью к самым удивительным созданиям — например, игуанам и змеям. Так что бельчонок вовсе не самый странный питомец. Вот только… удастся ли спасти его?
В детстве у Лизы тоже был друг. Верный пес. Он всюду сопровождал Лизу, понимал ее с полуслова, грозно лаял на чужих, а ей позволял делать с собой все, что угодно. Старина Джаспер… Сначала умер пес, потом папа, потом мама. Родной дом, в котором сестры выросли, перестал быть их домом.
С тяжелым вздохом Лиза поторопила собак. Завезла коляску, устроила Лиз в манеже и занялась ужином. Ни на минуту не забывая о том, что это не ее дом. Какой бы он ни был гостеприимный, этот дом не ее. Это дом Кристины и Николя. А ей нужно создать свой собственный очаг.
Беда в том, что для этого недостаточно одного желания. Нужно, чтобы сошлись вместе многие факторы. А пока… пока ей двадцать восемь лет, не успевшая начаться карьера актрисы катится под откос, и рядом нет никого, от кого она хотела бы родить детей. Что-то нужно делать…
Если она будет разумно тратить деньги, года три удастся прожить на то, что она заработала. За это время ей нужно как-то устроить жизнь, найти хорошую работу. Может быть, устроиться преподавать. Все-таки у нее высшее образование, пора найти ему применение.
Завтра она встанет пораньше, отправится в город и купит побольше газет с объявлениями. Возможно, во Франции преподаватель английского языка быстрее найдет работу.
В окрестностях Анже, время от времени сверяясь с картой, Крис отыскал здание из стекла и бетона, которое, судя по всему, и было местом, где помещалась компания. Вскоре он отыскал и соответствующую табличку над главным входом.
Вот только дверь была заперта, а здание выглядело безлюдным. Ничего удивительного. Уже четверть шестого. Крис много времени потратил на дорогу от дома Зифы до Анже, а потом на поиски нужного места. Ничего страшного. Сейчас он устроится в гостинице, а наутро придет снова.
Он вернулся к машине и медленно объехал здание вокруг. Он надеялся увидеть сторожа или кого-то из работников, чтобы узнать, в какое время лучше всего застать владельца.
Крис, естественно, пытался уже найти номер телефона в городском справочнике, но все, что ему удалось найти, был номер автоответчика, который приятным мужским голосом предложил ему оставить сообщение и пообещал перезвонить при первой возможности.
Но для того дела, по которому приехал Крис, ему нужно было встретиться с самим владельцем.
Развернувшись, он уже выехал было на главную дорогу, но тут что-то привлекло его внимание. Он притормозил.
Из-за двери, на которой по-французски было написано «Служебный вход», высокий мужчина в черной кожаной куртке и мотоциклетном шлеме выводил мотоцикл. Крис взглядом знатока впился в лакированный бок мотоцикла, на котором была проставлена марка. Да, тот самый. Та модель, которая произвела фурор на гонках последнего сезона. Так было написано в журнале, который Барт принес ему в больницу.
Крис поспешно выключил двигатель, схватил журнал и вышел из машины.
Мотоциклист его заметил. Пока Крис подходил к нему, он успел приподнять забрало шлема и теперь со спокойным любопытством в черных проницательных глазах ожидал приближения незнакомца.
— Завод уже закрыт. Чем могу помочь вам, месье? — произнес он по-французски.
Его манеры и его произношение выдавали аристократическое происхождение. Особенно то, как он попытался скрыть нетерпение под маской вежливого вопроса. Крис был заинтригован.
Кто бы ни был этот человек, от него исходило ощущение уверенности в своих силах. Такой не отступит ни перед чем. Более того, он с радостью встретит опасность и рискнет, не задумываясь. Рискнет и выиграет. Так же, как и он сам. До сих пор Крису не приходилось встречать людей, настолько похожих на него самого.
— Мое имя Крис Гарди. — Крис тоже говорил по-французски. — Я только что прилетел из Соединенных Штатов. Мне нужно поговорить с месье Кавалли насчет работы. Я приехал прямо из аэропорта. Надеялся, что смогу застать его на работе.
Повисло молчание.
— Боюсь, это невозможно, — тихо сказал незнакомец. — Неделю назад мы похоронили месье Кавалли. Царствие ему небесное.
И он наклонил голову в шлеме. По скорби, промелькнувшей в черных глазах, было видно, что он глубоко сожалеет об утрате.
Крис немного растерялся. Кажется, удача отвернулась от него!
— Я не знал… В газетах об этом ничего не было!
— Семья попросила не публиковать новости. Единственный сын месье Кавалли сейчас в больнице. В довольно тяжелом состоянии. Он пострадал в автокатастрофе. Лучше ему не знать о смерти отца до выздоровления.
— Я очень сожалею. Этот человек был настоящий гений! Познакомиться с ним было мечтой моего детства. Отец научил меня ездить на его мотоцикле, когда я был еще ребенком. До самой смерти отец не изменил этой марке. И утверждал, что в тот день, когда компания прекратила существование, его жизнь кончилась.
Крис показал незнакомцу журнал.
— Едва я узнал, что компания возобновила производство мотоциклов, я немедленно вылетел во Францию.
Француз, чуть прищурившись, поглядел на Криса.
— А кто был ваш отец?
— Вы вряд ли о нем слышали. Оливер Гарди.
Незнакомец слегка улыбнулся.
— Когда я был маленький, каждую весну в наш город приезжал цирк. И там выступал самый лучший мотогонщик из всех, кого я когда-либо видел! Его звали Ракета Гарди. Все думали, из-за того, что он выступал в серебристом комбинезоне. Но я уже тогда знал: такие трюки на такой скорости подвластны только ему! Настоящая ракета. Чудесные были времена! Я жил от весны до весны.
— Это был мой отец, — глухо сказал Крис. — Так странно, что вы его помните.
И серебристый костюм, и шлем, и другие вещи после смерти отца Крис отдал Барту. У Барта они будут в сохранности.
Они помолчали.
— Когда я вырос, я понял, что есть предел мастерству… и перестал на это смотреть, — грустно сказал Крис.
— Я могу это понять, — кивнул француз. — Я читал о его гибели. Он пытался совершить прыжок через водопад в Бразилии. Сочувствую вашей потере. А для меня он навсегда останется тем человеком, из-за которого я на всю жизнь полюбил мотоциклы.
В этот момент Крис почувствовал, что он и незнакомый француз стали друзьями.
Он внимательно вглядывался в лицо незнакомца. Так странно. Он на несколько лет старше Криса. Может быть, в те минуты, когда Крис, забившись в угол, смотрел в щелочку, как отец на бешеной скорости взлетает к потолку на ревущем мотоцикле, этот француз, тогда подросток, с замиранием сердца смотрел на захватывающие трюки из зрительного зала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
